Наталья Юнина – Безнадежно влип (страница 12)

Возможно, у Медведева были причины сдать меня папе, но чувство обиды не проходит. А самое отвратительное, что я не могу спросить его в лоб «за что?». Признаться, что я слышала это лично, означает, что я сидела под столом, пока он занимался этим со своей девушкой? Нет, больше я не дам поводов над собой насмехаться.

– Маш, ты вообще меня слушаешь?

– Извини, я немного…

– Расстроена. Я вижу. Из-за того, что твой отец сюда приехал? Надолго, кстати?

Кажется, я впервые испытываю к Никите негатив. Ладно, я могу сказать что-нибудь обидное Мише про ту же самую бороду за то, что сдал меня и за те мерзкие звуки, навсегда отложившиеся в моей памяти. Но как можно назвать его моим папой всерьез? Не так уж старо он и выглядит.

– Не знаю насколько. Но да, из-за него расстроена.

– Да ладно, не парься. Не цербер же он, в конце концов, – улыбаясь, произносит Никита, смахивая с волос снег.

Киваю в знак согласия, смотря на то, как он достает мой подарок. Никита что-то говорит, я же совершенно не вникаю, мне впервые за все время проведенное одной хочется разреветься. Все без толку. Все дурацкие статьи, в которые я свято верила и изучала от «а» до «я» – по сути пустышка. Двадцать один день? Ну и что? Прошло даже больше. И какая у меня выработалась привычка? Да плевать мне на все, я в дом хочу к этому предателю. Боженька, ну, пожалуйста, избавь меня от этого наваждения.

Распрощавшись с Никитой, возвращаюсь в дом в полном раздрае. Не смотреть. Главное не смотреть на Медведева.

В любой другой день я бы, определенно, устала от приготовления такого количества еды. Но сейчас я на каком-то эмоциональном подъеме. Я вдруг четко поняла, что сегодня Миша меня не сдаст. Скорее всего, так он усыпляет мою бдительность. Ну и ладно, чего уж греха таить, я не против провести вместе с ним новогоднюю ночь. Переживаю только за пирог. Тесто я месила не с любовью, а с агрессией. Хотя, какая разница, если Миша все равно не похвалит ни одно мое блюдо, каким бы вкусным оно ни было?

– А ты не поможешь мне накрыть стол? – определенно Миша не ожидал того, что я к нему обращусь за столько-то времени. Ну и получай фашист гранату. – Хотя, нет, не надо. Отдыхай. У тебя все равно нет вкуса. Сделаешь что-нибудь колхозное, да и мало ли волос с бороды упадет в еду, потом еще меня обвинишь. Смотри дальше «Голубой огонек», он как раз для твоего возраста, – махнула рукой, и почти удовлетворенная вновь вернулась на кухню.

Жаль… как жаль, что его совершенно не удалось спровоцировать. Стол я накрыла уже с меньшим энтузиазмом. Единственное, что сейчас придает мне силы и радость – это цеплять Мишу. А что если он больше не поведется на это? Что тогда? Перевела взгляд на стол, и сама не поняла, как улыбнулась. Впереди еще еда, он не сможет не обгадить мои блюда. Дожила, жду, когда он начнет это делать. Я реально сошла с ума…

Раздражает то, что Миша совершенно не спешит за стол, хотя прекрасно осознает, что все готово. Более того, на мое приглашение никак не отреагировал и вышел на улицу. Меня хватило ровно на минуту. Выглянула в окно и вздохнула с облегчением, осознав, что он здесь. Никуда не сбежал. Просто курит. Только сейчас до меня дошло, что рядом с ним нет никакой Наташи. Может быть, у них все? Открываю окно настежь. Ну вот зачем он курит?

– У тебя снова праздник?

– Чего? – интересуется Миша, нахмурив брови по самое не могу.

– Ты куришь. А ты говорил, что только по праздникам. До полуночи еще час двадцать? Или у тебя еще какой-то праздник тридцать первого декабря?

– Закрой окно или мало мозги себе отморозила?

– А я их еще не морозила.

– Оно и видно. Откуда смерть с косой?

– Какая смерть? – указывает взглядом на слепленного мной снеговика.

– А ты тут их много видишь?

– Это снеговик, мы лепили с Никитой. Его просто снегом замело, вот и стал немного по-другому выглядеть.

– Хм… да я смотрю Никита на все руки мастер, хуету такую лепить.

– Фу, Миша. Фу!

– К ноге, Маша, к ноге.

С грохотом закрыла окно, не зная, как на это достойно ответить.

***

Удача сегодня явно не на моей стороне. Медведев молча съел половину селедки под шубой, четверть пирога и более ни к чему не прикоснулся. И даже слова плохого не сказал. Ну и что, это все? Новый год через двадцать минут, мне нужна от него реакция, а не очередное молчание.

– А тебе что-нибудь понравилось? Или было невкусно?

Вместо ответа он резко поднес к лицу ладонь и фактически вскочил из-за стола. Смотрю вслед его удаляющейся фигуре и в очередной раз хочется его ударить. Ну это уже перебор, Мишенька. Ладно, спокойно.

Хватило меня ровно на несколько минут. Встала из-за стола и не мешкая направилась за Медведевым.

