Наталья Захарова – Хардкор (страница 34)
После чего взял личный корабль и рванул на Бендомир, чувствуя, как трескаются точки уязвимости.
Как выяснилось, он успел вовремя. Откопав из рабских шахт рыдающего от облегчения Кеноби, Мейс натолкнулся на злорадного Ксанатоса, грозящегося подорвать все и сразу. После чего выполнил свой долг джедая, показательно разделав гонористого идиота на филе.
Возвращение в Храм с облажавшимся по всем фронтам Джинном на буксире было эпичным. Джинна с ходу пинком под зад отправили к мозгоправам на лечение, мелкого Кеноби Мейс забрал в падаваны, а Йоде выдвинули ультиматум, в результате которого древний джедай снял с себя полномочия гранд-магистра и ушел преподавать в ясли. Попытавшемуся возмутиться Джинну Мейс вновь набил морду в спарринге и пинком отправил в больничку.
Следующие годы пронеслись быстро. Кеноби радовал успехами в дипломатии, боевке и прорезавшейся хитрожопостью, Джинн, которому мозги вправили на положенное место, пусть и с огромным скрипом, продолжал примирять и причинять, добавляя головной боли, а Мейс все так же продолжал квасить и жаловаться каждый таунгсдей с теми же собутыльниками, пусть Дуку и стал советником.
Казалось, жизнь наладилась, но тут начался конфликт на Набу, и у Мейса снова постоянно зверски болела голова. А потом Джинн припер с Татуина мелкого мальчишку, и Мейс обреченно понял, что зря жаловался, самое веселое все еще впереди.
Так и случилось.
Скайуокера законопатили в ясли с наказом лечиться, учиться и отъедаться, а отправленные на Набу Джинн и Кеноби, рыцарские испытания которого вошли в заключительную фазу, приперлись с планеты с дыркой в боку – Джинн, и с трупом ситха в морозилке – Оби-Ван.
Мейс утер скупую джедайскую слезу, с чистой совестью и огромным удовольствием посвятил довольно ухмыляющегося падавана, прибившего трофейный сейбер на стенку, в рыцари, и тут же пресек желание Джинна взять Энакина в падаваны, надавав по загребущим рукам, объявив, что мальчишка, пройдя положенное обучение, сам решит.
Глаза Энакина были квадратными.
Танцы с бубнами и заявления об избранности Джинну не помогли: Мейс приволок с Татуина мать мальчишки, и личность будущего учителя была Скайуокером определена в мгновение ока.
А пока он корпел в классах, Мейс с Оби-Ваном и Дуку раскапывали подноготную забрака.
Что все делается к лучшему, Мейс убедился, когда увидел подозрительный артефакт в кабинете свежеизбранного канцлера.
Арест обвиненного в предательстве, развязывании конфликта, взяточничестве, шантаже и еще десятке обвинений набуанца прошел в прямом эфире, а дальнейшее было делом техники. Выпнутого из теплого кресла набуанца экстрадировали на родину, вот только по пути на Набу корабль бывшего канцлера потерялся.
Мейс, берегущий сломанные ребра и едва не отрубленную руку, толкнул речь о нечистоплотности пропавшего без вести Палпатина, поглаживающий свеженький трофей – сейбер из электрума – Кеноби, стоящий за спиной мастера, только довольно ухмылялся. Энакин корпел над учебниками права. Джинн окопался в Комнате Тысячи фонтанов.
Жизнь была прекрасна.
До тех пор, пока получивший очередной отлуп от Энакина, предвкушающего учебу у магистра Ордена или Убийцы ситхов, – тут мальчишка никак не мог решить, кто лучше, – Джинн не представил нового падавана. Зул Ксисс.
Мейс вздохнул, потребовал справку от мозгоправов и размял кисти рук, берясь за сейбер.
Жизнь продолжалась. И это было прекрасно.
Контроль и учет
– Что будем делать? Кто возьмет на себя это бремя? – мрачный Мейс обвел тяжелым взглядом заерзавших членов Совета. Магистры промолчали, делая вид, что глубоко погружены в Силу и временно недоступны для внешнего мира. – Мастер Йода?
– Стар я, – прокряхтел тот, горбясь. – Не доживу, боюсь.
– Мастер Ранцизис?
– Прошу прощения, но вынужден отказаться. Конфликт на…
– Ясно, – отмахнулся Мейс. – Мастер Пиелл?
Где-то тяжело грохнуло, зал содрогнулся. Джедаи переглянулись. Комлинк Винду пискнул, корун прочел сообщение с таким видом, словно ему наживую рвали ржавыми клещами зубы.
– Произошло что? – невозмутимо поинтересовался Йода.
– Скайуокер, – скривился Винду. – Устроил гонки на мини-подах, врезался в стену и свалил в Технических залах кран. Одни убытки от этого паршивца! А я ведь говорил…
– Гхм, – прокашлялся Йода, Винду осекся и замолчал.
– Так что? Мастера? – немного успокоившись, вернулся к предыдущей теме Мейс. – Кто…
– Гхм! – снова кашлянул Йода, в упор уставившись на коруна. Тот поднял бровь. – Гхм!!!
– Что… – до Винду дошло, он расплылся в злорадной ухмылке, но тут же согнал ее с лица. – Вы абсолютно правы, мастер Йода. Действительно.
