Наталья Варварова – Ни слова, господин министр! (страница 71)

— Ты дьявольски ценный ресурс, и я тщательно искал тебе применение. Это заняло время, а я не мог ошибиться. Одно неловкое движение, и Род бы напал на меня. Родной брат, представляешь? Из-за девки.

Он откинул занавесь свободной рукой, и взгляду предстала стена, которая бы больше подошла пыточной, чем королевским покоям. Я зажмурилась, потому что мутило и без того сильно.

— Видишь эти наручники на возвышении? Это артефакт, доставленный из Элидиума и усовершенствованный мною лично. Вот где знают толк, как обращаться с женщинами. Наручники предназначены для того, чтобы муж мог забрать магию и жизнь у неверной супруги… Если вместо собственной жены сковать ими девицу, — другой конец цепи, как и положено, взять в руку — то магия покинет ее без остатка. С жизнью — как повезет. Как я буду стараться. Надрезы в нужных местах… Весь фокус в том, что магия принимающего растет в прогрессии. Он получает гораздо больше, чем забрал… Заслужил ли твой король такую силу, Оливия?

Если он показывал мне Это, то своими ногами мне не уйти. Впрочем, и так ясно с самого начала… Я должна попытаться его убить. Я, которая брезговала даже мухобойкой… Или хотя бы сделать так, чтобы Родерик добил его с легкостью и моя короткая жизнь имела смысл.

— Все, что вы в состоянии взять, Ваше Величество, принадлежит вам. Каждый в Фересии с этим согласен… А что это за металлическая чаша?

Я цеплялась за Стефана, чтобы стоять на ногах. И температура тела у него по-прежнему выше нормы. Он на максимуме формы, а я все еще так и не вернула себе четыре стихии.

Странная конструкция из трубы в форме полукруга находилась примерно на уровне моей талии и тихо вращалась против часовой стрелки. К ней приделаны зажимы для рук — все это указывало на то, что в него надо было встать. Также повыше имелась чаша для сбора… крови? Над ней крепился сосуд, а оттуда падали те самые капли. Винного цвета. Они ударялись о дно чаши, а потом стекали в полусферу.

— Простите, мой король, мне нехорошо.

Я, действительно, стала падать. Он поддержал и позволил сползти на пол, прижимая к своим ногам. И при этом не переставал машинально поглаживать по голове.

— Замечательное чутье. Это колесо Миониса. Технология, считавшаяся утраченной. Обратная воронка. Позволяет через невинную жертву не приобрести мощь, а забрать ее у великого мага. Почему великого? Только кровь сильнейшего способна заставить колесо крутиться. Чертовски трудоемкое заклинание. Надо постоянно подпитывать. Поэтому кровушка девственницы цедится туда круглые сутки. А кровь мага уже в колесе. Догадываешься, кто он?.. Мне не хватило лишь финального жертвы. Ну, и свести событие к событию без спешки.

Мелко затрясло. Никакое самообладание не помогло. Голова и плечи бились о его бедра.

— Что ты, Оливия, я быстро передумал ставить тебя туда. Конечно, это невероятно красиво, если бы я с твоей помощью умертвил помешенного на тебе брата. Но такую неприятность, как откат, никто не отменял. Я заберу его силу, похороню вас обоих, и тьма может взбунтоваться. Конрад не должен нападать на Конрада… без веских на то оснований.

Его пальцы впились в плечи, но это не могло меня расшевелить. Тогда он намотал волосы на локоть и заставил подняться, сильно дернув вверх.

— Вместо Колеса тебе предназначались вот эти стандартные оковы. Но ты поторопилась залезть к нему в постель, а они настроены только на девственниц… И даже это некритично, — не успел он договорить, как узкая змейка вынырнула из рукава его халата и обвилась вокруг моего запястья, тут же превратившись в грубую медную проволоку. — Полно способов забирать у тебя энергию без всяких ритуалов. Мне хватит той, что у тебя есть, без приумножения. Но ты, дрянь, не теряла времени и собралась в его любовницы или невесты. Плевать, кем он тебя сделает, но я не позволю войти в его близкий круг и подпитывать. Иначе даже Колесо может не сработать. А судя по тому, что я сегодня увидел, ты его-таки охомутала.

Капли продолжали биться о чашу. Полуокружность медленно вращалась. Вот он, чудовищный механизм, в котором спрятана смерть князя.

И вот о чем предупреждала заключенная во мне толика тьмы. Я должна уничтожить энергетическую воронку вместе с артефактом и, если получится, вместе с его создателем. Для этого мне придется соединить зернышко — но не с тем Конрадом. На старшего никакое забвение не распространялось… Значит, обмануть и растереть эту гниль в порошок.

Если бы мои потоки были в порядке, то Стефан без труда разобрал бы угрозу. А так он лишь купался в моем страхе, не подозревая, что на уме у девушки, которую он только что поднял с колен. Злая ирония великой богини. Вместо ночи любви я отвоевала себе ночь смерти.