Кажется, так я еще не врывалась ни в одно помещение. На удивление, дверь ванной оказалась открытой. Второе удивление было, когда я осознала, что Миша не извергает мою еду в унитаз, а сливает свою кровь в раковину. У него всего лишь идет кровь из носа. Взглянул на меня так, словно это я ему нос разбила.

К счастью, здравая часть меня никак не отреагировала на это. Меньше, чем через минуту я молча подала Мише ватный диск, смоченный перекисью водорода.

– От чего это?

– Давление, наверное, поднялось. Пересидел у печки.

– В твоем возрасте рановато для повышения давления. Хотя, возможно, твои сосуды и сердце только так могут тебе намекнуть.

– О чем?

– О том, что они плачут кровавыми слезами через нос от того, что на тебе такая борода. У тебя кровавая козявочка, кстати, вот тут. Может быть, чикнем все сразу? Порадуем твое сердечко?

– Чикнем. Твои голосовые связки.

– Ну как знаешь. А можно у тебя пососать? Нет, правильно сказать обсосать, – пытаюсь подавить непрошенную улыбку.

– Ну, вообще правильно, Машенька, отсосать. Но мы уже оба понимает, что в нашем случае «вставить», «полизать», «потрогать» и «пососать», да и даже «отсосать» будет связано не с тем, о чем подумает девяносто девять процентов нормального населения.

– Ты прав. Правильно-то будет облизать, а не обсосать твой палец. У тебя на нем кровь. Мне бы тоже хотелось ее попробовать, – вот сейчас Медведев не сумел скрыть удивления. – Что? Ты тоже пробовал мою кровь.

– Маш, ты что-то стала принимать из лекарств?

– Да. Витамин Д. У нас солнца не хватает. А ты что-то принимаешь?

– До этой секунды ничего, но походу надо что-то начать.

– Хочешь, я поделюсь с тобой витамином Д. Хотя, подожди… Не поделюсь, ты уже, наверное, к этому времени снова сдашь меня папе. Как же я тогда тебе их дам? Ай-ай-ай.

– Маш, ты долбанутая? – выключает воду и хватается за полотенце. – Я сейчас так вставлю тебе в ухо палку, чтобы не только серу убрала, но и до мозга дошла. Может, тогда до тебя дойдет, что я не сдавал тебя твоему папаше?!

– Ах, да, мне, наверное, приснилось. Извини. У тебя там капелька крови на шее, – провожу пальцем по его шее и облизываю капельку крови со своего пальца. И пока Миша стоит в ступоре, разворачиваюсь к двери.

– Стоять, – слышу позади себя.

Быстро выхожу из ванной и иду в прихожую. Надеваю ботинки, куртку и выхожу на улицу. Нет, я не собираюсь никуда сбегать. Но определенно хочу, чтобы за мной гнались. Точнее гнался. Миша. Ну почему это со мной происходит, Господи?

Вместо того, чтобы возвращать снеговику былой вид, я стала вырисовывать пальцем ему улыбку. Какая-то секунда, вспышка и мой некогда снеговик остался без головы. Машинально отпрянула и в этот момент Миша снес ему туловище. Я очухалась только тогда, когда на месте моего снеговика осталась кучка снега.

– Такому дерьму не место на моем участке.

Поднимаю взгляд на Мишу и в этот момент в меня вселяется бес. Сжав руки в кулак, я со всей силы, на которую только способна, толкаю Медведева в грудь. От того, что эта махина даже не сдвинулась с места я продолжаю от бессилия лупасить кулаками по его телу. В какой-то момент он резко перехватывает мою руку и валит меня на снег. Нависнув надо мной, шепчет прямо в губы:

– Угомонилась?

Глава 9

Глава 9

Стоило только взглянуть на его губы, находящиеся в миллиметре от меня, как я забыла о разрушенном снеговике и о том, что оказалась на снегу в таком уязвимом положении. Обиды и злости за сделанное им больше нет, а вот дикое желание, чтобы он меня поцеловал – есть. Ну и как с этим бороться? Закрываю глаза, не в силах смотреть на Медведева. Это просто наваждение. Оно пройдет.

– Слезь с меня, – не знаю, как мне хватило сил выдавить из себя эти слова вполне нормальным голосом.

Я ожидала хотя бы какой-нибудь колкости, но точно не того, что Миша сделает ровно то, о чем я его и попросила. От разочарования не только открыла глаза, но и захотелось завыть в голос. Да уж… это точно не герой прочитанных мною любовных романов, который априори сделает все наоборот. Что это за мужчина такой, который берет и делает то, что его просят? Господи, он мне еще и руку подает. Ненормальный. Это что мне надо прямо говорить о своих желаниях? Безмозглый дровосек.

Первым возникшим желанием было со всей дури ударить его по этой самой ладони, но, сдержав неуместный порыв, я поднялась со снега сама, проигнорировав протянутую им руку.

Молча пошла к дому. Новый год надо встречать красивой. Хорошо бы еще и счастливой. Схватила пакет с одеждой, косметичку и направилась в ванную. Вот сейчас желание появиться в коротком платье и чулках превалирует над разумом. К счастью, таких вещей у меня нет. Не мешкая надела теплые колготки, платье светло-бежевого оттенка, пусть не такое красивое, как хотелось бы, а теплое с закрытыми рукавами, но открытыми плечами. Распустила волосы и накрасила тушью ресницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь