Наташа Айверс – Зов Леи (страница 2)

– Ты уже говорила так раньше. И каждый раз мы тратили время на анализ, а в итоге – ничего. Помехи, эхо от спутников, которые выловили ваши антенны, – он сделал паузу, чтобы подчеркнуть свои слова. – Почему на этот раз должно быть иначе?Хью фыркнул, его раздражение было почти осязаемым.

– Потому что это не просто случайный фоновый шум, который мы фиксируем. Я искала его сама, в свободное время, когда станция переключалась на ночной режим. И этот сигнал – он не из нашей системы. Он исходит из области, где не зарегистрировано ни одного объекта.Лея выпрямилась, её голос звучал твёрдо:

– Ты потратила свои личные часы на это? – он звучал скорее устало, чем раздражённо. – Грин, ты не можешь гоняться за призраками в своё удовольствие, когда у нас есть реальные задачи.Хью покачал головой, но его взгляд остановился на графике, который Лея вывела на экран.

– Но это и есть наша задача, – возразила Лея, её голос звучал громче, чем она ожидала. – Мы здесь, чтобы слушать Вселенную. И если там есть что-то, что хочет быть услышанным, разве мы не обязаны это изучить?

Хью поднял руку, жестом останавливая её. – Архивируй данные. Мы рассмотрим это позже. А пока возвращайся к своей работе, Грин. – произнёс он, затем повернулся к другим сотрудникам. – Продолжим.

Её сердце сжалось от разочарования. Слова Хью словно погасили её энтузиазм. Она молча собрала свои распечатки и покинула комнату. За её спиной продолжались обсуждения, как будто ничего важного не произошло.

Но Лея знала, что это не просто случайный шум. Этот сигнал был настоящим.

Глава 3

Лея вернулась в свою лабораторию, где царил привычный хаос. Металлический стол был завален распечатками отчетов и графиков. На экране всё ещё был график того самого сигнала, от которого у неё по спине бежали мурашки.

Она пыталась подавить разочарование, но каждое слово Хью отдавало в голове эхом. “Архивируй”, – словно приказ поставить точку на чём-то, что только начиналось.

Лея знала, что у неё не было ресурсов для полноценного анализа, но отказаться от этой загадки она просто не могла. У неё оставались часы после смены, тишина ночной станции, и её собственное упрямство.

Она уселась за терминал, пробежала глазами последние данные. Сигнал был слабым, но чётким, как далёкий отблеск маяка. Его структура выглядела слишком продуманной. Повторяющийся ритм, слегка меняющиеся частоты – это напоминало язык, который она не могла понять.

– Почему они не видят этого? – пробормотала она, записывая очередной временной интервал в журнал наблюдений.

Её пальцы быстро забегали по клавиатуре, вводя команды для анализа. Она искала что-то – шаблон, закономерность, способ понять, с чем имеет дело. В наушниках раздавались едва слышные вибрации сигнала. Они напоминали… сердцебиение.

Непривычный холодок пробежал по её телу. “Может быть, это просто совпадение”, – подумала Лея, но её сознание упорно тянуло её дальше. Она вспомнила, как в детстве ей нравилось разбирать музыку на ноты, искать скрытые мелодии, которые могли ускользнуть от остальных. Может, это тоже была мелодия? Только не для человеческих ушей.

Стук в дверь вырвал её из мыслей.

– Грин? – на пороге стоял Питер, механик станции. Его высокий, долговязый силуэт заполнил дверной проём. Он держал в руках кофейную кружку и выглядел так, словно забрёл сюда случайно. – Ты снова застряла в своих графиках?

Лея тяжело вздохнула, но промолчала. Пит был одним из немногих, кто относился к ней без насмешек, но он всё равно казался ей помехой, отвлекая её от действительно важного.

– Если хочешь остаться в здравом уме, тебе стоит делать перерывы. – Механик усмехнулся, почесав затылок.

– Ладно, Грин. Надеюсь, ты откопаешь что-то стоящее. Если понадобятся мои инструменты или… кофе, зови.

Он развернулся и ушёл, оставив Лее кружку кофе и странное ощущение, что он действительно хотел помочь. Но её мысли уже вернулись к сигналу.

Лея знала, что отступать нельзя. Она отправила данные на дополнительный анализ, а затем настроила оборудование на постоянный мониторинг. Она собиралась выяснить правду, чего бы это ей ни стоило.

Глава 4

Неожиданно экран её личного коммуникатора загорелся. Вибрация вырвала Лею из мыслей. Она нахмурилась – звонки здесь были редкостью. Она потянулась к устройству, взглянула на имя звонящего и замерла.

– Мама? – тихо пробормотала она.

На экране появилось лицо Эллы Грин. Это была женщина средних лет, с копной густых каштановых волос и добрыми глазами, которые, несмотря на усталость, светились теплотой.

