Наталья Владимирова – Сердце академии магии (страница 6)
Страшно не было. Скорее предвкушение чего-то нового и необычного, трепет перед неизведанным. Подумать только! Я – в академии магии!
Эх, еще бы силу обрести, о которой все говорят…
Несмотря на смертельную усталость, я заставила себя расстелить постель и принять теплый душ. Ванную обнаружила не сразу, так как межкомнатная дверь оказалась один в один похожей на дверцу шкафа. Наткнулась я на помывочную комнатку случайно, предположив, что полагающийся мне набор для личной гигиены может лежать внутри на одной из полок гардероба. Ни мыла, ни зубной щетки я, конечно, не нашла, зато не пришлось бегать по коридору в поисках санузла.
То, что жутко голодная, я поняла, когда уже лежала в постели. Живот нагло урчал и ходил ходуном, а я раздумывала, стоит ли погасить магический светлячок или же можно его оставить гореть всю ночь. Окончательно дрему с меня стряхнул подозрительный шорох из-под соседской кровати.
Я обернулась и успела заметить, как тонкий гибкий прутик, словно перископ, оценивает окружающую обстановку, вихляясь над шелковыми подушками. Почти сразу он скрылся, но ощущение чужого присутствия осталось.
– Кто здесь? – испуганно спросила, про себя радуясь, что в комнате хоть и тусклое, но имеется освещение.
– Я, – ответил хриплый нечеловеческий голос, и на покрывало соседней кровати вылезло неприятного серо-розового цвета тельце. Без шерсти, с оттопыренными ушами, нереально длинным хвостом. И все-таки это была…
– А-а-а!!! – возопила я, подскакивая на постели.
– Чего орешь дурным голосом, убогая? Вообще-то в замке, несмотря на каникулы, полно народу. И многие, к твоему сведению, давно спят.
– Крыса-а-а!!!
– И что, что крыса? Я же не ору: «Челове-э-эк!!!» – передразнила меня малопривлекательная животинка.
– Но ты же…
– Да, я – крыса! И горжусь этим! – Ярко-розовый нос взмыл вверх.
– Я сошла с ума.
– Вот и я о том же. Но стоит ли к этому факту привлекать всеобщее внимание? Тебе здесь еще жить да жить.
– Нет, серьезно, почему ты разговариваешь? – От подобного потрясения голова у меня шла кругом.
– Да что же это, мыши добрые, за дискриминация такая?! Скажи на милость, с чего это ты орешь, а я молчать должна?
– Извини, я совсем другое имела в виду. – Кто бы мне еще вчера сказал, что я буду извиняться перед крысой, рассмеялась бы прямо в лицо. – Просто ты по-человечески разговариваешь! Разве такое бывает?
– Правда, что ли? Это ты по-крысиному гутаришь, безголовая! И никак иначе!
– Но я со всеми так говорю…
– И я со всеми. Так.
Странная у нас получалась беседа.
– Меня другие люди понимают. А тебя?
– А меня – нет. Что с них, бестолковых, взять, люди же!
– Выходит, мы друг друга понимаем, а с другими: ты – с людьми, а я – с животными, разговаривать не умеем. Кру-у-у-то… – Я пыталась осмыслить происходящее, но давалось мне это с большим трудом. – Наверное, ты мой… как его, гримуар… мемуар… А! Фамильяр!
– Кто-о?
– Ну, в нашем мире так называют ручных животных, помогающих своему колдуну или ведьме магичить.
– Что-о? Ты меня сейчас оскорбить так хотела? – Крыса состряпала обиженную моську.
– Нет, конечно!
– Еще как хотела! Запомни себе, глупая магиня-недоучка, я – ничья! И вкалывать ни на кого не собираюсь! И никакое я не ручное животное! А потомственная крыса академии!
– Академическая крыса? Здорово! А как к тебе относится ректор академии?
Тут с грызуньи спал вид превосходства, краткий миг кислой мины, и вот уже она еще более самоуверенна, чем раньше:
– Как, как… говорю же, что люди бестолковы. Я уникальная, нереально красивая, а вынуждена порой бедствовать и голодать.
Крыса погладила свое круглое лоснящееся брюшко.
– Я чего зашла-то… может, угостишь чем?
– Нечем. – Мне стало жутко неловко. Надо же, познакомиться в новом мире с фантастическим существом и не иметь возможности поделиться вкусненьким. – Сама утром последний раз ела.
– А чего ж тогда тут сидишь? Иди на кухню, там много чего имеется.
– Да разве можно воровать в доме, где тебе приют дают! – возмутилась я даже самой мысли о подобном кощунстве.
– А кто гутарил, что воровать? Вся еда на кухне – для студентов, преподавателей и персонала академии. А то, что тебя с дороги не накормили, разве твоя вина? Иди да поешь. В конце концов, это твой дом теперь на ближайшие годы.
– Я не знаю, где кухня.
– Там же, где и столовая, – на первом этаже, иди по главному коридору и упрешься в стеклянные двери.
– Там, наверное, темно, – предположила я в последней попытке оправдать свое нежелание совершать набег на кухню.
