Наталья Томасе – Наследие призраков (страница 2)
И с этими словами женщина пошла к выходу, слегка помахав пальцами растерянно стоявшему мужчине.
– Вы детектив – сыщик? – крикнул он ей вдогонку.
Амели, остановившись у входа, повернулась и с лёгкой загадочной улыбкой произнесла: «Отнюдь».
Джеймс стоял как вкопанный, провожая глазами удаляющуюся по улице женщину. Ему показалось, что её внешность была словно мелодия, завораживающая и нежная. Ее глаза – глубокие и загадочные, словно в них прятались тайны океанов, а взгляд был полон жизни и энергии. И он поймал себя на мысли, что хотел бы ещё раз встретиться с ней, возможно, сводить её в ресторан, а потом… Он не успел закончить свои мечтания, подошедший гарсона, вопросом «Не желаете ли что-то ещё?» вернул его в реальность.
А реальность была банальна, однообразна и предсказуема – скучнейшая конференция, на которую он поехал только из-за желания сбежать из Лондона с его сырой тоской от постоянного дождя и вечных слёз жены на пустом месте.
Вернувшись вечером в отель, Джеймс развалился на кровати и, прикрыв глаза, размышлял о превратности судьбы. Последние несколько месяцев он находился в эмоциональном коктейле из-за отношений с женой. Он испытывал разочарование в себе, в Саманте и в их отношениях в целом. С одной стороны, его съедали печаль и страхи, а с другой, это было облегчение. Облегчение от того, что скоро всё разрешится. И не важно, к какому решению они придут, главное, не будет этого давящего чувства неизвестности. Они были женаты пятнадцать лет, и он никогда не думал о других женщинах. Не потому, что они его не интересовали, и он их не замечал. И не потому, что он сильно любил свою жену. Ему просто было некогда. И вот сегодня, в «Кафе мечтателей» на Монмартре, ему впервые за многие годы действительно понравилась женщина, которую и молодой не назовёшь, но её шарм и уверенность в себе заставляли его думать о ней весь день.
Раздался телефонный звонок, и Джеймс, увидев надпись «Мать моей дочери», зло оскалился, но ответил.
– Мой адвокат свяжется с тобой, – без всякого приветствия и вступления услышал он немного писклявый голос жены. – И, надеюсь, ты не будешь крохобором и оставишь нам с Молли лондонскую квартиру. Я полагаю, ребёнок не должен менять колледж из-за своего отца-скупердяя.
– Значит, Самми, всё-таки развод?
– А что ты хотел?! С тобой же жить невозможно. Более скучного субъекта я в жизни не встречала.
– Я вернусь в Лондон, и мы всё обсудим, – сухим, деловым тоном ответил Джеймс.
– Обсуждать будешь с моим адвокатом.
Саманта отключила телефон, и Джеймс почувствовал себя идиотом. Он не любил, когда последнее слово оставалось не за ним. Он ходил по отельному номеру, как загнанный зверь в клетке, и в конце концов, решив, что надо «накатить», спустился в лобби. Какого же было его удивление, когда у стойки он увидел его утреннюю знакомую.
«Случайности неслучайны», – улыбаясь, подумал Джеймс и, подойдя к женщине, весело произнёс:
– Вы не находите, что встречаться два раза на дню – это неспроста. Возможно, это судьба?!
Амели слегка приподняла брови в удивлении, но это удивление быстро сменилось теплотой и приветливой улыбкой. Она слегка наклонила голову в сторону, и Джеймсу показалось, что она смотрит на него где-то даже заинтересованно.
– Ну тогда за нашу случайную встречу! – она отсалютовала бокалом с шампанским, одновременно показывая бармену налить игристое и для Джеймса.
Они болтали ни о чём: о природе и о погоде, о музыке и литературе, о домашних питомцах и путешествиях. Амели внимательно слушала Джеймса, задавала вопросы и делилась своими мыслями и чувствами. Ее смех звучал искренне, и мужчина отметил про себя, что Амели лишена всякого притворства и не боится показать свои эмоции. Ну или она хорошая актриса. Ее жесты становились более открытыми и расслабленными. Она то и дело касалось, то руки Джеймса, то его спины, то плеча. Со стороны могло показаться, что это встреча старых, добрых друзей, которые давно не виделись, и им есть что рассказать друг другу.
Было глубоко за полночь, и они оба понимали, что их разговор затянулся, но при этом им всё ещё есть о чём поговорить.
– У вас номер с балконом? – вдруг спросила слегка хмельным голосом Амели.
Джеймс с улыбкой мартовского кота лишь кивнул.
– Так не допить ли нам наше шампанское у вас на балконе? А то этот мальчик, – она кивнула в сторону бармена, – нас уже ненавидит и только думает, как бы поскорее спровадить отсюда.
… Легкий прохладный ветерок проникал в открытое окно гостиничного номера, наполняя его свежестью и ароматами раннего утра. Джеймс проснулся, но всё ещё лежал с закрытыми глазами, чувствуя комфорт, уют и удовлетворение.