– Лея, дорогая, наконец-то я тебя поймала! – голос матери звучал обрадованно, но с ноткой упрёка.

– А у меня такие новости, – голос матери звучал тепло, но Лея сразу почувствовала скрытый подтекст. – Ты помнишь рыженькую Надюшу, дочь соседки, ну ту что весной вышла замуж? Так они сыночка ждут. Ты представляешь, как Мария рада внукам?

Лея стиснула зубы, но старалась улыбнуться:

– Это замечательно, мама. Я рада за них.

– Вот бы и мне увидеть своих внуков, – продолжила мать с мягким вздохом.

– Мам… – начала Лея, чувствуя, как разговор снова сворачивает в привычное русло.

– Ладно, ладно, я понимаю. Ты работаешь. Но как ты сама? Ты выглядишь уставшей.

– Всё нормально, просто много задач, – ответила Лея, стараясь уйти от темы.

– Ты хоть питаешься нормально? Или опять сидишь на сухариках?

– Мам, это называется рацион для космических станций, – попыталась пошутить Лея.

– Конечно. Но ты понимаешь, что работа – это ещё не всё? Ты там хоть с кем-то общаешься?

Лея почувствовала, как раздражение начинает нарастать.

– Мам, сейчас не самое подходящее время.

Мать замолчала на мгновение, а затем мягко сказала:

– Лея, я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Ты сама видишь, эта работа делает тебя несчастной.

– Это не так, – твёрдо ответила Лея, чувствуя, что разговор нужно завершать.

Элла наклонилась ближе к камере, внимательно глядя на дочь.

– Ты выглядишь уставшей, – заметила она. – Снова работаешь ночами?

Лея вздохнула, но старалась не показывать раздражения.

– Ты же знаешь, как это бывает. Особенно здесь, на станции.

Мать тяжело вздохнула, но улыбка не исчезла с её лица.

– Ты вся в отца. Он тоже мог работать сутками, забывая поесть. – Она сделала паузу, затем мягко добавила: – Он бы гордился тобой, знаешь?

Лея почувствовала, как что-то внутри сжалось. Она отвела взгляд, устремив его на экран с пульсирующим сигналом. Мелодия продолжала звучать в её ушах, как фоновое напоминание о чём-то важном.

– Не уверена, – пробормотала она. – Он наверняка бы сказал, что я трачу время впустую.

– Не говори так, – с лёгким упрёком произнесла Элла. – Ты знаешь, как он любил звёзды. Ты пошла по его стопам, Лея. И это прекрасно.

Молчание повисло между ними. Лея вспоминала отца: его голос, полный энтузиазма, когда он объяснял ей строение галактик, и тёплые серо-голубые глаза, которые загорались, стоило ему лишь взглянуть на звёздное небо. Его почти пепельные волосы, чуть растрёпанные ветром во время их редких семейных походов, всегда казались ей такими же мягкими и успокаивающими, как его манера рассказывать о далёких мирах.

Она вспоминала, как он брал её с собой на наблюдения раскладывая телескоп на вершине холма. Они часами сидели на траве, укрывшись одеялом с термосом горячего чая, и он показывал ей созвездия, рассказывая мифы, связанные с ними. Иногда они просто лежали в тишине, пока он шепотом рассуждал о тайнах Вселенной, а она слушала, затаив дыхание. Эти воспоминания были её радостью и болью одновременно.

– Ты всё ещё ищешь, да? – мягко спросила мать. – Всё ещё надеешься найти что-то там, среди звёзд?

Лея кивнула, её голос задрожал, но она всё же ответила:

– Иногда мне кажется… будто я слышу его голос. Не буквально, конечно, но… – Она замолчала, боясь показаться глупой.

Элла посмотрела на неё с теплотой, в которой не было ни капли осуждения.

– Ты всегда слышала то, что другие не замечают, – сказала она. – Это твоя особенность. Но, милая, не забывай о себе. Ты не должна доказывать всему миру, что достойна его памяти.

Слова матери задели Лею глубже, чем она ожидала.

– Это не только ради него, мама, – тихо, но твёрдо произнесла она. – Иногда я думаю, что мы не одни. Что кто-то там смотрит на нас и ждёт, пока мы их услышим.

Элла улыбнулась, её голос стал почти шёпотом:

– Ты всегда была особенной, Лея. И я горжусь тобой, как гордился бы и он.

Когда звонок завершился, Лея долго сидела одна. Её взгляд оставался прикован к экрану, где пульсировали волны сигнала.

Отец всегда говорил, что звёзды хранят ответы на наши самые важные вопросы. Лея знала, что он хотел бы, чтобы она продолжила искать, несмотря ни на что.

– Папа, – прошептала она, проводя пальцами по сенсорной панели. – Это могло бы тебе понравиться.