Наталья Вем – «ИСКАТЕЛЬ»: нулевой рубеж (страница 1)
«ИСКАТЕЛЬ»: нулевой рубеж
Глава 1. 25 апреля
Мирослава увидела на экране каскад новых уведомлений: прямо сейчас в сети обсуждали публикации с тегом «странный». Она открыла окно программы и пробежала взглядом сообщения, отмеченные алгоритмом как наиболее релевантные её запросам. Вообще-то, Мира использовала софт незаконно, но он позволял ей мониторить служебные сообщения экстренных служб и вовремя выуживать темы для сюжетов. Сердце Миры радостно ёкнуло: кажется, она наконец-то наткнулась на что-то стоящее. Спустя столько лет.
Судя по сообщениям, произошло нечто необъяснимое: система глобальной светосигнальной защиты «ЗАСЛОН», спроектированная как оборонительный рубеж против внеземных объектов и аномалий, зафиксировала данные, которые не смогла интерпретировать. Согласно этим данным, атмосфера над Архангельской областью стала прозрачной для инфракрасного излучения и начала отражать обратно солнечный свет, не пропуская его на поверхность Земли. Чётко очерченная приборами зона быстро теряла тепло, которое уходило в космос в виде излучения, и ничто не возвращало его обратно.
Это было похоже на настоящую сенсацию, и Мира имела все шансы оказаться в эпицентре событий одной из первых. Схватив со стола смартфон, она бегом бросилась к кабинету редактора.
На мгновение Мира замерла перед знакомой дверью, перевела дух, торопливо поправила причёску. Постучала.
— Да, — ответил из-за двери Павел Голубев, главный редактор «Северного дозора» — регионального новостного портала Архангельска.
— Здравствуйте ещё раз, Павел Алексеевич.
— А, Мира. Заходи.
Сегодня Голубев выглядел уставшим. Даже сквозь его очки, отражавшие блики ламп, были заметны тени под глазами. На подбородке проступала вчерашняя щетина, голубая рубашка была слегка измята. Складка на лбу между бровями углублялась каждый раз, когда Голубев размышлял над новой информацией, и сейчас она была особенно глубокой. Мира устроилась на стуле, гадая, вызовет ли её просьба очередные издёвки.
— Мне нужна командировка на два дня в область. — Мира сглотнула и поспешно добавила, поймав острый взгляд начальника. — Обещаю, что в дороге доделаю статью и сдам в срок.
— Воронцова.
Голубев устало откинулся на спинку стула, снял очки и потёр переносицу. Его плечи поникли.
— Что на этот раз? Опять теория заговора?
Мира на секунду прикрыла глаза. Вот опять начинается.
— Не теория заговора, а аномалия. И на этот раз прямо рядом с Архангельском. Это шанс получить эксклюзивный материал раньше, чем очухаются москвичи и питерские.
Голубев устало взглянул на неё, водрузил очки на место.
— Что там?
— Я перехватила сообщения от работников «ЗАСЛОНа», Атмосфера над Архангельской областью изменилась, она стала отражать обратно солнечный свет. Территория быстро теряет тепло.
— Как будто у нас вообще когда-то бывает тепло, — хмыкнул Голубев.
Мира глубоко вдохнула, задержала дыхание и проговорила:
— Павел Алексеич, я считаю, потенциал у материала высокий, расходы низкие. Нам нужно восстановить рейтинги, сами знаете, что инвесторы…
— Не надо мне про инвесторов, — резко перебил Голубев. — Реклама у нас по-любому будет, мы — самое крупное издание в Архангельске. Рекламодатели будут приходить, никуда не денутся. Не впутывай сюда рекламу. Твоё дело — писать статьи, а не искать дебильные теории заговоров в интернете.
— Но я не…
Мира ощутила, как к горлу подкатывают слёзы. Почему каждый в редакции считал своим долгом подколоть её? Интересоваться сверхъестественным — такое же хобби, как, скажем, разводить комнатные растения. Она буквально кожей ощущала, что на этот раз нашла нечто серьёзное, и если она срочно не поедет разузнать, что там к чему, то упустит шанс, о котором будет потом долго жалеть.
— Хорошо. Я возьму отпуск за свой счёт, — вздохнула она. — У меня много дней обычного отпуска накопилось, но я не буду никого напрягать. Командировочных тоже не надо, поеду за свои. Всё, что мне нужно — пару дней, может, больше — как пойдёт. Так можно?
Голубев постукивал ручкой, глядя на Миру, складка между его бровей ещё больше углубилась.
— Ладно, Воронцова. Сдашь сегодня статью и можешь быть свободна. Хоть из поездки присылай, мне без разницы.
— Хорошо, спасибо! Я пойду.
Несмотря на то, что, фактически, командировку ей не одобрили, Мира вышла из кабинета в приподнятом настроении. Так даже лучше — если с «ЗАСЛОНом» окажется что-то стоящее, а она чувствовала, что это так, то нужно будет продлить отпуск надолго. Проще будет потом компенсировать расходы, чем «выбивать» каждый лишний новый день.
