Наталья Владимирова – Портрет Дори-Анны Грей (страница 18)

— Спасибо вам, — от души поблагодарил Яромир.

— Да! — подхватила я. — Спасибки! Вода не успела попасть никуда, где могла бы навредить электронике.

— Герметичность на высшем уровне, — оценил Мстислав. Он бросил последний взгляд на наши сани и, убедившись, что больше его помощь не требуется, побежал к своим.

— Езжайте. Нам тоже пора. — Брат снял одну перчатку и протянул Яромиру. — По-братски, — подмигнул он моему напарнику и поспешил к Мстиславу, уже включившему навигатор и выбирающему дорогу. — Давай, брат, самый опасный и короткий путь. Времени в обрез, — на бегу крикнул он другу.

Да, времени мы потеряли очень много.

Я стряхнула с сидения корочку льда, намерзшую быстрее, чем вода успела стечь с саней. Обивка не мокрая, и это здорово! Плюхнулась в кресло и принялась пристегиваться.

— А мы выберем… — начал Яромир, усаживаясь за навигатор, но я его перебила.

— Пожалуйста, только не начинай про девушку, — простонала я.

— Дори, я и так подверг тебя опасности, — не собирался сдаваться Яромир.

— Причем здесь ты? Нас в озеро столкнули соперники. Слушай, нам нужно нагнать упущенное время…

— Но не ценой сумасшедшего риска.

— А еще нам после происшествия совсем не помешает поскорее вернуться к финишу, выпить горячего бульона и лекарства, пока простуда не нагрянула.

— Я поищу оптимальный вариант, — пошел на компромисс Яромир.

Вот значит, как.

— Ой-ей-ей, — взвыла раненым зверем я, стоило «братишкам» отъехать от нас подальше.

— Что? Что с тобой, Дори? — Яромир в долю секунды отстегнул ремни безопасности и бросился на колени к моему сидению. — Где болит?

Ярко-синие глаза в обрамлении густых черных ресниц смотрели на меня с тревогой и сочувствием. Яромир оказался так близко, что я чувствовала его теплое дыхание на своем лице, могла рассмотреть каждую деталь, даже пять светло-персиковых веснушек насчитала на спинке носа.

— Живот, — жалобно проскулила я, — язва от переживаний открылась.

— Что? — Яромир нахмурился в попытке переварить ахинею, которую я несла.

— Скорее к финишу, — слабым голосом умирающей попросила я, прерывая его размышления. Пусть лучше паникует, чем догадается про обман.

— Да-да, конечно.

— Любой ценой. Срочно!

— Сейчас найду кратчайший маршрут. Но… — снова принялся думать Яромир, — ты сможешь управлять санями?

— Наверное, да. — Я изобразила мученицу, готовую решительно на все, превозмогая боль. — Ты только поскорее.

Протянула Яромиру его шлем и надела свой. Пора! Яромир бросился к навигатору и защелкал клавишами, прикидывая варианты короткого пути к финишу.

— Нашел!

— Поехали.

Сани сорвались с места. Поначалу Яромир сдерживал скорость, но мои мольбы и безупречное управление машиной, вынудили его выжимать из движка максимум. Мы буквально летели над землей, с легкостью преодолевая любые мелкие препятствия короткого маршрута. Еще бы! Видели бы организаторы гонок, какие помехи и ловушки создавал для тренировки нам с Виктором дед, обзавидовались бы.

«Братишки» выбрали другую дорогу, поэтому наши пути разошлись. И хоть по эту сторону озера все горки были в различной степени опасны, меня терзало любопытство, куда направились наши спасители. У кого из нас больше шансов на победу?

Надежды дойти до финиша первой я не теряла. Подумаешь, небольшая задержка. С кем не бывает. По моим подсчетам мы не сильно отставали. В прошлые года гонки заканчивались примерно через два часа после начала. То есть у нас в запасе было сорок минут. А согласно таблоиду на санях мы входили сейчас в первую сотню участников, причем с каждой минутой приближаясь не только к конечной цели поездки, но и к первому месту.

Ямы и завалы лесным сушняком — разве это преграда к победе? Мы уже в первой половине сотни!

Мы выбрались на самые главные и крутые горы Бескрайних. Почти вертикальные склоны, глубокие обрывы. И мы на десятом месте!

Заснеженная долина нас встретила девственно-чистыми нетронутыми сугробами, лишь кое-где исполосованными полозьями соперников.

— Последнее испытание, — услышала я голос Яромира в наушниках шлема.