Это была потрясающая ночь. В какой-то момент, распивая игристое вино на балконе, Амели откинула голову назад, смеясь над какой-то шуткой, и Джеймс поймал себя на мысли, что её губы словно магнит притягивают его. Он перехватил женский взгляд, в котором висел немой вопрос. Амели потянулась к нему, и Джеймс не смог, да и не хотел сопротивляться этим притягательным губам. Лишь на мгновение он задумался, что происходит, но сразу же забыл обо всем. Припав к женским губам, он почувствовал сладость то ли от шампанского, то ли от предвкушения того, что может последовать за этим поцелуем. На душе стало легко. Все тревоги, сковывающие его сердца, проблемы и разочарования рассеялись. Остались только мужчина и женщина, спрятанные за стенами парижского отеля и потерянные для всего мира…
… Джеймс улыбался, лёжа с закрытыми глазами… Возможно, это станет началом чего-то нового, неведомого, но очень желанного им. Но, открыв глаза, мужчина испытал разочарование. Амели исчезла, лишь оставив на столике записку: «Это было восхитительно! Но я ухожу не потому, что ты плох, а потому, что я не так хороша».
– Дьявол! Чертовы французы! – матерился Джеймс, собирая чемодан. – А что от них хотеть?! От людей, у которых фразу «заняться с*ксом» можно заменить восьмьюдесятью семью синонимами. У них это, как выпить бокал вина. Даже нет, глоток воды сделать.
Впервые в жизни он ощущал себя так, словно им просто воспользовались. И это чувство было еще противнее, чем потеря лондонской квартиры.
Был обычный рутинный день адвоката по семейному праву Амели Ришар. Вернувшись в офис после утреннего заседания суда, она чувствовала себя победителем вдвойне. Во-первых, она выиграла, предоставив свидетеля, а котором противоположная сторона даже не подумала. И эта старушка из дома напротив появилась, как снег среди жаркого лета на голову ответчика. А во-вторых, она переиграла не просто обидчика её клиентки, она переиграла Гийома Мартена.
«Будь он трижды неладен! Скоро полгода, как развелись, а ему всё неймётся», – подумала женщина, включая кофеварку.
Раздался телефонный звонок. И в это мгновение Амели неожиданно для себя испытала множество эмоций. В ее глазах промелькнуло легкое волнение, словно она где-то глубоко, на подсознательном уровне знала, что этот звонок принесет новости, от которых будет зависеть её дальнейшая судьба.
Телефон смолк, и женщина облегчённо вздохнула.
«Да что я испугалась? – промелькнуло у неё в голове. – Сто процентов это Гийом со своими «шуточками»-поздравлениями.
Через минуту звонок раздался снова. Он был таким настойчивым, словно напоминая, что за пределами четырех стен кабинета есть другая жизнь, без Гийома Мартена. Хотя Амели продолжала не сомневаться, что это был именно он, она всё же ответила.
– Мадам Ришар? – услышала она на другом конце телефона, – Амели Ришар? Здравствуйте. Я представитель нотариальной компании
Женщина судорожно перебирала в мозгу свои дела, пытаясь вспомнить это название и это имя, однозначно английские.
– Я представляю интересы моего клиента лорда Блэкмора, ныне почившего. Могли бы вы приехать в Англию? Официальное извещение я вам только что отправил на электронную почту.
– Лорд Блэкмор? – переспросила Амели. – Боюсь, я не знаю человека с таким именем.
– Тем не менее, мадам.
Амели посмотрела свой ежедневник и, увидев под завязку заполненный лист на завтра, ответила:
– Господин Глумвуд, послезавтра, в пятницу по полудню, я буду у вас. Всего доброго.
Нотариус, поблагодарив, попрощался.
Амели откинулась на спинку кресла, позабыв о свежеприготовленном кофе, и уставилась в одну точку на стене, соображая, что может означать этот звонок. Впрочем, вывод напрашивался сам – завещание. Но кто такой этот лорд Блэкмор? Перед её глазами предстал английский «турист» по бизнесу, с которым она познакомилась на Монмартре.
«Кажется, его звали Жак. В смысле Джеймс, – пронеслась мысль в голове.
И тут же возник образ мужчины. Высокий, с аккуратно подстриженными, немного тронутыми сединой волосами и проницательными карими глазами. Он был одет в классический костюм, но, что поразило тогда Амели, это добавленный к этой классике яркий, броский цветной галстук и стильные запонки.
«Может этот Джеймс почил в бозе и оставил мне свою кошку или собаку?» – предположила Амели, и, улыбнувшись этой бредовой мысли, стала смотреть рейс в Лондон…
Столица Соединенного Королевства встретила Амели туманом. Впрочем, другого она и не ожидала. Весь часовой полёт ей не давала покоя мысль о лорде Блэкморе и причинах, по которым он оставил ей наследство. Всё было покрыто тайной и туманом. Когда, ступив с трапа самолета, Амели погрузилась в плотный, непрозрачный воздух, для неё это было как само собой разумеющееся. Атмосфера загадочности и интриги еще больше сгустилась над ней. Пока женщина добиралась до вокзала