– Светляка возьми, – безапелляционно заявила крыса. – Вели следовать за собой.
– А ты мне составишь компанию? – с надеждой спросила я.
– Нет, конечно! Представляешь, что будет, если тебя застанут в моем обществе? Да тебя обвинят во всех грехах! Нет, нет и нет. Тебе не нужно мое сопровождение, я верю, ты прекрасно справишься и без меня, особенно в деле по наполнению желудка. Я тебя подожду здесь, вдруг ты про меня вспомнишь и принесешь что-нибудь для бедной голодной крыски.
– Ну хорошо. Жди. Я постараюсь не задерживаться.
– Уж постарайся. Живот, честно скажу, так и сводит от голода. Так и сводит.
Пришлось мне вылезать из теплой постели, одеваться и топать на поиски пропитания. Ради себя одной я ни за что на свете не рискнула бы репутацией и местом в академии магии. Но передо мной стояла задача раздобыть еды еще и для ночной гостьи.
Лишь оказавшись на первом этаже, я вспомнила, что не спросила, какую пищу употребляет крыса, но возвращаться не стала – пройденный путь мне дался нелегко. Колени дрожали от страха и норовили подвернуться, как недавно это проделывали ноги у Майка. Уши закладывало от громкого стука собственного сердца. А кроме того, напала икота. Успокоиться не помогали даже самоуговоры вроде: «Я возьму пару кусочков хлеба, никого не обделяя» или «Несъеденные продукты все равно выбрасывают». Мозгами я понимала, что воровством мой поступок сложно назвать, ведь действительно еда в академии предназначена и для меня в том числе. Но ощущение непорядочности задумки это не отменяло.
Столовая нашлась довольно просто, как и рассказывала крыса (ужас, я точно тронулась головой!): достаточно было проследовать до конца широкого коридора, выходящего из холла. Стеклянные двери замков не имели, а потому я легко отворила одну створку и проскользнула внутрь. Магический светлячок летел надо мной, освещая путь, и лавировать между расставленными в зале столиками и стульями не составило труда. С кухней тоже повезло. Обычная защелка легко поддалась нажатию на дверную ручку, и я пробралась в святая святых – в царство пищи и блаженства желудка.
Хлеб обнаружился сразу же – ломти лежали на столе на самом видном месте. Я не раздумывая засунула чуть подсохший мякиш в рот и зажмурилась от удовольствия.
– И стоило ради куска хлеба проникать сюда ночью? – заставил меня подпрыгнуть от неожиданности насмешливый мужской голос. – Я бы еще понял, если б лопала пирожные и ветчину, но черствый хлеб…
Глава 3
Я попятилась от незнакомца, скрытого тенью. Но так как магический светлячок следовал за мной неотступно, оказалась не в лучшем положении – словно на сцене в лучах софитов, ослепленная и дезориентированная, не имея возможности видеть дальше вытянутой руки окружающее пространство.
Правда, собеседник не собирался прятаться. Несколько мучительных мгновений – и ко мне подошел высокий статный парень. Про таких еще говорят – лощеный. Вроде каштановые волосы растрепаны, но в таком художественном беспорядке, что намеренно вряд ли лучше уложишь. Тонкая шелковая блузка могла бы напоминать вещь из женского гардероба, не подчеркивай она свободными складками рельефные мышцы. Длинные тонкие пальцы с ухоженными ногтями касались идеальной формы губ, выдавая задумчивость молодого человека.
– Попаданка, – заявил он, как мне показалось, с обвиняющими нотками. – За время моего обучения здесь никто ни разу не смог убрать с двери магические заморочки стряпухи и войти в запертую на ночь кухню. Поделишься наработками?
– Какими наработками? – пискнула я, не понимая, о чем идет речь.
– Как замки вскрывать конечно же! – Парень издевательски усмехнулся. Кривая улыбка тонких губ прочертила надменное лицо.
– Нет у меня никаких наработок, – огрызнулась на его выпад. – Я не взломщица. И если меня сюда привел голод, то интересно узнать, что же ты сам здесь делаешь?
– Проходил мимо и увидел свет в столовой. – Он вальяжно продефилировал к стеллажу с полками и вынул из корзины два яблока. – Дай, думаю, загляну посмотреть, как новички пыхтят у мудреного кухонного замка. Душещипательное зрелище. Уж если кто талантливый вдруг снимет верхние щиты, то сигналка заорет на весь за́мок, заткнуть ее может только сама стряпуха Йох. А ты раз! – и спокойно вскрыла то, над чем безуспешно бьются студенты много лет.
Одно яблоко полетело в меня. Схватила я его на инстинктах, когда фрукт находился уже в нескольких миллиметрах от лица.
– Предлагаю обмен, мелкая. Я не раскрываю стряпухе, кто устроил налет на ее владения, а ты делишься своим секретом – как замо́к открыла.
Шантажист!
Он потер яблоко о блузу и с удовольствием впился белыми крепкими зубами в румяный бок.
– У меня другое предложение. Ты забываешь, что видел меня здесь, а я молчу о твоих прогулках по женскому крылу, – выдвинула я свои условия.