Наталья Жарова – Я, ты и наша тень (страница 78)

— Ну да, и это тоже, — усмехаясь одним уголком губ, произнес он.

О боги, не знаю, как поведет себя королева, когда узнает, кто на самом деле ее страшненькая сноха. В любую секунду может прозвучать роковое: «Тала — наследница Белоземья».

— Вы знакомы с моей сестрицей? — как ни в чем не бывало продолжал Грэм. — Ее высочество Малесия.

Брюнетка изящно склонила голову.

— А этот благородный господин не кто иной, как предыдущий правитель Белоземья, мой благодетель, который не побоялся передать бразды правления в другие руки, господин Дард.

— Вот и свиделись вновь, — прошипел он.

— Очень скучала, — также тихо ответила я, выдерживая полный ненависти взгляд.

Наш мимолетный обмен любезностями остался незамеченным. Матушка, к моему огромному счастью, не обратила должного внимания на лысого старикана.

— Ну а это, — Грэм широким жестом указал на сидящего в тени человека. — Это наш особый гость. Наш верный слуга. Наши глаза и уши в Лаэрдских землях. Прошу любить и жаловать!

Человек медленно поднялся и сделал шаг к яркому свету.

— Данай? — выдохнула я.

— Вот и свиделись, Тала, — невозмутимо произнес он.

Глава тридцать девятая

— Твою ж мать! Ой, простите, матушка, это я не вам…

— Ничего, Тала. Моя реакция примерно такая же, — королева успокаивающе похлопала меня по плечу. — А вот от тебя, Данай, я такого не ожидала!

— Поверьте, Ваше величество, ваши ожидания волнуют меня в самую последнюю очередь, — голос Даная, казалось, насквозь пропитался холодом. — Но все-таки рад вас видеть в добром здравии. И тебя Тала тоже.

— Да пошел ты…

Я отвела взгляд от лица бывшего друга. Прав был Нил, когда прогнал его. Абсолютно прав! А я-то, дурочка, думала, что бедного Даная несправедливо обидели. Волновалась за него. Переживала. Я ему доверяла. Во всем. Всегда. И Нил… Он ведь ему тоже верил.

— Ну что ж, очень рад, что вы, наконец, встретились, — широте улыбки Грэма мог позавидовать любой. — Видишь, дорогая Тала, не все на самом деле так, как кажется на первый взгляд. Каждый из нас полон сюрпризов. Как и ты.

Матушка прислушалась к последним словам.

— Что он имеет в виду? — вопросительно шепнула она.

— Потом объясню, — отмахнулась я, но увидев в ответ недоверчивый взгляд, продолжила: — От меня вам незачем ждать подвоха. Я верна Нилу и соответственно вам.

Королева кивнула.

Она мне поверила. Она беспрекословно поверила мне. Конечно, сейчас на фоне предательства Даная я выгляжу истинным ангелом, но все же… Она доверилась не кому-то, а страшненькой безродной Тале. Она наконец-то приняла сноху со всеми недостатками, и нарушить эту тонкую грань именно сейчас было бы непоправимой ошибкой.

— Прошу к столу!

Грэм легким полупоклоном предложил королеве сопровождение, но она лишь высокомерно вскинув голову, взяла меня под руку.

— Если вы не против, я сяду рядом с той, кто вызывает во мне наибольшую симпатию, — громко и четко сказала она.

Дарда перекосило. Данай удивленно улыбнулся.

— Вот как? — произнес Грэм и расхохотался. — Не пожалеть бы вам потом об этих словах.

Но матушка лишь фыркнула и покрепче вцепилась мне в руку.

Так и получилось, что за обеденный стол мы с королевой сели вместе. Подле друга друга. По правую руку от меня оказался дедуля Дард. Напротив Данай. Господин Грэм с сестрицей разместились с другой стороны.

Повисла гнетущая тишина. Мне было неуютно и тревожно. Первым подал голос длинноволосый блондин:

— Позволь спросить, Тала, какого беса ты вырядилась в это тряпье?

— Да как ты смеешь! — возмущенно рявкнула мамаша. — Это мое платье!

— Ах, ваше? Ну так это все объясняет.

Грэм хохотнул:

— Ну вот, а я чуть было не поверил, что это и есть истинная Тала. Та самая красавица, которую так расписывал господин Дард.

— Она прекрасная девушка! — ощетинилась королева. — Мой сын никогда не женился бы на недостойной! Вашу сестру он даже рассматривать в качестве жены не захотел, это о чем-то говорит, не находите?

