Наталья Зем – Родные люди (страница 8)
Не может сказать Оля, в чем было несчастье папы. Может быть, он был несчастен из-за того, что не достиг абсолютной Истины, Правды, или недостаток любви к жизни. Это проявлялось во всем, что он говорил и делал. Может, он не находил согласия с самим собой. Скорее, он не мог смириться, в первую очередь, с самим собой. Самая большая борьба человека – с самим собой. Сейчас мне представляется, дядя был просто глубоко одиноким человеком. Он страдал от отсутствия в его окружении единомышленников, людей, с которыми он был близок духовно, которые бы мыслили теми же категориями, что и он… Олюшку папа учил жить, чтобы они чувствовали его присутствие на расстоянии: в Корее ли он, в России, далеко или рядом. Учил ее жить самостоятельно, ни с кем и ни к чему привязываться, учил выживать одной. И Оля живет. Одиночество наполненное…присутствием человека, которого нет в земном мире…. Папа был одинок и непонят окружением…особенно, при этом – невероятная тяга к знаниям, познанию. Стремился учиться, учился и много учился и знаний приобрел, невероятно сильный человек, этому и детей учил, жить разумом, логикой, рассуждать, разбираться, вникать в суть, понять положение, потом рассуждать. Очень одаренным был и при этом закрытым человеком. Он был ровным: не проявлял открыто ни отрицательных, ни положительных эмоций, не делился ни чувствами, ни проблемами. Человек – в себе. Человек – секрет.
И он, и тетя Зоя воспитали девочек очень ответственными людьми, чтобы они умели полагаться и рассчитывать только на свои силы, были трудолюбивыми, были честными, что является самым простым и важным в жизни. Всю жизнь родители следовали этому принципу.
Самчун был одновременно очень музыкальным человеком. Еще в педучилище он начал играть на мандолине и играл до конца жизни. В армии играл в духовом оркестре на трубе-баритоне. С тех пор он очень любил слушать старинные марши и вальсы. Когда переехал в Корею, научился играть на окарине (это такой небольшой духовой национальный инструмент). И даже играл в ансамбле. Соответственно пел хорошо и любил, в основном, корейские песни. С детства в нем были сильны пристрастия к национальным традициям и обычаям. И всегда он тосковал по жизни в Корее, прожив всю сознательную жизнь в столице в Москве, в душе так сильно тоскуя по исторической Родине. Если говорить о музыкальном таланте самчуна, именно в этом проявлялась их близость с младшей дочкой. Олечку поражал и восхищал этот папин музыкальный талант, его абсолютный слух и великолепный вокал, умение играть на музыкальных инструментах без труда. И этот его талант передался двоим девочкам: Кате и Оле. Обе пели в школьном хоре, потом – музыкальной школе, позже – церковном хоре. Олюшка по сей день благодарна папе за этот дар тонко чувствовать музыку и понимать прекрасное.
Именно этот талант объединял младшую дочь с отцом. Самчун часто включал пластинку и слушал, и ему в эти минуты было хорошо. Его любимая пластинка «Парад оркестров» композиция «Воздушная кукуруза». Кстати, это любимая композиция Олюшки. Дочь много любит из того, что любил папа, например, пряники со сметаной. Даже в этом у нее общее с папой. Еще. Олюшка рядом с папой всегда чувствовала себя ученицей, которая пришла, чтобы слушать…урок. При нем Олечка говорить первой особо не осмеливалась, она либо слушала либо отвечала на вопросы. В любом кругу дядю либо слушали, либо он молчал, никто не помнит с ним диалогов. Задумчивость – отличительное качество самчуна. Только легкое посвистывание себе под нос. Таинственная натура. Что происходило в его гениальной голове одному Богу известно.
Самчуна всегда привлекало все естественное, натуральное, любил он предметы из дерева, многое мастерил руками. Оля помнит, как папа учил ее точить карандаш сапожным ножом, за что она ему безмерно благодарна до сих пор, и это тоже объединяет ее с папой. Иногда ей кажется, папа хотел жить в своем доме, на своей земле.
