Наталья Юнина – Девочка по имени Зачем (страница 36)
- Спасибо, – говорю я, а самой хочется удавиться или исчезнуть куда-нибудь подальше, может в Антарктиду и обязательно в перчатках.
- Топай давай и без происшествий.
Берет меня за руку, и мы молча идем к машине. Сережа открывает мне дверь своего авто, и я усаживаюсь на мягкое сиденье, а он чистит машину от приличного слоя снега. Несмотря на то, что машина пустовала весь день, салон все равно наполнен его запахом, сама не знаю, что за запах, просто вкусный, просто его… Нужно раздобыть его туалетную воду и обязательно купить себе такую же, буду в тайне нюхать по ночам. Боже, я ненормальная. Как только перестаю витать в своих больных фантазиях, Сережа садится в машину и трогается с места. Всю дорогу едем молча. Несмотря на заснеженные улицы, домой мы приезжаем довольно быстро.
***
Ненавистные занятия меня когда-нибудь доконают, как же продержаться еще целых полгода… Ну да ладно, как-то же проучилась столько времени. Решаю уйти пораньше, по пути забрать Машу с художки и приготовить ужин. И всё-таки найти, чем пахнет мой любимый говнюк.
Пока Маша выгуливает Жулю, я быстро ставлю в духовку мясо и иду на поиски туалетной воды, ну или чем он там себя поливает. Захожу в его комнату, осматриваюсь, но ничего не нахожу. Захожу в ванную, оглядываюсь по сторонам в поисках туалетной воды, решила, что никуда не уйду, пока не узнаю, чем пахнет Сережа. Открываю поочередно все полочки, но нужной вещи так и не нахожу. Решаю, что терять все равно нечего и захожу в душевую. А вот тут уже есть где душе разгуляться: шампуни и гель для душа. Открываю каждый флакон и начинаю вдыхать запах. Боже, я действительно чокнутая, но могу поклясться, чем угодно, что это точно его запах! Всего лишь шампунь, а не какая-нибудь туалетная вода. Господи, я же ещё раньше могла его найти, бестолочь. Улыбаюсь как идиотка, представляя, как теперь буду пахнуть так же. Из фантазий меня вырывает звук открываемой двери. Черт, ну почему он так рано пришел. Прикрываю дверь душевой и прекращаю любые попытки двигаться. Все что угодно, но так позорно здесь застать он меня не должен. Сейчас всего пять вечера или что-то около того, значит душ принимать ещё рано, он просто переоденется. Да, точно, дыши глубже, Ксюша, но желательно тихо. Не успеваю помолиться всем Богам, как дверь душевой отодвигается в сторону и передо мной открывается великолепный вид на обнаженного Сергея. Первые секунды откровенно пялюсь на умопомрачительно подтянутый торс, вот не даром гад пыхтит каждое утро над своим телом. Взгляд устремляется вниз, и только сейчас осознаю, что он полностью ГОЛЫЙ. Прикрываю лицо ладонями, как в детстве, словно я в домике, я невидимка.
- И что мы здесь делаем, прелесть моя? - убирает ладони с моего лица. Я зажмуриваю глаза, не в силах смотреть на него. - Ксюша, открой глаза, я что настолько ужасен?
- Ты голый, - еле слышно произношу, сама не узнавая свой голос.
- Ну, было бы странно, если бы я мылся в трусах.
- Ты меня сразу увидел! Мог бы дать знак, что заметил.
- Дурацкий разговор, не находишь? А что ты здесь все-таки делаешь, солнышко?
- У меня шампунь закончился, вот за твоим пришла, – тычу ему в грудь флаконом.
- Ясно. Может уже откроешь глаза? - отрицательно качаю головой.
- Ну ладно. Давай тогда мыться, - и включает душ, хорошо хоть не ледяной.
- Ты дурак что ли? - выключаю воду, а у самой все платье промокло, и с волос стекают капли.
- Давай раздевайся, а то нехорошо как-то, я тебя голой ещё не видел, задница не в счёт.
- Прекрати! Снова твои дурацкие шуточки, надоело!
- Никаких шуточек, я серьёзен, как никогда. Надо было ещё в Турции не церемониться и сделать то, чего хотелось обоим, - ушам своим не верю, это что признание в том, что меня хотят? Пока я обдумываю сказанные слова, Сережа притягивает меня к себе, зарывается руками во влажные волосы и невесомо проводит губами по шее.
- Я скучал, - это наверняка сон или я просто сошла с ума.
Сердце грохочет так, словно сейчас выскочит из груди. Невесомые касания губ становятся более ощутимыми. Вот он прикусил шею, на секунду отстраняется, чтобы заглянуть мне в глаза.
- Давай все же снимем его? - я как послушная кукла тяну руки вверх, и в считанные секунды Сережа стягивает с меня мокрый кусок ткани, совсем некстати подумалось, что на мне нет красивого белья. Лифчика и вовсе нет, трусы... черт, какие же на мне трусы? Опускаю взгляд вниз, но замечаю вовсе не свои трусы, а Сережино возбуждение. Черт, это не сон. И я стою в одних трусах и пялюсь туда, куда и не следовало бы. И вот это будет во мне?! Сережа усмехается, а я начинаю приходить в себя. Нет, это все неправильно, не так должно быть. Прикрываю руками грудь и пытаюсь выйти из душевой.