Малесия покраснела. От ярости или же от стыда за собственную непригодность, узнать, к сожалению, не удалось.

— Тала очень хорошая девочка и не вам ее судить, — матушка величественно поджала губы и принялась за еду.

Данай не скрывал своего удивления, видя такую рьяную защитницу в лице королевы. Даже Грэм пару раз изумленно хмыкнул. А уж как я была поражена… Словами не описать.

— Талочка, красавица моя, передай, пожалуйста, вон тот соус. Спасибо, милая, — как ни в чем не бывало продолжала матушка.

Грэм в очередной раз усмехнулся, но удержался от комментариев. И через пару минут, как ни в чем не бывало, начал непринужденный разговор:

— Данай, расскажи, какие вести от Нила?

Я вся обратилась в слух.

Блондин откинул назад длинную прядь и, подняв бокал с вином, сообщил:

— Все, как и было задумано. Нил, вместе с армией, сейчас оттесняется к границам Белоземья. Я думаю, к завтрашнему дню ваши войска смогут войти в Лаэрд.

— Что? Как же так? — непроизвольно вырвалось у меня вслух.

— А вот так, Тала, вот так, — Грэм сложил перед собой руки и глубокомысленно опер на кулак подбородок. — Пока ты с королевой-матерью весело проводишь время у меня в гостях, твой муж терпит поражение за поражением. В скором времени, он также окажется в плену. Жду не дождусь этого.

— Зачем? — только и смогла вымолвить я.

— Ну как «зачем»? А как же Лаэрд, милая моя? А как же благословенный зеленый край, — тут его мягкий, почти ласковый голос обрел твердость. — Край, где на каждом углу встречаются эти чудовищные, отвратительные создания — Тени!

— Пресветлые боги, за что же вы так не любите Теней? — я поразилась такому всплеску гнева.

— А за что же их любить? — интонации Грэма вновь переменились на ласкающую слух бархатную нежность. — За что их любить, Тала? Они омерзительны.

— Вы неправы, — едва слышно запротестовала я, вспомнив пушистого Хомочку.

Королева внимательно посмотрела на Грэма. Окинула его прищуренным взглядом, несколько раз моргнула и вновь задумалась.

— тени плохие, говорите? А может просто лессиры недостойные? — внезапно выдала она. — Тала, а я ведь вспомнила господина Грэма… Столько дней вспоминала, где видела его лицо, и никак не могла вспомнить. А тут вдруг, словно само всплыло, — оживилась мамаша, но вот Грэм с каждым ее словом мрачнел все сильнее и сильнее. — Господина Грэма однажды отобрали среди юнцов, для того чтобы обучить на лессира. Правда, это было очень давно, не правда ли? Еще до рождения Нила. Но Грэм оказался совершенно неспособным на единение с Тенью. Ни один призрак не захотел признать его парой. Говорили, что он слишком жестокий, слишком бесчувственный. Была какая-то история… Вспомнить бы… Ах, да… Вроде бы он попытался убить тень за ее отказ подчиняться. И тогда его прогнали с Лаэрда. Я права, господин Грэм?

Лучше бы она этого не говорила. Грэм почернел лицом, стукнул кулаком по столу. Вскочил на ноги, едва не перевернув кресло.

— Да как вы смеете⁈ Вы всегда относились ко мне свысока. Для вас я всегда был лишь мальчишкой, бедным чужаком, выпрашивающим подаяния у прохожих! А вы меня не только не приняли, но и всех Теней настроили против! Если бы хоть один согласился стать парой, но нет! Вы прогнали меня, как порченую вещь, как ненужную игрушку!

— Вы пытались убить Тень!

— Она заслуживала этого! Она отвергла меня!

— Это не повод!

— Да что вы понимаете! — Грэм полыхал от ярости. — Это всего лишь Тень, мразь, недостойная единения! Но из-за нее мне отказывали среди лессиров! У меня было все: знания, ловкость, сила. Но вам было этого мало. Чтобы видеть во мне человека, вам нужна была подотчетная Тень. А без этого кем я был в ваших глазах? Неполноценным ублюдком!

— Неправда. Мы всегда помогали ученикам, — голос королевы зазвенел от напряжения. — Не получилось с одной Тенью, могло получиться с другой! Пусть не сразу, через год, два. Вас никто не торопил.

— О, нет, я не стал ждать ваших подачек. Я смог подняться сам. Без вашей протекции, дорогие лаэрдцы.

— И чуть не убили Тень.