Самое сложное. Дороги нет, нужно выбрать собственные координаты. Если ехать по накатанному снегу, то первыми точно не стать. А прокладывая собственную дорогу, легко угодить в ловушку.

Яромир сбавил скорость и вбил свои координаты в систему.

— Держись правее, — сообщил он мне, — слева много деревьев, а, значит, могут попасться прикрытые снегом пеньки или валежник.

— Хорошо.

Но нам попалось другое.

За очередным холмом мы чуть не столкнулись с перевернутыми санями. Их полозья погнулись и переплелись с толстыми ветвями дерева, бок с намалеванным драконом дал трещину, сквозь которую виднелся ярко-голубой шлем водителя.

В другой стороне разбитый в серебристые щепки валялся остов вторых саней. От них шел сизый дымок. Похоже, авария случилась совсем недавно. Что произошло с экипажем, я боялась даже подумать. Всюду примятый снег от ударов. Это сколько же раз их перевернуло?

Яромир затормозил, и я, не дожидаясь остановки машины, выпрыгнула из саней. Парень к моему удивлению не стал ругаться, а поспешил за мной.

— Если мы не поможем, то им грозит переохлаждение, — все же объяснила я свой поступок.

— Да, — согласился Яромир, — или что посерьезнее. — Он кивнул на повисшего на ветвях ели человека.

— Ты невероятно хорош в ловле падающих. Давай, я залезу на дерево и нагну ветку, а ты поймаешь его внизу? — предложила я.

— А как же твой живот?

— Какой живот, когда люди могут умереть!

Уже не дожидаясь согласия парня, я метнулась к ели и, окинув взглядом сучки и ветви, принялась быстро карабкаться наверх. Если бы не отличное освещение вездесущих прожекторов и новогодней иллюминации, которой, кажется, обмотали все Бескрайние горы, вряд ли у меня вышло бы так быстро. Однако, я — молодец, и первый пострадавший спустя пару минут оказался в руках Яромира.

— Клади его к нам в сани на пол, все не на снег, — передала я по связи, спускаясь с ели.

Далее мы взялись за синие сани.

— Я приподниму с одного края, а ты посмотри, что можно сделать, — решил Яромир.

Я не просто посмотрела, а сумела залезть в тот зазор, что оставил для меня напарник. В потемках под санями видимость была отвратительной. Тусклый свет попадал лишь сквозь пробоину в боку. Водитель оказался прижатым к покореженному креслу огромной щепой дерева. Я ахнула от ужаса — приподнимая и опуская сани обратно мы могли навредить ему. Но если бы вовсе не полезли, то от собственной тяжести машина грозила осесть в любой момент и насадить человека на острый конец пенька, как бабочку на иглу.

— Что с тобой? — переполошился снаружи Яромир.

— Я в порядке! — поспешила отозваться. — Это водитель. Его прижало суком. Пожалуйста, не предпринимай ничего, пока я не скажу.

Первым делом я уперлась ногами в осколок дерева. К счастью, он оказался гнилым и быстро поддался, свалившись в бок. Если бы не ремни безопасности, туго прижимавшие водителя к креслу, человек действительно мог напороться на опасный пенек.

Далее наощупь отстегнула пострадавшего. Освобожденный от ремней безопасности, он повалился на меня. Подхватив, я положила водителя на землю. Снять шлем с него не пыталась — только время терять. Поэтому, отогнув ворот, добралась до шеи в надежде нащупать пульс в яремной вене. Неприлично, ну да никто не видит.

— Живой, — с облегчением сообщила Яромиру. — И, кажется, не особо пострадал. А напарника здесь нет.

— Хорошо. Я приподниму борт, вылезай.

Разумеется, оставить бесчувственного человека под перевернутыми санями я не могла. Волоком потащила за собой.

— Ты сильная! — выдавил Яромир, глядя на то, как я пыжусь, стараясь извлечь водителя из-под саней.

— Ты тоже, — вернула я комплимент. Парень в одиночку удерживал край многотонной машины, еще и подбадривал меня. Могу представить, как сейчас он покраснел под шлемом, а вены на его лбу набухли от перенапряжения.

— Второй есть, — выдохнула я и упала на утрамбованный снег рядом с пострадавшим.

Надо мной раскинулось чернильное небо, усыпанное мириадами звезд. Изо рта вырвалось облачко пара.

— Не лежи на земле, замерзнешь, — предупредил Яромир.

Пришлось принять сидячее положение. Я подняла глаза на парня. Он без особого труда поднял на руки спасенного из-под покореженных саней водителя и двинулся к нашей машине. Но шагов через пять замер. Я проследила за его удивленным взглядом.