Натан Темень – Игрок (страница 39)

   Что-то вспыхивает в моём мозгу, будто загорается лампа и освещает темноту. Как просто. Почему я раньше не догадался.

   Сильно хлопаю ладонью о ладонь, выкрикиваю несколько слов. Если ты ошибся, приятель, тебе конец. Второго шанса не будет.

   Эхо моего хлопка разносится по ущелью. Одновременно раздаются множество хлопков помельче: это лопаются облепившие моё тело гусеницы. Липкие клочья хлюпают о камни. Крючки челюстей с остатками голов и обрывками вытекших глаз повисают на моих штанах и кольчуге, как диковинные клещи.

   Эйкариот в изумлении таращит глаза. Это мгновение замешательства его губит. Не теряя больше времени, отрываю от себя вместе с мясом горсть челюстей - они так и висят, сомкнувшись на моей коже - боль адская, и швыряю в лицо вождя.

   Острые крючки, каждый в палец длиной, взмывают в воздух, и я вдогонку добавляю пару слов.

   Всё происходит очень быстро. Наверное, это вижу только я да, может быть, сам вождь.

   Крючки на лету распухают, превращаются в связку зазубренных серпов. Хищно загнутых, очень острых серпов. Никто не решился бы жать ими колосья.

   Вся связка врезается в лицо и грудь вождя диких эльфов. Раздаётся жуткий хруст. Лицо моего противника превращается в решётчатую маску. Эйкариот издаёт странный всхлипывающий крик, вцепляется руками в полукружья челюстей. Зазубренные лезвия режут ему пальцы, брызжет кровь, вождь шатается, пытается что-то выкрикнуть, сказать заклинание, но слова прерываются булькающим звуком и хрипением: один из крючьев впился ему в горло.

   Тишина повисает над ущельем. Все дикие эльфы, сколько есть, молча смотрят, как корчится на земле Эйкариот Вырвиглаз. Видно тот, кто дал ему такое имя, мог видеть будущее.

Вождь дёргается в последний раз и замирает. Жилистые синекожие парни с луками издают дружный вздох, ряды их колеблются. Лица, разрисованные чёрными полосами, мрачны и не сулят мне ничего хорошего. Сейчас тебе отомстят, Эрнест, как пить дать.

   Эльфы расступаются, пропускают одного. Он выходит вперёд и становится над телом вождя. Этот чем-то похож на только что скончавшегося Эйкариота. Уже немолодой, синее лицо изрезано шрамами, косы, спускающиеся на плечи, не сизые, а почти белые. Но открытая грудь мускулистая, как у молодого. Крепкие ноги, как у бывалого бегуна, покрытые татуировками руки в буграх мышц.

   - Ты убил его, - голос спокойный, будто речь о погоде. И я понимаю, что надо было бояться не Эйкариота. Вот он - настоящий вождь племени. А тот, что лежит в крови у моих ног - просто колдун, возомнивший о себе слишком многое.

   - Да.

   Старый эльф оглядывает меня с головы до ног. Видно, решает, сколько на меня пойдёт дров для погребального костра.

   - Зачем ты сбежал от своих хозяев, Эрнест Добрый? Тебя плохо кормили?

   Вот как. Снова допрос. Хорошо. Мне скрывать нечего.

   - Меня поймал в лесу Гай Черноус, командир наёмников. Меня приняли в его отряд. Я стал одним из его солдат. Мы резали всех, кто не похож на людей. Жгли деревни вместе с теми, кто там жил. Сюда мы пришли, чтобы убить драконов и разорить их логово. Нам пообещали за это много денег.

   Перевожу дыхание. Эльфы слушают молча, и убивать пока не собираются. Видно, любопытно, ждут, чем дело кончится. Ну, слушайте, бывшие братья.

   - Мы соединились с отрядом из столицы под предводительством капитана Фроста. Мы забрались в самое сердце Красных скал, нашли тайный тоннель в логово драконов. Зашли в пещеру и принесли жертву прямо над кладкой. Все яйца и драконы-охранники погибли. Я сам убил одного дракона, вот этими руками.

   - Я слышал, - глухо отозвался старый эльф. Всё это время он слушал, не сводя с меня глаз. - Земля стонала. Кто-то убил чёрную ведьму. Великая мать и чёрная ведьма. Их кровь смешалась на камнях Красных скал! Ты сделал это!

   - Я сделал не только это, - теперь уже всё равно. С отрядом боевых эльфов мне в любом случае не справиться. - Я отпустил драконов на волю. Целую стаю драконов. Спустил их с цепи, на которой они сидели с начала мира.

   Эльфы бормочут что-то, закрывают глаза, проводят кончиками пальцев по щекам.

   - Драконы свободны... - Вождь склонил голову, провёл ладонями по лицу. Поднял голову и повысил голос: - Слушайте все! Сбылось древнее проклятие нашего рода! Сказано: когда изрыгающие огонь получат свободу, мир перевернётся! Чёрное станет белым, кровь станет водой, а люди превратятся в зверей. Услышьте все! Наш поход только начался, и не будет ему конца, пока небо не обрушится на землю, а кровь дракона не смешается с кровью человека! Ибо сказано: узрите незримое, и всё будет кончено. Да будет так!

