Наталья Юнина – Все не случайно (страница 35)

— Прости, я правда забыла. А куда мы идем?

— На важную встречу. Ресторан загородом, так что поторопись, пожалуйста, сейчас и так пробки.

— Хорошо, — ума не приложу, когда я пропустила момент о таком событии.

Максим садится на кровать и начинает за мной наблюдать. Быстро надеваю лифчик, натягиваю платье и распускаю волосы. Хорошо хоть они чистые и укладка нормальная. Под пристальным взглядом Максима, красится не получается совсем.

— Ты не мог бы на меня так не смотреть?

— Как?

— Вот так. Дай накраситься.

Максим ничего не отвечает, но и не уходит. Ну и ладно, беру тональный крем, наношу на кожу, заканчивается все карандашом для глаз и тушью. Кажется, я уложилась даже быстрее отведенного мне времени.

— Никогда не понимал, зачем ты это делаешь? — подходит ко мне, становясь сзади и кладет руки мне на плечи.

— Что?

— Наносишь эту хрень на лицо, ведь у тебя и так все хорошо.

— Спасибо за комплимент.

— Пожалуйста.

Максим достает из кармана прямоугольный футляр, открывает его и подхватывает цепочку с кулоном в виде капли. Убирает мои волосы назад и надевает его на меня.

— Вот теперь идеально, — целует меня в шею. — Пойдем.

Берет меня за руку и ведет в прихожую.

Через считанные минуты мы, как и полагалось, встали в пробку, на что Максим нервно постукивал пальцами по рулю. Странно, что не орет в открытую. Сдерживается и на том спасибо. Смотрю на него и понимаю, что что-то изменилось, а что именно понять не могу.

— Максим, а как ты ко мне относишься? — сама не поняла, как я могла это произнести вслух. На удивление, Островский повернулся ко мне с улыбкой.

— Это ты сейчас так не завуалированно хочешь услышать признание в любви?

— Хочу, конечно, еще желательно, чтобы ты в ногах у меня валялся, розами посыпал белыми, свечи зажег, подарками завалил. Но пока мне хватит простого ответа на вопрос.

— Вышеперечисленное соплежуйство ты от меня вряд ли когда-либо дождешься, даже если вдруг что-то такое ударит мне в голову, я буду сопротивляться.

— И все же. Как?

— А ты ко мне как? — копирует мою интонацию Максим. А мне так и хочется крикнуть, что люблю, но вовремя прикусываю язык, перебьется.

— Хорошо отношусь.

— Вот и я к тебе хорошо отношусь, — с улыбкой произносит этот гад. — Очень хорошо.

— Смотри на дорогу, не хватает еще врезаться в кого-нибудь.

— И не говори.

Через минут двадцать мы наконец-то выехали из пробок, только Максим не успел еще разогнаться, как я дернула его за руку.

— Ты рехнулась что ли?

— Останови машину, пожалуйста.

— Зачем?

— Останови.

Максим резко съезжает на обочину и останавливается.

— Что случилось?

— Там, кажется, собака лежит.

— И что?

— Ничего.

Открываю дверь и быстрым шагом иду назад. Слышу, как Максим хлопает дверью и идет за мной.

— Ты сейчас оправдываешь звание долбанутой на всю голову, иди сюда, — хватает меня за руку и разворачивает к себе. — Что ты творишь?

— Там точно собака. Смотри, вот она.

Совсем не большая собака с окровавленным брюхом лежит почти на обочине. И смотрит на нас своими огромными слезливыми глазами.

— Ну и что? Это естественный отбор, не слышала такое? Пойдем в машину, живо! — крепче сжимает мою руку и ведет к машине.

Не знаю почему не сопротивляюсь, веду себя как послушная кукла, даже слова вымолвить не могу. Очнулась только, когда он впихнул меня на сиденье и сам сел в машину.

— Максим, ну давай ей поможем, пожалуйста? Только отвезем в ближайшую ветеринарку и поедем на эту встречу. Пожалуйста, — смотрю на его абсолютно злой взгляд и понимаю, что никуда он меня не отвезет.

— Я спешу и не намерен заниматься такой херней, — заводит двигатель и трогается с места.

Мы не проехали и ста метров, как мне в голову ударила мысль, что я не смогу так уехать. Сама себя потом сожру мыслями, если не помогу.

