Наталья Жильцова – Факультет Изгнанных (страница 11)

— Почему он вообще связался со всеми этими варданцами и радикалистами? Тот же Ланс, например, клялся, что пошел к ним ради Дианэ. Но почему так поступил твой отец?

— Он верит, что соглашение с варданцами защитит наш Домен от уничтожения, — во взгляде Дириона вновь промелькнула боль. — Но лично я не могу оправдать такую бойню. Ничем.

— Я тоже, — пробормотала я. — Ведь даже если дело во мне или моей семье, зачем убивать остальных? В чем обычные люди виноваты?

— В этом случае дело не в вас, — Дир отрицательно качнул головой. — Ну или не только в вас, а вообще в магах. Видно было, что им нужно было посеять хаос. Варданцы ненавидят магию в принципе. И их борьба за якобы выживание — уже просто ширма для того, чтобы получить свое. Ведь после появления и развития магии все руководящие должности занимали исключительно маги. Дархаты. А те, кто магии был лишен, лишались и перспектив пробиться к власти. Кому такое понравится? Кому понравится считать себя, гм, ущербным? Вложи таким людям в голову правильные мысли, чтобы оправдать дальнейшие деяния, даже самые черные, и получишь тех самых радикалистов. А дальше дело за малым — организовать их и дать в руки оружие.

— Да, а ты похоже прав, — задумчиво протянула я. — Тогда понятно и то, что их ненависть к магии избирательна. Жизнетворцы-то выгодны, они целители хорошие.

— Угу, — кивнул Дирион. — Ну а твое появление просто взорвало ситуацию. Страхи, которыми напитывали радикалистов, воплотились в реальность. Идеальный повод для передела власти. Осталось только Тиа Маттэ пробудить, и все. Совету точно конец. Они там с перепугу друг друга сами пожрут, варданцам останется просто прийти на все готовое.

Я сглотнула. А потом, решившись, выдавила:

— Дир… Тиа Маттэ… в общем, она проснулась.

Мгновенный шок в его взгляде и тихий, но жуткий рык:

— Ты⁈

— Лорд Балор. И он уже мертв. Я только помогала! — выпалила я. — Дир, он использовал на мне свою силу, я тогда чувствовала исключительно ненависть! И он сказал, что пробудить Тиа Маттэ необходимо для нашего выживания! Радикалисты ведь вообще всех убивали, ты же сам подтвердил, они бы пошли до конца! А еще лорд Балор сказал, что у нас есть возможность в любой момент ее остановить! Мы, в смысле, Изменчивые, можем с ней общаться. И уничтожить ее можем насовсем. Понимаешь? Он бы сказал об этом на Совете, но радикалисты его убили! И сестру мою убили, и Александра, наверное, тоже! Только я осталась! И я бы помогла, честно, с удовольствием, была бы возможность!

Дирион глубоко вздохнул, медленно выдохнул и с чувством выругался.

А потом резко поднялся и требовательно протянул ко мне руку:

— Пойдем.

— Куда? — я со страхом посмотрела на него.

— Да уж не на казнь! Дашша с два я дам тебя кому-то убить, пока ты не исправишь все, что натворила, идиотка! — рявкнул он и, вздернув меня со стула, потащил к двери.

Глава 5

— Не понимаю, почему мы не могли остаться в нашей диртеме? На кой дашш нам эта пепельная летайка? — проворчал Трион, поднимая пурпурную каплю в воздух.

— Конспирация, — отстраненно откликнулся Айландир. — По официальной версии в Грейв-холл сейчас летят пепельники, а не тленники. И сразу бери правее, точка пропуска через щит за восточной сторожевой башней.

— Помню, — Трион кивнул.

Диртема выскользнула из ангара и устремилась на восток. Сам защитный купол почти не был заметен, но легко угадывался и так по четкой границе, за которой выжженная «Багровым молотом» земля обрывалась и начиналась нетронутая огнем зеленая трава.

Миновав щит, диртема заложила вираж и вскоре приземлилась на мощеный двор, а спустя несколько мгновений Айландир уже вбегал в просторный холл. У входа его встречали Жердан и дядя Донатан.

— Ваша светлость! — воскликнул дворецкий. — Счастье, что вы все-таки смогли до нас добраться!

А Донатан в два шага оказался рядом и стиснул в медвежьих объятиях.

— Живой все-таки! — отстраняясь, выдохнул он. — Когда мы восстановили связь и я услышал в новостях, что тебя убили, думал… а, даже вспоминать не хочу.

— Я тоже, поверь. Еле выбрался, — Айландир поморщился. — Где отец?

— В святилище, на алтаре, как и полагается.

Облегченный вздох вырвался сам собой. Раз он там, значит, кокон еще удерживает эфирную оболочку, и получится провести обряд Возвращения.

— А мать? — уточнил Айландир, хотя об ответе уже догадывался.

— Миледи Архея погибла, — подтвердил догадку дворецкий. — В момент покушения сработало родовое карающее проклятие. Сожалею, мой лорд.