   - Да будет так... - повторяют все эльфы, и бормотание их напоминает рокот далёкого грома.

   Вождь поворачивается ко мне. Ну что, давайте, парни, тащите свою жаровню. Подбросьте дровишек в костёр, Эрнест здесь.

   - Ты пойдёшь с нами, брат.

   Чувствую, как у меня отвисает челюсть. Это после всего, что я тут наговорил. После того, как прикончил их уважаемого колдуна Эйкариота Вырвиглаза. Не то, чтобы я не рад, но человек, можно сказать, уже приготовился к смерти. Не давайте ему напрасную надежду, эльфы, это жестоко.

   - Ты пойдёшь с нами. Ты одолел нашего мага. Он оказался слаб, а ты - силён. Нам не нужны слабые. Прими бремя его власти, и ступай с нами, Эрнест Добрый. Ты согласен?

   По лицу вождя видно, что вопрос риторический.

   - Для меня честь быть вашим магом, братья.

   Дикие эльфы издают дружный приветственный клич. Со скал поднимаются испуганные птицы. Поздравляю, Эрнест. Теперь ты боевой маг отряда, который отправился в поход на людей. Есть чем гордиться.

Глава 37

   Мы выступаем немедленно, едва развеялся дым от костра. Жаровня, предназначенная мне, пригодилась для огненного погребения Эйкариота Вырвиглаза.

   Четверо молодых воинов подошли к мёртвому колдуну, лежащему в луже крови, подняли с земли, перенесли на решётку. Скрестили ему руки на груди, подогнули ноги, и уложили в позе нерождённого младенца. Под бок ему сложили вещи - походный мешок, полный, должно быть, магических вещиц, и свёрнутый старый плащ.

   Вспыхнул огонь. Яркое, неестественно жаркое пламя синими языками стало лизать тело Вырвиглаза. Тело стало чернеть и таять, как свечка, прямо на глазах. Тощая фигура колдуна корчилась и распадалась на железной решётке, испуская вонючий дым и потрескивая. Эльфы молча стояли и смотрели, лица их были бесстрастны.

   Видно, решётка оказалась непростая - колдун сгорел без остатка. Не успели дым и облако пепла развеяться по воздуху, был дан сигнал к выступлению.

   К вечеру мы прошли через ущелья, корявой сеткой исчертившие весь скалистый хребет. Горы, сухие и обветренные, как старые кости, завывали в потоках ледяного ветра. Густой туман расползался над ручьями и мы брели по пояс в мутном белом киселе.

   Я думал, ночью мы остановимся, но вождь и не собирался устраивать привал. Тьма сгущалась, а мы всё шли, неслышно, как призраки, пробираясь меж выщербленных скал и перепрыгивая через сочащиеся из камня ручейки.

   Наши... нет теперь уже не наши, парни из отряда Гая и Фроста по ночам старались не ходить. Зелья и амулеты ночного видения были дороги, и попусту расходовать их никто не хотел.

   Мои нынешние братья видели в темноте, как кошки. Теперь я тоже стал понимать, каково это - быть диким эльфом, почти зверем. Мир из цветного стал серым, зато звуки обострились и обрели плоть. Я чуял запахи, слышал шуршание травы и шорох проползающих по скалам ядовитых змей. Кажется, даже отличал ядовитых от безвредных по запаху и оттенкам звука. Кто бы ни был тот, кто запихнул меня в это тело, он большой любитель природы.

   Что это я сейчас сказал? У меня всегда было это тело. Всегда. Мгновенная паника, немедленный укол спокойствия, тут же смытый ужасным сомнением. Я остановился, и идущий позади эльф едва не наткнулся на меня. "Всё в порядке, маг?" "Да" - пробормотал я, и двинулся дальше.

   У тебя есть цель, Эрнест. В этой жизни, суть которой - игра, выигрыш - стать выше всех. Влезть на вершину большой кучи-малы, и посмотреть на всех сверху вниз. И получить при этом... что?

   Я почувствовал, как голова наливается тяжестью, как от одной мысли о цели игры цепенеют мышцы. Туман под ногами стал гуще, вот он уже расплывается на уровне лица, растекается белой простынёй. Тут что-то щёлкнуло, и в углу зрения замаячил значок нового уровня. "Поздравляем! - прощебетала моя блондинка. - Вы преодолели первую ступень. Вы больше не ученик на дороге жизни. Вы получили возможность познавать суть вещей". И добавила неожиданно понизившимся голосом: "Удачи, мой друг".

   "Что это? Что за чертовщина, чёрт возьми?" - надеюсь, мой внутренний бог слышит меня.

   "Ты стал другим, - голос бога звучит удивлённо. - Твои мысли изменились. Стали быстрее. Или сильнее. Не знаю, как сказать".

   "Это моя единственная реальность! - меня трясёт, но я иду в цепочке диких эльфов, и мне нельзя отставать. - Какая разница, моё это тело, или кто-то дал его напрокат? Из него можно выйти только вперёд ногами!"

   "Тогда и говорить не о чем".

   "Это значит, что я собираюсь идти вперёд и вверх, и мне плевать, откуда я взялся"