Наталья Жарова – Я, ты и наша тень (страница 10)

— А, может, носик?

— Нет. И даже бородавку оставишь, — с победным видом опередил он мою следующую просьбу.

— Ы-ы-ы… Злобный хомячище!

И что с ним делать? Ладно бы еще знать, за что такие муки терпеть? А то молчит, ничего не говорит. Командует только.

И так мне себя разнесчастную жаль стало, что я обреченно присела на краешек кровати и вполне натурально разрыдалась. Размазывала слезы по щекам, терла кулачками глаза, хлюпала налепленным носом и даже тихонечко подвывала.

Именно в таком расстроенном состоянии и застал меня господин Нил, зашедший неожиданно в гости.

— Тала, я хотел узнать, как вы устроились? — выдал он, едва открыл дверь, и тут же осекся. — Что-то случилось? Вас кто-то обидел?

— Да-а-а, — продолжала по инерции подвывать я.

— Кто?

— Хома-а-а!

Мне показалось или Нил удивленно округлил глаза?

— Хома? Ваша пара-Тень?

— Да-а-а… Ы-ы-ы… — я не забывала делать выразительный «хнык-хнык».

— Чем же он вас так расстроил?

— Он хочет, чтоб я на ужине была страшная!

— На сегодняшнем ужине? Ну, он, не прав, уверен, вы будете выглядеть очаровательно. Как всегда, — Нил пробежался взглядом по животику со складочками, по крючковатому носу и уставился на бородавку. — У вас просто такая особая, своеобразная красота.

— Правда?

— Конечно. Очень своеобразная, но все же красота.

— Ой, — я даже захлопала глазками от умиления.

Лессир прищурился:

— Данай упоминал, что у вас иногда глаз дергается, может вам обратиться к лекарю?

Глаз дергается? Гм…

— Нет, спасибо, уж с этим я сама как-нибудь справлюсь.

— Что ж, ладно, как хотите. А то у нас есть замечательный лекарь, мог бы осмотреть…

— Нет!

— Хорошо, хорошо, понял. За своим здоровьем следите сами, — он миролюбиво пожал плечами. — Кстати, ужин начнется через полчаса.

— А-а-а… — с новой силой начала подвывать я, хватаясь за голову.

— Ну, сейчас-то в чем дело? Тала, может, я чем-то смогу вам помочь?

Я задумалась, почесала макушку, потом живот, снова макушку. Закатила глаза к потолку и, не придумав ничего лучше, попросила:

— Организуйте мне новое платье, сир. Пожа-алуйста!

О, да! Платье оказалось великолепным, потрясающим, неземным! С корсетом расшитым многочисленными жемчужинами, с пышными воланами на юбке и аккуратным декольте.

И только одна проблема заставляла меня реветь крокодиловыми слезами и яростно пинать ногами стены. Платье катастрофически мало.

В срочном порядке было отправлено за кем-нибудь, кто сможет решить сию проблему.

Не прошло и десяти минут, как одна миловидная тетенька с копной непослушных поседевших кудряшек, прицокивая языком, уже оглядывала мою круглую фигуру.

— Вам однозначно стоит похудеть, милочка, — вынесла вердикт дама. — Даже жаль платье портить. Вот, если бы животик был поменьше и без складочек, тогда еще можно было бы попробовать, а так… — она пожала плечами. — Да и бедра у вас, простите, обхватом с белоземского коня. Не должно быть так. Вот помню муж мой…

Я ошеломленно распахнула глаза.

— Зачем вы все это говорите?

— Милочка, я, конечно, понимаю, что вас сюда привезли чтобы вы стали лессиром, но где вы видели лессиров с такими формами? Лессиры — образец для всех.

— Кхм.

— Возможно, что у вас совершенно другое призвание. Подумайте над этим, милочка, — седовласая дама сочувствующе похлопала меня по плечу. — С вашими формами не с Тенями общаться стоит, а с кем попроще. Я вас не оскорбляю, душечка, нет-нет, что вы… Просто совет даю. А вы уж прислушайтесь, будьте так добры. Все-таки толстушечка, да среди лессиров… сами понимаете.

— Понимаю, — я небрежно скинула ее ладонь. — Ну что ж…Спасибо большое, тетя, но идите-ка вы отсюда… лесом, пока эта самая толстушечка не выставила вас вон пинком под зад! Поняла? Метелка тощая! — рыкнула я на нее, добавляя от себя еще несколько не совсем вежливых словечек и вспомнив, как вел себя Данай с Вуппом, высокомерно добавила: — Вон пошла!

Гостья едва не задохнулась от подобной наглости, но взяв себя в руки, всего лишь скорбно поджала губы и, взметнув полы длинных юбок, гордо вышла из комнаты.

— Гусыня в перьях, — хрюкнула я ей вслед, зло сминая ткань платья.

Что делать-то? Время ужина неумолимо приближалось.

— Хома? Хомка, где ты? Почему, когда надо тебя никогда нет рядом.

— Да тут я, тут, — Хомик запыхавшись, взобрался на кровать. — Человечка, ты совсем ничего без меня сделать не можешь?

— Хома, почему ты меня не защищал?

— От кого?

— Ты вообще видел, что тут сейчас происходило?

— Я уходил. Талочка, зато я увиделся со всеми Тенями лессиров! Они такие… такие…

— Хома, потом! Сейчас лучше скажи, что мне с этим делать? — я демонстративно потрясла платьем. — Тут ко мне тетка чванливая приходила, хотела помочь видимо, да не смогла, — мои губы сами собой расползлись в язвительной ухмылке.

— Приходила? Гордая седовласая дама? — пушистик пытливо заглянул в глаза. — Высокая, с локонами и привычкой поджимать губы?

— Да. Вредная такая.

— И? Что ты ей сказала?

— Эээ… Да так всего понемножку, — засмущалась я, не понимая его любопытства. — Называла только ласковыми словами, говорила только о возвышенном. Пожелала хорошей жизни, безболезненной смерти…

— Тала! — вскричал Хома, хватаясь лапками за голову. — Ты оскорбила мать лессира Нила⁈

— Ой… так это была его мама?

Шаркнула ножкой и покраснела уже по-настоящему.

Ай, да я! Вот это шутница-удача повернулась ко мне причинным местом. Умудрилась обидеть мать правителя Лаэрда в первый же день. Талант.

Хотя я ведь даже не виновата. Ну вот ни капельки. Она сама меня оскорбила. Вот так.

Высоко вздернув нос, и полностью уверившись в собственной невиновности, я взялась за проклятое платье.

— Тала, тебе оно надо? — хмуро вопрошал Хома, взирая на мои тщетные попытки влезть в одеяние.

— Не могу я идти в старом.

Наряд трещал по швам.

— Почему?