Наталья Точильникова – Список обреченных 1 (страница 52)
— Проходите, — сказал Штерн.
Петра Михайловича он не знал раньше, познакомились только после того, как он вступил в дело Дамира.
— Я буквально на минуту, — бросил тот и прикрыл за собой дверь. — Вот, конверт для Даши. Берите. Здесь все, что нужно.
И вручил Олегу довольно увесистый конверт книжного формата.
— У вас встреча с Дашей через час, в половине седьмого, в кафе «Жан». Это недалеко от Киевского вокзала. Вот адрес.
И адрес упал к Штерну на Телеграм.
— Константинов с ней договорился об этой встрече. Но подробностей она не знает. Она не должна возвращаться домой. И об этом ей скажете вы. Ее автобус отходит в восемь вечера. Там рядом. Проследите, чтобы она в него села. Там будет наш человек, который поможет ей перейти границу. Конверт пусть откроет только в автобусе, когда он тронется. Кроме документов и билетов там немного денег, банковская карта и новый телефон. Старый пусть оставит вам. Не забудьте его выключить. Потом спишемся.
В пятнадцать минут седьмого Олег Николаевич уже сидел за столиком в полуподвальном «Жане» и ждал Дашу. Белые скатерти, красные стены с винотекой. Полусферы бра и полусферы люстр на цепях. Бесконечный коридор отражений в зеркалах.
Кафе было довольно модным, но заполнялось ближе к закату. Не в мае в семь часов вечера. Здесь водились, говорят, даже лягушачьи лапки. Но было совершенно не до того.
Штерн заказал кофе.
Даша тоже пришла чуть раньше и направилась к нему.
Он сразу узнал ее по фотографии, которую ему показывал Дамир, и его описаниям. Изящная девочка-снежинка со светлой кожей и русыми волосами, собранными в хвост. Она выглядела школьницей, а не студенткой.
Господи! Как же он ей скажет, что ей надо одной, срочно, прямо сегодня по поддельным документам, с нелегальным пересечением границы уезжать в другую страну!
— Олег Николаевич? — спросила она, садясь напротив него.
— Да, Даша.
— Я много о вас читала в интернете.
— Значит мне меньше рассказывать.
— О вас очень много благодарных отзывов.
— Да, есть.
— Я сначала думала, что они от частных пациентов.
— От них тоже.
— Но я стала смотреть более старые. Они от арестантов! И они гораздо сильнее что ли…
Как она быстро усвоила это слово «арестант»!
— Ну, кто будет больше благодарен врачу: тот, кого вылечили от насморка, или от рака?
— Все равно когнитивный диссонанс, — сказала она. — Вы же тюремщик.
— Я тюремный психолог. Это другое. Я не охраняю моих пациентов, я помогаю им не вернуться обратно. Так что, пожалуй, это противоположно тюремщику.
— Как там Дамир?
— Уже нормально. Даже слишком нормально для человека, которого пытали и которому грозит смертная казнь.
— Он связан с Лигой?
— Нет, конечно!
— Но тогда его выпустить должны, разве нет? Есть же тот парень, который признался. Почему же его не выпускают? Должны же выпустить.
Олег Николаевич вздохнул.
— Ничего они не должны, к сожалению. По мнению их начальства, они группу должны раскрыть, а не Дамира выпустить. Понимаете, все же очень круто придумано: как бы раскрыто шесть убийств. И все сделал один человек. Так не бывает. Им нужна группа! Группа — это надбавки, повышения по службе и звездочки на погоны. А в таком деле сам бог велел!
— Олег Николаевич, но если Дамик не связан с Лигой, откуда они возьмут группу?
— Да откуда всегда брали в тридцать седьмом году. Связи, знакомые, ближайшие родственники.
— Но сейчас же не тридцать седьмой!
— Да, именно поэтому вы целых два месяца оставались на свободе.
— Я?
— Даша, — очень тихо сказал он. — Готово постановление о вашем аресте.
Она смотрела на него, кажется, не понимая.
— Откуда вы знаете? — наконец, спросила она.
— У меня очень надежные источники, уверяю вас. Даша — вы его ближайшая связь и вы были с ним в театре в тот день.
— Сам бог велел, да?
— С их точки зрения, да.
— И что вы посоветуете?
— Я посоветую взять зеленый полиэтиленовый пакет у нас под столом, — шепотом сказал он.
Она послушалась.
— Что там?
— Подарок.
— От кого?
— От Лиги, — одними губами прошептал он.
— Что там?
— Фальшивые документы, деньги, банковская карта, новый мобильник и билеты на автобус до украинской границы.
— Когда он отходит?
— Через сорок минут.
— Я не успею зайти домой и предупредить родителей?
— Даша, не успеете. Время очень дорого. Подписать постановление недолго. А потом арест, возможно, пытки, суд и… ну, вас не казнят, вы же женщина. А хотя, черт их знает!
— Я могу позвонить родным?
— Нет. Вы должны были выключить телефон по пути сюда. Вы выключили?
— Да.
— Отдайте его мне.
— Там важные телефоны, почта, фотографии…
— Я все сохраню и вышлю вам, как только вы будете в безопасности.
Она выложила смартфон на стол и подвинула к нему.
— Ну все, — сказал он, беря телефон. — Пойдемте, а то опоздаем.