Наталья Жильцова – Ведьма темного пламени (страница 24)
Внезапно откуда-то сверху раздался грохот, словно упало что-то очень тяжелое. Над головой звякнула люстра, и посыпалась штукатурка. Инстинктивно я смахнула мелкий мусор с макушки и подняла голову как раз в тот момент, когда грохот раздался снова.
Люстру тряхнуло опять, и это оказалось для нее фатальным. Один из старых стеклянных плафонов треснул, и потолок опалило огнем. Словно в замедленной съемке, я увидела, как обугливается балка и как люстра, эта здоровая, тяжелючая бронзовая махина, начинает падать вниз. Прямо на меня!
Мгновенное осознание: разобьет голову напрочь! И еще одно: отпрыгнуть не успею!
Страх смерти, сильный, всеобъемлющий, охватил меня всю, до кончиков волос. Все, что успела, – вскинуть руку и зажмуриться, чувствуя, как ладонь полыхнула жаром. Вот сейчас… сейчас…
И сейчас тоже почему-то ничего не произошло. Ни удара, ни даже маленького касания.
Я нерешительно приоткрыла глаза и изумленно вытаращилась на зависшую в паре сантиметров над ладонью люстру. В воздухе! В лучших традициях воздушных магов!
Вот только я не маг, а ведьма, и таковым даром обладать не могу!
Взвизгнув, я отскочила прочь, и люстра грохнулась на каменный пол, отчего тот покрылся сеточкой трещин.
Ма-ама! Она точно бы меня убила!
– Что происходит?! – из кухни выскочил встревоженный трактирщик и, увидев упавшую люстру, бросился ко мне. – С вами все в порядке? Вы… – он вдруг осекся и сильно побледнел. – Госпожа ведьма, вы только не гневайтесь! Мы во всем разберемся!
Разберется он! Да уж, пожалуйста! Меня тут убить могло!
Тело пробила запоздалая дрожь. Такого страха я в жизни никогда еще не испытывала!
Я открыла было рот, чтобы высказать трактирщику все, что думаю о старых прогнивших трактирах, как раздался звонкий детский голос:
– Папа, я не виноват! Магические накопители сами вспыхнули! Я не виноват, честно! Я к ним даже близко не подходил! – одновременно с этим по лестнице сбежал мальчишка лет пяти от роду. Подскочил к трактирщику, намереваясь что-то объяснить, но внезапно с любопытством уставился на меня. – Пап, а почему у тети глаза светятся?
Что-о-о?! Это у какой такой тети глаза светятся?! Это… это у меня, что ли?!
Я тотчас окинула быстрым взглядом зал, пытаясь найти хоть какое-то подобие зеркала. А найдя, оцепенела. В отражении оконного стекла мои глаза действительно светились ядовито-зеленым!
В кровь ударила новая волна адреналина. Неудивительно, что трактирщик так перепугался! Сияющие глаза – признак как минимум третьего уровня силы в потенциале!
Сердце ухнуло и застучало как сумасшедшее. Обученные ведьмы с таким потенциалом могут… ох сколько они могут! Двоюродная бабка моя тому мертвый пример! Только до сегодняшнего дня я понятия не имела, что таковым обладаю. Во мне ведь драконьей крови нет, а среди обычных людей такое редкость.
– К матери иди! – тем временем прикрикнул на ребенка трактирщик и вновь обратился ко мне, бормоча: – Вы уж не серчайте, мелкий он еще. Не знает многого. А с люстрой – это просто несчастный случай, уверяю вас! Готов уплатить любую компенсацию, или вот, хотите, буду вам кровь поставлять? В любых количествах, госпожа ведьма! Абсолютно безвозмездно и конфиденциально! Только скажите, и…
– Для начала отдайте то, что я просила, – нервно перебила я.
Больше всего на свете сейчас хотелось уйти из этого трактира как можно быстрее и успокоиться.
– Да-да, конечно, – залепетал трактирщик. – Вы только не серчайте, госпожа ведьма. Пожалуйте за мной, госпожа ведьма, у нас все готово.
Сейчас. Вот только пару глубоких вдохов-выдохов сделаю, сияние это жуткое уберу и сразу пожалую.
Вскоре я уже выходила из трактира, держа в руках сумку с зачарованной для сохранности содержимого бутылочкой.
Всю обратную дорогу до академии в голове царил сумбур, мысли путались и хаотично перескакивали то на едва не пробившую голову люстру, то на обнаруженный третий уровень дара. Говорить ли о нем кому-то? Да и вообще, как теперь быть?