Глава 2.
Инженер-климатолог Майя Орлова отправила Григорию Приводову во внутренний чат сообщение с кратким отчётом по сегодняшнему инциденту: «Две соседние платформы СОО ОП1[1]перенастроены. Вместо того, чтобы рассеивать, они собирают энергию в одной точке:
— в области этих платформ атмосфера прозрачна для инфракрасного излучения над всей контролируемой областью,
— исходящее излучение этой области сфокусировано в узкий луч, направленный в космос.
— заблокирован приток тепла от Солнца к этой области, солнечный свет отражается обратно.
Это климатическая катастрофа».
Последовал незамедлительный ответ: «Срочно ко мне».
Майя сразу же встала из-за компьютера и прошла по коридору до самого последнего кабинета. Войдя, она ничуть не удивилась, что кабинет ещё не атаковали сотрудники: с того момента, как она обнаружила инцидент, прошло не больше часа, а масштаб проблемы стал понятен только сейчас, когда она закончила первоначальную проверку.
Григорий в его привычном твидовом костюме нервно крутился в кресле. Майя улыбнулась, заметив на коричневом клетчатом пиджаке, который уже вышел из моды, свежее пятно — должно быть, появилось после обеда.
— Майя, твоё личное мнение? Насколько это всё серьёзно?
Она села в удобное кресло, положила перед собой распечатку данных.
— СОО ОП спроектирован как зеркало. Вся суть его работы, чтобы отражать опасное излучение от Земли. Мы никогда не сталкивались с тем, чтобы отдельные панели делали это зеркало двусторонним. Они не отражают, они, блин, открывают окно в космос. Над замороженной зоной нет защиты, вся тепловая энергия, которую Земля излучает, уходит в космос, не возвращаясь обратно. Чертовски быстро.
— Как быстро мы сможем устранить проблему?
— Вот тут вообще непонятно. Обычно всё можно исправить либо на главном административном пульте, либо вручную. Но техник уже проверил: параметры работы этих двух платформ были изменены за сорок восемь часов до того, как мы обнаружили проблему. Изменения были санкционированными, с правильными кодами. Но никто из персонала их не делал — по крайней мере, из тех, кто обычно обслуживает СОО ОП.
— То есть, это не сбой, кто-то ввёл нужные коды и поменял принцип работы платформ?
— Получается, что так.
Майя покачала головой, глядя на руки.
— Так, а перекодировать назад мы можем? Ты можешь?
— Гриша, ты всегда учил меня, что нет нерешаемых проблем. Всегда можно найти выход. Но сейчас я впервые не знаю, как с этим быть. — Она подняла взгляд и прочла в ответном взгляде Григория тревогу. — Мы не можем их перекодировать. Стоит полный блок на вмешательство. И с каждой секундой тепло Земли уходит в космос. Если откажут другие платформы, если начнётся цепная реакция… — Она закрыла лицо руками. — Нас ждёт полное обледенение. Всё на планете замёрзнет.
Глава 3.
Рено Сандеро2[1]Миры катило по шоссе. После выезда за пределы Архангельска интернет ловил нестабильно, так что Мира включила автомобильное радио, чтобы отслеживать новости,особенно касающиеся «ЗАСЛОНа».
«Местные жители посёлка Талаги Архангельской области сообщили о странном сияющем кольце в небе, — сообщал диктор. — По некоторым сообщениям, свечение похоже на огромный глав небе».
Пока ничего про странности в атмосфере не говорилось. Мира сощурилась, вглядываясь в небо впереди. Ничего похожего она не видела, с другой стороны, небо потемнело, поднялся сильный ветер. Возможно, обнаруженный кем-то «глаз» был связан с тем, что происходило с атмосферой. Мира ощутила приятное покалывание в груди: она не зря отправилась в эту поездку.
По мере того, как она подъезжала к точке на карте, отмеченной как исследовательская станция «Альфа-ЗАСЛОН», небо очищалось от облаков, но оставалось тёмным. Когда Мира достигла здания станции, оно показалось ей непривычным на фоне обычной городской архитектуры: за высоким забором расположились бежево-коричневые корпусы зданий, на крышах возвышались конструкции антенн и локаторов.
Припарковавшись недалеко от ворот, мира вышла из авто и поёжилась. Давно в апреле не было таких низких температур — погода и вправду портилась. Мира прошла на пункт охраны и показала удостоверение корреспондента «Северного дозора».
Внутри исследовательская станция выглядела современно, в противовес однотонным стенам и забору снаружи. Охранник провёл Миру по нескольким коридорам, затем они прошли по галерее, соединявшей два соседних корпуса, и снова углубились в разветвления коридоров, пока не остановились перед кабинетом с табличкой «Директор, ведущий инженер. Приводов Григорий Юрьевич». Постучав, Мира вошла.