Ему нравилась природа, все живое, деревья, птицы. Каким он был счастливым, работая переводчиком корейского языка, ему удалось за вознаграждение приобрести небольшой дачный участок недалеко от дома. На нем он проводил с тетей Зоей большую часть своего времени перед отъездом на постоянное место жительства в Корею. Я помню, когда я приезжала в Москву, самчун показывал свою дачу, как мне представляется, она была предметом его гордости и радости. Дядя был увлекающимся человеком и увлечения у него были разносторонние как-то друг с другом не согласующиеся. Он любил радиотехнику: где-то подобрал сломанный усилитель, проигрыватель, динамики, сам все отремонтировал и сделал настоящую стереосистему. А еще он любил работать с деревом: делал столы, табуретки, полки, этажерки на старой однокомнатной квартире ул. Дзержинского, у них был кухонный гарнитур, который он сам сделал, своими руками.
Катя вспоминает, папа очень любил читать корейские книги. В Москве в квартире в родительском доме их осталось очень много. Я лично помню, как в разговоре со мной самчун подолгу мог говорить о тонкостях корейского языка, о его происхождении и других нюансах, которые так мало нас привлекали.
По наблюдениям, сделанным мною из тех редких поездок в Москву во время учебы в университете в г. Томске, я сделала вывод, что самчун Сан Хо был скромным, я бы даже сказала, аскетичным человеком и очень сдержанным, немногословным, одновременно очень образованным и интеллигентным человеком. А еще его отличала глубокая порядочность и цельность натуры. Он жил обособленно, только в известном ему выдуманном мире, думал о чем-то, молчал и посвистывал себе под нос. Никаких эмоций.
Сейчас по прошествии времени нам может показаться, что он тосковал по родным, по сахалинской земле, скучал по рыбалке и охоте, встречам с друзьями и одноклассниками.
Не знаем достоверно, но грусть изредка проглядывала в уголках глаз. Конечно, он любил свою семью, своих девочек, но никогда и никто выражения этих чувств не наблюдал. Он много читал, увлекался техникой и всегда хотел жить со своими соотечественниками – корейцами. А прожил всю жизнь в Москве и только в 2009 году уехал на ПМЖ в Республику Корея, хотя, многие его земляки переехали и жили там с 2000 года.
Самчун Санхо был самым загадочным и таинственным человеком из всей нашей многочисленной Родни. Несмотря на свою молчаливость и немногословность, помню, со мной всегда нарушал этот принцип, был говорлив и делился своими откровениями, только нужно было верно и точно обозначить для него интересующую тебя тему и он мог часами рассуждать о тонкостях и особенностях корейского языка, его произношении, возникновении и перспективах развития в современном мире. До недавнего времени у меня хранились письма самчуна, написанные им во время моей учебы в г. Томске, все они были пронизаны нескрываемой нежностью и заботой. Сказать, что самчун Сан Хо был «ходячей» энциклопедией, не сказать ничего, он был глубоким, думающим и эрудированным человеком, имеющим представление о любом предмете его интересующем. Самчун Сан Хо был самым уважаемым и недосягаемым, может, потому что жил в столице нашей родины, единственный из братьев и сестер имел высшее образование, имел неординарное мышление и был…загадочным. Он улыбался своей подкупающей улыбкой и был искренним до глубины души. А еще самчун был очень авторитетным членом нашей большой Родни, тоже по тем же причинам, вышеперечисленным. Он был сильно привязан к своим сестрам Ким Бон Хо и Ким Бон Суни и братьям Ким Бон Хо и Ким Ен Хо. Тяжело переживал утрату в декабре 1988 года, гибель своего младшего брата Ким Ен Хо в г. Углегорске. В письме к Оле он дал волю своим чувствам и переживаниям.
Письмо самчуна Сан Хо племяннице Оле: «