Он отстучал сообщение и обвел явно расслабившихся и расплывшихся в креслах советников довольным взором.
– Кто за то, чтобы назначить ответственными за инвентаризацию рыцаря Кеноби и падавана Скайуокера? Единогласно.
Энакин изумленно оглядел всученные ему главным завхозом и главным техником Храма древнее оборудование, помнящее еще Первые ситхские войны.
– Это что?
– Это вам, падаван, – с невыразимым злорадством произнес Паратус, подталкивая потемневший датапад толщиной с кирпич в бронированном корпусе, покрытом пятнами и царапинами, и такой же бронированный портативный принтер на ремне. – Орудия производства.
Джедаи демонически рассмеялись, ткнув пальцами в отчетные ведомости.
– Подписи, пожалуйста. Отлично. А теперь – вперед. И да пребудет с вами Сила.
Двери захлопнулись, оставляя проштрафившегося падавана и его мастера на милость судьбы.
– Да ладно… – протянул Скайуокер, поправляя ремень принтера и сумку с запасом клеящей бумаги. – Это ж не должно быть слишком долго?
Кеноби, сгибающийся под весом датапада, память которого содержала сведения обо всем имуществе Храма, просверлил его уничтожающим взглядом.
– Нет?
Сидиус довольно потер руки. Мысленно. План по закручиванию гаек и осложнению жизни джедаям набирал обороты. Предложенная одним сенатором идея проверить средства, выделяемые Сенатом на содержание Ордена джедаев, ситху очень понравилась, и он тут же издал указ о проверках на всех уровнях, с огромным удовольствием спустив его в Канцелярию. Уже через десять минут из Храма пришел ответ лично от Винду, что указ исполняется, и Сидиус злорадно захихикал.
Время шло, комиссия, проверяющая денежные потоки, рыла и копала, сенаторы, которые не гнушались запускать в них руки, тащили взятки, под действием которых комиссия смотрела во все стороны сразу, а Сидиус неожиданно отметил, что Избранный не спешит к нему жаловаться и вообще пожрать на халяву. На просьбы отправить Скайуокера в Сенат следовали странные отписки, через два месяца терпение Палпатина лопнуло, и он решил проверить Избранного лично, навестив Храм. На месте парня не оказалось, пришлось просить Стражу. Примерно через час ожидания терпение ситха было вознаграждено. Избранный вышел в холл, таща на себе какое-то явно древнее оборудование.
– Энакин!
Энакин медленно повернулся, уставясь на него мутными глазами. Шив даже засомневался, что тот его вообще видит.
– Энакин… – начал канцлер, Скайуокер моргнул, щурясь, нахмурив брови. Вид у падавана был ужасным: бледный, всклокоченный, почему-то в пыли и пятнах неясного происхождения, он стоял, шатаясь, явно не соображая ни где он, ни что вообще вокруг происходит.
– Падаван Скайуокер, – попробовал канцлер еще раз, и Энакин, пошатываясь, застонал в голос, прижимая к груди странное устройство.
– Мастер, – пробормотал Скайуокер. – Мастер.
– Что такое, падаван? – так же тихо пробормотал подошедший Кеноби, моргая воспаленными веками. Всегда ухоженный и в идеально отглаженной одежде, сейчас он выглядел натуральным бомжом, по которому тосковало стиральное корыто.
– Пропустили… – полным отчаяния голосом провыл Скайуокер, из глаз покатились крупные слезы.
– Великая Сила, – застонал Кеноби, тоже чуть не плача. Палпатин моргнул, искренне недоумевая, что вызвало такую реакцию. – Сейчас, падаван. Сейчас. Номер?
– 9999999 аурек 8899990 беш, – всхлипывая, выдавил из себя Скайуокер.
Кеноби что-то с усилием набрал на датападе дрожащими пальцами и кивнул:
– Готово.
Устройство шелкнуло, выдавая полоску флимпси с длинным штрихкодом. Энакин оторвал полоску, подошел ближе к наблюдающему Палпатину и одним уверенным движением с размаху прилепил полоску прямо ему на лоб.
– Номер 9999999 аурек 8899990 беш. Канцлер Палпатин. Одна штука.
Кеноби ткнул пальцем в кнопку, снял с пояса маленький сканер, просветив номер на лбу обалдевшего Палпатина, дождался писка аппаратуры и удовлетворенно кивнул:
– Готово.
Датапад пиликнул, оба джедая вздрогнули. Кеноби прочел сообщение и зашевелил губами. Обалдевший Сидиус, так и стоящий столбом с бумажкой на лбу, уловил обрывки гнуснейших хаттовских ругательств.
– Падаван, – похоронным голосом выдал Кеноби. – Нам открыли подземные этажи. Идем, падаван.
Скайуокер несколько мгновений открывал и закрывал рот, как рыба, вытащенная на берег, и вдруг взвыл, падая на колени.
– Мастер!!! – от вопля Избранного мелко задрожал пол. – Не надо!!!
– Идем, падаван, – Кеноби схватил его за шиворот и потащил за собой, глядя вперед остекленевшим взглядом. – Раньше сядем, раньше… Гхм… В общем, раньше.
– Мастер! – рыдал не сопротивляющийся падаван. – Не надо!!! Я все осознал!!! Я глубоко раскаиваюсь!!!