Наталья Зайцева – Зооцелительница (страница 1)

Наталья Зайцева

Зооцелительница

Зооцелительница

1. Когда планы рушатся

Диплом получен.

Переливчато-золотой: «Ашвария Эристави, магесса, зооцелитель». Сердце колотится от волнения, и перехватывает дыхание.

Рабочий контракт заверен и подтвержден кровью.

И тишина в зале…

Разовый артефакт портального перехода в место распределения наш декан отдавал мне под изумленное молчание выпускников и их родителей. Преподаватели, деканы и ректор удивленно переглядывались и тихо переговаривались между собой.

Я застыла в недоумении.

Я – гордость академии, дочь ректора, у меня золотой диплом с отличием – да никто не сомневался в моем блестящем будущем! Королевский зоопарк магических животных подал заявку под специально выделенную для меня вакансию.

И я не верила глазам, когда разглядывала свое назначение.

Какой еще «Свирепый Вепрь»?

Какое еще Имгульское Княжество? Это где вообще?!

Лишь выдержка и многолетняя практика не дала папе подскочить, когда все пошло не по плану. Он только взглядом показал мне: «Поговорим дома».

А что тут говорить-то?

Распределяющий артефакт, знаменитый инструмент академии, в шутках не замечен.

Высокоточный и чувствительный, он никогда не подводил. Хотя в уставе академии были пункты про оспаривание направления, выданного магическим артефактом: возвращаешь диплом, платишь штраф в двойном размере обучения за все годы, и спорь сколько душе угодно! – никто не спорил. Да и редко факт назначения не совпадал с желаниями и мечтами выпускника о предстоящем месте работы.

У меня ведь не было и тени сомнения, когда я тянулась к артефакту. Практически сразу на столе у комиссии проявился контракт, а следом и артефакт переноса. И никакого зоопарка!

А портального артефакта вообще не должно было быть – на работу нам положено ходить ножками…

В душе бушевала паника, когда я протягивала трясущуюся руку, чтобы стряхнуть на контракт капли моей крови, подтверждая договор.

Вскоре все было кончено, я выскочила из актового зала в фойе академии и, пнув ни в чем не повинную кадку с фикусом, поплелась домой, размышляя о несправедливости жизни.

***

Набережная стояла в цвету. Легкий ветерок небрежно обнимал гуляющих. Вечно голодные чайки хватали мороженое у зазевавшихся прохожих. Солнце искрило и рассыпалось бликами по поверхности взволнованного моря. Мутные зеленоватые волны с шумом ударялись о парапет и, разлетаясь брызгами, уползали пеной обратно. Кэнси, моя любимая столица, нежилась под лучами почти летнего солнца.

– Погоди, погоди! Да погоди же, Ашвари! – держась за бок и отдуваясь, догоняла меня подруга Милисента.

– Не хочу говорить, Мася, не сейчас.

– Да ладно ты! Что психовать-то? Ну не совпало. Знала ведь, что без распределяющего артефакта никак.

– Тебе легко говорить. Не тебя отправляют неизвестно куда.

– Меня, между прочим, тоже не в папины конюшни. Родители в академии остались, обсуждают с деканом.

– Да?! И куда тебя?

Милисента замялась, а потом сказала, вздохнув:

– Куда я вообще не готовилась. В Королевский зоопарк. К магическим животным. Твоя вакансия.

Я встала, задохнувшись от новости.

– Мася!!! Да ты же ни в зуб ногой в них! Ты же на лошадях специализируешься!

– Не только тебе «повезло».

Мы купили себе по мороженому и шли по набережной мимо цветущих каштанов и пышных пальм, молча обдумывая свое положение.

– Слушай, а поменяться можно? Хотя что тебе там делать, в княжестве? – я кинула размягшее мороженое, на лету подхваченное чайкой, и сполоснула липкие пальцы в уличном фонтанчике.

– Варя, сама же знаешь, что нет.

– А ты у папы можешь спросить, вдруг он что-то путное расскажет? Если кто и знает про Имгульское Княжество, то это только твой папа. Мы ведь особо ничего не изучали про княжество-то. Только знаю, что границы закрыты и никто его толком не видел. Мираж, а не княжество, – я остановилась и посмотрела на Масю.

– Точно! Мои сейчас домой вернутся, и я расспрошу папа. И сразу прибегу к тебе. Собираться-то быстро надо. Всего день на сборы дали, гады!

Мы обнялись и побежали по домам. Хорошо, что у меня есть Мася! По крайней мере, я прекратила пинать камешки и пугать чаек.

Дом встретил меня подозрительной тишиной.

– Где народ? – я поймала проходящую мимо горничную.

– В кабинете закрылись.

– С кем?

– Твой отец приехал с директором зоопарка. Они там уже полчаса совещаются.

Я прокралась на цыпочках к папиному кабинету, хотя могла и не стараться. Отец накинул полог тишины, и я ничего не услышала.

Стоять рядом с кабинетом было бесполезно, поэтому я пошла к себе и стала потихоньку собирать сумки.

Я аккуратными стопочками раскладывала конспекты. Перетряхнула и сложила одежду. Потом просто села и смотрела в окно.

– Тебе помочь? – в дверь заглянула горничная. Я помотала головой.

За разглядыванием окна меня и застал папа. Он зашел в комнату, согнал кота с единственного свободного кресла и сел в него.

– Девочка моя, ты расстроена, я вижу.

– А Масю в зоопарк… Она мне сказала, что чуть дар речи не потеряла, когда получила свое распределение. Ты же знаешь, Масяня – лошадник. Ей эта экзотика вообще никуда не уперлась.

– Неожиданно, да… Доча, я поговорил с директором зоопарка, и он заверил, что через год примет тебя, как только этот контракт завершится. В конце концов, не зря же ты столько сил отдала учебе и всем своим факультативам по магическим животным. Поэтому зоопарк будет тебя ждать!

– А Масяня?

– А Масяня будет вольна вернуться к отцу. Ей же не надо с ним договариваться. Но знаешь, – папа задумчиво взъерошил волосы, – за все годы моей работы в академии наш артефакт ни разу не ошибался! Все выпускники с ювелирной точностью попадали на нужную вакансию, и лучшего места для них быть не могло. Хотя ума не приложу, как ты связана с клиникой в другой стране, – папа побарабанил пальцами по ручке кресла, крепко задумавшись.

Вот и папа туда же! Хотя, конечно, я видела, что папа не просто расстроен – он обескуражен. И это еще мама не знает. Она ведь не успела вернуться с конференции целителей в Мань Джань. А когда вернется, я уже отбуду.

Я сидела, равнодушно глядя на вещи, разложенные по всей комнате.

***

После обеда прискакала Милисента на своем гнедом Франте. Я уныло наблюдала из окна, как она ведет его к коновязи и собственноручно привязывает. Эту скотину наш конюх откровенно боялся.

– Варька! Я все узнала! – румяная Мася, как вихрь, влетела в комнату и, перешагивая через книги, журналы и обувь, уселась на диван с самым довольным видом.

– Папа рассказал?

– Папа. Да ты и сама многое знаешь, если хорошо подумаешь.

Я непонимающе уставилась на подругу.

– И чего я знаю многого?

– Ну, не то чтобы много, но соображай. Откуда у нас самые дорогие и востребованные лекарства? А?