Конечно, ничего плохого в этом нет, даже наоборот – сильных магов и ведьм ценят. Но в моем случае, если Кречеты узнают… Кстати!
Пришедшая на ум нехорошая мысль заставила нахмуриться. Могла ли семья Самаила догадываться о моем потенциале? Не это ли стало причиной одобрения нашей свадьбы?
В конце концов я решила обсудить все с Котелком, но для начала успокоиться и решить насущную проблему – сварить темное зелье. В том, что оно получится, теперь сомнений не было, поэтому по приезде на разговоры времени тратить не стала. Сразу подхватила домового, метлу, запрятала в поясных сумочках ингредиенты и отправилась в лабораторный корпус.
Народа здесь, как и обычно в выходной, не было. Тихонько прошмыгнув мимо склада госпожи Кридас, мы с метелкой и Котелком заняли одну из небольших дальних лабораторий и принялись за работу.
Само зелье на деле оказалось не таким и сложным. Да, ингредиентов в его составе значилось немало, да, пришлось дополнительно следить за температурой подогрева крови – бр-р, та еще мерзость! Но в итоге через час, когда варево наконец закипело, Котелок авторитетно заявил, что все готово.
Я тотчас радостно обернулась и позвала:
– Метелочка! Иди сюда, дорогая!
Та неуверенно пошевелилась.
– Иди, иди, лечить тебя сейчас будем. Скоро как новенькая станешь и даже лучше!
Метелка недоверчиво пошелестела прутиками, но все-таки покинула выбранный у двери угол и подлетела ближе.
– Умница, – похвалила я. – А теперь забирайся в котел.
И даже указала на него для ясности.
Вот только метелка предложение почему-то не оценила. С сомнением подлетела к котелку, посмотрела на зелье… а потом рванула от него обратно в свой угол!
– Куда? – я ахнула. – А ну вернись обратно!
– Ш-ш!
Прозвучало как «шиш тебе», вот честное слово!
– И че это за демарш? – возмутился Котелок. – Я тут для кого целый час стараюсь? Эй, метла! Метла-а! Сюда иди, говорю!
Ага, счас.
Метла отрицательно помахала черенком.
Честно говоря, я бы тоже в такую бурду не полезла, но то я! А это – метла!
– Ну, метелочка, – принялась уговаривать я. – Ну миленькая…
– Ш-ш!
– Родненькая, ну надо, ну поверь, тебе только лучше станет…
– Ш-ш-ш!
– Оно полезное, правда-правда…
Однако все заверения о пользе кипящего, мерзко булькавшего, вонючего ядовито-зеленого зелья, что неудивительно, успеха не возымели. Метла из угла вылетать напрочь отказывалась.
– Бесполезно, – через четверть часа уговоров раздраженно констатировал Котелок. – По хорошему с этой трусихой разговаривать толку нет. Хватай и пихай силой.
– Ну-у…
Следующие несколько минут я носилась по лаборатории за метлой, а метла шарахалась от меня, попутно снося попадающиеся по пути подставки, держатели и колбы. Когда же трусливая беглянка наконец была поймана, несмотря на свое плачевное состояние, начала бойко выдираться. Откуда только силы взялись, спрашивается?
– Дорогая, это только для твоего блага! – пыхтя, сообщила я и пхнула ее в зелье.
Попыталась пхнуть, точнее! Ибо метелка, раскорячившись и всеми силами вцепившись прутьями в края и ручки котла, лезть в него напрочь отказывалась. А в ответ на мои попытки ее все-таки втолкнуть активно дрыгала древком и непрерывно верещала.
– Лезь в меня, дура! – не выдержав, заорал Котелок.
– Щ-Щ-Щ!
– Лезь, кому говорю!
– Щь!!!
– Да чо ж ты упрямая такая?! Ты ж метла, а не кусок мяса! Не сваришься! Ле-е-езь!
Внезапно послышался звук щелкнувшего дверного замка, и громкий, сердитый голос лорда Алистера произнес:
– Адептка Тиррель! В вашей лаборатории зарегистрировано превышение допустимого темномагического фона… – когда до ректора дошло, что он видит, мужчина запнулся и уже изумленно выдохнул: – Вы что, к Кахору, творите, Лиана?!
От осознания катастрофы сердце на миг испуганно сжалось, а потом застучало, как у зайца.
«Я пропала! – забилось панически в голове. – Это конец!»