Глава 98

Мне надо незаметно для него вытащить семечко. Неприятная и неэстетичная процедура. Если пойдет через рот — то я буду давиться и такое пропустить сложно. Необходимо заставить его проявиться в ладони, где самый широкий магический канал. И все равно это займет минут пятнадцать, а то и двадцать.

Потом, так же тайком от короля, вогнать зерно в один из его каналов. Можно за ухо или на сгиб локтя — а далее разбить артефакт.

Стефан недоговаривал. Чтобы воронка сработала в нужном направлении, он должен был связать ее не только с Родериком, но и с собой. Сильный толчок, который обеспечит хранящаяся в зернышке сырая темная магия, запустит эту систему неправильно. Обрушит ее. Вероятность, что король погибнет от потери ресурса, весьма велика.

Да, я не могла просчитать все нюансы. Не я конструировала эту адскую машину. Но принцип понятен. Спасти князя и как следует изувечить его брата.

Я спрятала лицо у себя в коленях, демонстрируя покорное отчаяние. Какое поведение в данной ситуации не вызывало бы подозрений… Допустим, я любовница князя, мечтаю о блестящей партии и карьере в свете, совсем не хочу умирать… Как бы я отреагировала на то, что мой монарх изверг и чудовище, и, тем не менее, нуждается во мне?

Изобразить для него сейчас страсть не сумела бы даже искушенная и играющая на чувствах мужчин особа. Слишком велик шок. А вот хладнокровная авантюристка или девушка, которой нечего терять, — да, такая сыграла бы.

Вот только он, увидев, что не сломал, сразу заподозрит неладное. Значит, продолжу притворяться дурочкой.

Стефан молчал. Теперь он гладил меня по спине, как кошку, хотя для этого ему пришлось наклониться.

— Ваше Величество, мне страшно. Отпустите домой, пожалуйста. Клянусь всеми родственниками Великой богини, что не промолвлю ни слова. На князя не посмотрю… Раз все так… Раз он не предугадал подобного… Я ваша подданная. Явлюсь по первому же зову… Отпустите меня к маме. Я все рассказала, ничего не утаив.

Разумеется, я знала, что сейчас услышу. Если даже он согласится, то только для вида. Пустит по моему следу гвардейцев или ударит в спину сам.

— Раздевайся, маленькая колдунья. Кровать в соседней комнате. Если боишься, а я бы на твоем месте боялся, то дам специальный напиток. Правда, какой сочту нужным. Один распалит тебя до одури, другой сделает послушной и мало что соображающей.

Я подняла на него заплаканное лицо. Нельзя мне напиток. Он помешает просунуть зернышко Стефану в глотку.

— Я не боюсь, мой король. Всего лишь переживаю, что оглушение не позволит насладиться оказанной честью и сделать довольным вас, — голос-таки грозил сорваться. И это правильно. — Я бы не отказалась от зел… напитка на ваш выбор. Все-таки князь постоянно был в помрачении. Я толком ничему не научилась. Но ведь особенности моей магии таковы, что усваивается только энергия, отданная добровольно. В противном случае…. И все эти дополнительные стимуляторы… Я дождалась бы более подходящего момента.

Король сбросил свой халат на меня одним нетерпеливым движением. Остался нагим. Естество внушительных размеров подрагивало не так далеко от моей головы. Даже скудных познаний достаточно, чтобы понять, что он готов.

Мда, иначе я представляла себе геройскую смерть. Жить после сегодняшней ночи я не собиралась.

— К чему это бабское нытье? Нет ничего утомительнее беседы о сексе. Ты требуешь, чтобы я был ласков? Повторяю, я найду способ взять у тебя все, что мне нужно. Снимай это уродливое сине-фиолетовое платье институтки. Можешь надеть мой халат и топать в нем. Если как следует поцелуешь. Как на балу целовала его.

У меня все же вырвался нечленораздельный протест. Я что-то замычала, держась двумя руками за лиф, пока платье надсадно трещало. Стефан срывал его расчетливыми движениями, не торопясь.

— Так уже лучше. Поцелуешь, или обойдемся без лобзаний?

— Ваше Величество, пожалуйста. Когда вы сравниваете себя с братом, я так не могу. Умоляю вас…

Куда уж искреннее. Великая актриса во мне рыдала вместе со мной. Только я больше не плакала. Стефан должен мне поверить. Ведь боль и отчаяние настоящее. И еще надежда — пускай спишет ее на то, что всеми силами рассчитываю уцелеть. Лишь бы пропустил угрозу.

Семечко охотно откликнулось на зов, и сейчас ощущалось уже в районе плеча.

Изувер подхватил меня на руки. Расправляясь с платьем, он как бы невзначай оставил на бедрах и на талии несколько длинных кровоточащих порезов кольцом с острым шипом. Так что кровь на простынях и на собственном теле его не удивит.