- Ты куда собралась?! - Сережа хватает меня за плечи и разворачивает к себе спиной.
- Платидорасов кормить, вспомнила, что они изголодались.
- Ксюша, хватит, - Сережа накрывает мои ладони своими руками. Настойчиво убирает их и начинает гладить грудь. Сначала медленно, нежно, затем обхватывает чуть сильнее, при этом снова целуя меня в шею. - Расслабься, чего ты так напряжена?
Хотелось бы мне сказать почему напряжена. Это, Сереженька, не в тебя упирается что-то большое, а в меня. Вслух, конечно, этого не говорю, но по-прежнему не могу расслабиться. Да, стоит признать, что мне просто страшно! Сережа разворачивает меня к себе лицом и целует в губы, сначала не отвечаю, находясь по-прежнему в ступоре, но когда он притягивает меня ближе, и я касаюсь его грудью, я почему-то расслабляюсь и отвечаю на поцелуй. Целуемся мы, кажется, целую вечность, руки Сережи и вовсе сжимают мою попу. Сначала не замечаю настойчивый звонок, потом понимаю, что это Сережин телефон, который трезвонит, не прекращая ни на минуту.
- Черт, ну что за свинство! - Сережа отстраняется от меня, целует в нос. - Пойдем в кровать, я пока отвечу, - выходит из душа, накидывает на себя полотенце и подаёт мне такое же. Берет телефон и все-таки отвечает на звонок.
- Да, мама! Это что так важно, что ты так трезвонишь? - недовольно произносит Сергей. Я обматываюсь полотенцем и прислушиваюсь к их разговору. По лицу Сергея можно сразу понять, что что-то действительно случилось.
- Конечно. Я сейчас выеду.
- Что случилось?
- Прости. Продолжить не получится. Родители попали в аварию.
- Они живы?!
- Да, но без сознания. Звонил их знакомый. Ксюш, я сейчас уеду. Насколько-не знаю. Маше пока ничего не говори.
- Хорошо, - Сережа начинает быстро одеваться, а я так и стою в одном полотенце, снова находясь в каком-то ступоре.
- Ксюш, иди оденься, - я киваю и молча выхожу из комнаты. Быстро накидываю на себя первую попавшуюся майку, спортивные штаны и иду провожать Серёжу.
- Ладно, я поехал, как только будет что-то известно, я позвоню, - кидает на ходу и быстрым шагом идёт к двери. А потом возвращается и целует меня в лоб. - Не грусти.
Семнадцать дней... Ровно семнадцать дней его нет. Как в каком-то фильме я зачеркиваю дни в календаре. За все время он позвонил только один раз. Маше же звонил часто, судя по ее разговорам. А вообще кто я такая, чтобы мне звонили. Так, девка, с которой можно переспать, потому что захотелось или "чтобы было". Я чертовски устала, сил больше ни на что нет. Я даже уже не могу обижаться, я измотана физически и морально настолько, что боюсь вообще никогда его не дождусь. И мне страшно, очень страшно...
Глава 20
Глава 20
Сергей
Только когда в жизни происходит какая-нибудь гадость, начинаешь ценить все по-настоящему. Никогда не задумывался, что с моими родителями может что-то случиться. Это где-то в другой вселенной, и уж они-то не окажутся на месте пациентов. А сейчас смотрю и не верю своим глазам. Уж мама-то точно должна быть в сознании. Она же всегда говорит! Это у нее в крови, разговорить любого… Нет, не хочется верить в плохое. Обязательно промоет еще мне косточки, иначе никак.
На удивление первым заговорил папа, забавно, вечный молчун-тихушник, а заговорил первым. Это видимо, потому что долго не слышал маму. А они у меня такие, всегда вместе, всегда рядом. Правда, работать уже бок о бок не получится. У отца движения в кисти полностью не восстановятся, а для хирурга это финиш. А без папы, мама и подавно работать не будет. Ну, ничего, что такое работа по сравнению с жизнью? Наработались уже.
- Сереж, возвращайся уже домой. У тебя там своя семья, теперь мы уж точно справимся. Твоим девочкам без тебя там несладко. А мы с папой оклемаемся, - говорит мама. - Вот увидишь, в январе уже на лыжи встанем, да, Саша? - поворачивается к отцу и вопросительно на него смотрит.
- Еще чего. Чтобы мне и ноги переломать? Спасибо, руки и головы хватило? Только на море, где все включено.
- Ой, все. Сережа, - обращается вновь ко мне. - Я тебя только об одном прошу, пожалуйста, не просри свое счастье. Молчи! Просто будь чуть-чуть мягче с Ксюшей. Не забывай, что она еще совсем молоденькая и ее направить нужно. Я, когда ее увидела, если честно подумала, что ты просто очередную няньку для Маши нашел. А ей регистрация нужна или что-то такое. А потом ваши рассказы сошлись, а вы не сговаривались, я точно за вами наблюдала. Ну и когда увидела, как смотрит на тебя, сомнений не осталось. Кстати, ты же ее девочкой взял, да? Чувствую, что да.