— Здесь не о чем сожалеть. Она была безумна, — бросил Айландир, разворачиваясь к лестнице. — Я к отцу.

— Надеюсь, у тебя все получится, — пожелал удачи Донатан. — Жаль, не могу остаться, нужно наше присутствие на Совете.

— Да, Совет будет весьма интересным, — пробормотал Айландир.

На миг перед глазами встало лицо Яны — девушки, так походившей на Еву и одновременно совершенно не похожей на нее. Грудь кольнуло, однако он мгновенно подавил в себе лишние сейчас эмоции, не позволив вернуться боли. Не время.

— Ты что-то знаешь? — заинтересовался Донатан.

Айландир коротко кивнул:

— Достаточно, чтобы объявить общую эвакуацию уже сейчас. Трион, свяжись с кланами, пусть забирают все, что можно вывезти. И используют только Южный межмировой портал.

Донатан изумленно кашлянул. Удивился и Трион:

— Но нападение отбито, имеет ли смысл оставлять планету?

— Не будет скоро этой планеты.

— Что⁈

— Все объясню потом, если еще будет необходимо. Сейчас нет времени, — отмахнулся Айландир и ускорил шаг.

Почти бегом спустившись на подземный уровень и миновав несколько коридоров, Айландир остановился у небольшой, но крепкой двери, окованной полосами металлида. Взявшись за тяжелую ручку, он подождал пару мгновений, пока сработает заклинание доступа. Когда в ладонь едва заметно кольнуло, Айландир открыл дверь, пригнулся и вошел внутрь святилища.

Это небольшое, лишенное окон помещение, как и дверь оплетенное полосами металлида, было создано с одной единственной целью: сохранить того, кто сюда помещен, и подпитывать защитные чары.

Тело отца лежало на расположенном в центре каменном алтаре, по углам которого высились обсидиановые столбы с железными чашами. Именно они давали весь свет в святилище и нещадно чадили. Впрочем, дым почти тотчас исчезал, благодаря заклинанию магической очистки воздуха.

Айландир обошел алтарь, разглядывая тело отца. Что ж, теперь не осталось никаких сомнений в том, что удар матери убил его мгновенно. Если бы не родовая связь, даже исцеление физической оболочки, которое провели практически сразу, не помогло бы. Собственно, оно и не помогло: лежащее перед ним бездыханное тело с белым как мел лицом это полностью подтверждало.

«А ведь отец от нее этого не ожидал, — мелькнула мысль. — Даже после всего, что мать уже успела натворить, потерял рядом с ней осторожность. Верил, что к ней вернется разум. До последнего…»

Айландир мотнул головой. Отношения родителей и в целом их семьи — еще одна запретная тема. А сейчас ему необходима ясность рассудка и абсолютная концентрация.

Пора приступать к ритуалу, который он хоть ни разу и не проводил, но знал наизусть с детства.

Первым делом Айландир сделал видимыми магические потоки, и теперь картина, представшая перед ним, выглядела несколько иначе.

Каждая горящая чаша была своеобразным якорем, точкой крепления магического полога, который создавал видимость светящегося шатра, внутри которого стоял древний алтарь. Волны струящейся силы заставляли полог колыхаться, словно от легкого ветра. Именно он не давал эфирной оболочке отца улететь восвояси и окончательно.

Заранее сформированным заклинанием Айландир замкнул магические потоки подрагивающего полога на себя и сам пошатнулся от неожиданной тяжести. Горло перехватило, а сердце застучало как безумное, словно он только что пробежал несколько километров на предельной скорости.

Глубоко вздохнув, Айландир взял под контроль силу и бросил следующее заклинание, после чего темный дым, идущий из горящих чаш, изменил свое направление. Вместо того чтобы подниматься ровно вверх, все четыре столба изогнулись, словно готовящиеся к броску змеи, и бросились к алтарю.

Миг, и прямо над бездыханным телом отца, на высоте примерно в пару метров, в воздухе вспыхнула прозрачная фигура, тотчас обвитая дымными жгутами.

Настало время последнего и самого главного.

Почувствовав готовность, Айландир воззвал к родовой силе.

Тело отца на алтаре выгнулось и затряслось, словно под действием электрического тока. Рот распахнулся, но оттуда не раздалось ни звука. Легкие были мертвы и воздуха в них не было.

А дымные жгуты стали опускаться. Все ближе и ближе к алтарю и дергающемуся на нем телу они притягивали эфирную оболочку.

Заклинание Айландира достигло пика своей мощи. Голос его тяжелым колоколом ударил в окружающие каменные стены, и с последним словом тело отца замерло.

Ритуал был завершен.

Айландир выдохнул, чувствуя, как начинает наваливаться усталость. А спустя миг в комнате раздался сухой кашель, показывая, что легкие недавнего трупа вновь начали свою работу.

Глаза отца открылись. Кантор Грейв, глава Домена Тлена, с трудом оперся на руки, сел и бросил на Айландира хмурый взгляд.

— Судя по тому, как затекло все тело, ты не очень-то торопился, — хрипло произнес он.