— Останови. Езжай на встречу, я сама ее отвезу. Машину поймаю. Останови! — Максим тут же сворачивает и останавливается.

— А знаешь, иди! А трахать мне мозг этой херней больше не надо, — наклоняется ко мне и сам открывает дверь. — Иди!

Молча выхожу и, не оборачиваясь, быстрыми шагами иду обратно. Слышу, как тут же машина срывается с места. Не помню, когда мне было так обидно и одновременно тошно. Сама не вижу куда иду, снег бьет в лицо и безумно скользко. Кое-как дохожу до того места и осматриваю собаку. Глаза уже закрыты и тело чуть снегом замело. Подношу руку к мордочке, и собака тут же открывает глаза. Живая!

— Сейчас, потерпи чуть-чуть, пожалуйста.

Достаю из сумочки телефон и понимаю, что звонить в такси глупо. Я даже не знаю где нахожусь. Трасса и все заснежено. Да уж, вот же попала. Ладно, на мне же короткая шубка и платье. Кто-то же должен клюнуть, за проститутку вряд ли сойду, а вот внимания обратить на себя смогу.

Через десять минут я поняла, что все это дохлый номер. Даже нарваться на конченного отморозка и того не получается. Никто. Никто не останавливается, как бы я ни махала руками! Наступил тот момент, когда я стала жалеть не только умирающую собаку, но и себя. Жалкая, никчемная дура, которая даже не может поймать машину. А еще я только сейчас поняла, что он меня бросил! На самом деле бросил! Не проучил и вернулся, запихнув в машину, а по-настоящему бросил! Ему просто плевать на меня. Вновь наклоняюсь к собаке и глажу ее морду.

— Потерпи еще чуть-чуть. Кто-нибудь обязательно остановится.

Я бы и дальше размышляла о своем никчемном положении, если бы рядом не остановилась машина. Наконец-то! Встаю с корточек, скидываю с себя капюшон и смотрю на вышедшего водителя, разинув рот.

— Ты?!

Глава 21

Глава 21

Набираю скорость, а самого трясет от злости. Собака ей сдалась! Ну уж нет, не буду вестись на детские капризы, пора бы и подрасти. То же мне принцесса-спасительница. Сам виноват, надо было вовремя приструнить эти женские попытки манипулирования. Мчусь так, что забываю обо всем, даже толком не смотрю на дорогу, видимость которой и так оставляет желать лучшего. И это была моя серьезная ошибка, едва не закончившаяся встречей лоб в лоб. Хорошо хоть вырулил в последний момент, благо, не в кювет. Опускаю голову на руль и перевожу дыхание. Что ж ты делаешь со мной, Наташа…

Наверное, если бы не эта вынужденная остановка, я бы не задумался о том, как хреново все вышло. Да нет, чего уж греха таить, пи*дец как хреново. Завожу двигатель, чуть проезжаю вперед и разворачиваюсь обратно. Сколько меня не было? Минут пять? Нет, кажется, немного больше. Ладно, никому она не нужна с собакой в машине. Как только увидят эту болезную, сразу уедут. Хотя вариант того, что она кому-то приглянется без собаки очень даже реален. Этого мне еще не хватало.

Еду уже медленно, потому что банально не помню где оставил Наташу, да и снег так валит, что ни хрена не видно. Наконец, замечаю склонившуюся над собакой Наташу. Остановился, но как назло такой огромный поток машин, что развернуться просто нереально. Как только подвернулась возможность, тут же вырулил на другую полосу. И как в плохом кино, Наташа уже не одна. Какой-то мужик стоит рядом с ней и о чем-то говорит. Выхожу из машины, громко хлопнув дверью. Открываю багажник, беру покрывало и подхожу к Наташе.

— Спасибо за предложенную помощь, но девушка в ней больше не нуждается, — обращаюсь к блондину. Наташа смотрит на меня так, словно это не я, а какой-то мифический персонаж.

Подхожу к собаке и наклоняюсь. Живая еще точно. Кидаю покрывало на снег и смотрю на Наташу.

— Иди сюда. Придержи ее задние лапы.

— Наташ, ты его знаешь? — смотрю попеременно то на блондина, то на Наташу. Ясно, не даром лицо белобрысого мне показалось знакомым.

— Марат, спасибо, но мы дальше сами, — Марат, бл*. То урод, то уже по имени.