Наталья Тимошенко – Падальщики (страница 47)

Но что потом?

Через два месяца, через три. Когда… ее работа в логове станет бессмысленной. Алиса только сейчас в полной мере осознала смысл тех слов Леона, что он сказал ей возле пещеры.

Он умирает. И никто не знает, как ему помочь.

Я сделаю все, чтобы ты жил, внезапно пообещала в пустоту Алиса. Все. Землю переверну, спущусь в ад. Только чтобы ты жил. Потому что я не могу потерять еще и тебя. Просто не могу. Я не хочу снова остаться одна. Я уже была одна, я знаю, как это паршиво. Я не хочу больше.

Ее размышления прервал телефонный звонок. Алиса вытащила из кармана смартфон, взглянула на экран. Звонила мать.

– Алиса, ты в городе? – поинтересовалась она после короткого приветствия.

– Уже нет, – отозвалась Алиса, глядя, как за окном на большой скорости проплывают заснеженные деревья. – Что ты хотела?

– Думала, ты денег сможешь немного дать, – после короткой заминки призналась мать. – Тут Люба с классом на экскурсию едет, пока выходные, а она в последний момент сказала, я не успела отложить.

Надо же, что-то понадобилось не Диане, а Любе…

– Я переведу тебе, сколько?

Мать назвала сумму. Затем спросила:

– Случилось что-то? Голос у тебя странный.

– Нет… Да. – Алиса набрала в грудь побольше воздуха, впервые произнесла вслух: – Мирослава умерла.

– Мирослава? Это… кто-то с твоей новой работы?

Алиса сжала зубы.

– Это кто-то из моей жизни.

Которой ты никогда не интересовалась.

Сбросила вызов. Зашла в приложение банка, перевела матери денег, снова спрятала телефон. Злость на мать внезапно помогла. Алиса перестала себя жалеть, снова вернулось решительное желание помочь Леону, вместе отыскать демона, чтобы эта тварь никого больше не убила.

Влад встречал ее на станции. Стоял совершенно один на пустом перроне, засунув руки в карманы пальто и низко опустив голову. Он уже все знал, Алиса написала, когда просила встретить. И он, в отличие от Алисы и ее друзей, умел быть нужным. Без лишних слов притянул Алису к себе, крепко обнял, не только поддерживая, но и ища поддержки у нее. Алиса замерла на мгновение, а потом тоже осторожно обняла его, уткнулась носом в плечо. Он пах лимоном и морозом. И Алисе внезапно стало так горько, что она поспешно выпуталась из его объятий, сделала шаг назад. Не хватало еще разреветься.

– Как он?

– Хреново, – честно ответил Влад. – Такого еще не было. А ты как?

– В норме, – коротко кивнула Алиса.

Уже подъезжая к Волчьему логову, Алиса поняла, что имел в виду Влад. Дом еще не показался в поле зрения, но она уже заметила в небе нечто странное. Это походило не то на огромную черную тучу, не то на воронку смерча, зависшую в нескольких метрах над землей. Воронка стремительно крутилась по часовой стрелке, и вскоре Алиса услышала шум. Опустила стекло, чтобы разобрать лучше, но так и не поняла, что именно его издает.

– Это птицы, – подсказал Влад. – Их там сотни, если не тысячи.

И точно, вскоре Алиса смогла разглядеть черные пятна, летающие по кругу. Это была не туча и не смерч. Это были птицы. Они хлопали крыльями, кричали, сталкивались друг с другом и летели дальше. Не какие-то волшебные птицы, самые обычные вороны, но от этого становилось лишь тревожнее.

– Воронка опускается, – заметил Влад, вглядываясь в лобовое стекло. – Когда я уезжал, она была выше. Сейчас почти касается крыши.

– Что это такое? – спросила Алиса.

– Без понятия. Леон знает, наверное, но для контакта он сейчас недоступен.

Дом был погружен в темноту. И без того черный и мрачный, сейчас он и вовсе казался входом в преисподнюю. Наверное, если бы Алиса увидела его таким в первый раз, сбежала бы, роняя тапки. Сейчас же не боялась. Напротив, стремилась поскорее в него попасть.

Ворота им открывал один из охранников вручную.

– Электричества нет, – пояснил Влад, въезжая в гараж. – Пропало сразу, как мы привезли Леона. Ни один из генераторов не работает. Ничего не работает. Твое сообщение дошло, потому что я как раз к соседним домам ездил, проверял, есть ли там кто. Мы не знаем, что будет в ближайшее время, надо перестраховаться.

Страха не было. Алиса входила в дом, зная, что сделает все, что от нее потребуется, только бы помочь Леону. Вместе они наверняка справятся. Что бы там ни думали остальные.

Внутри было безумно холодно. Вместе с электричеством исчезло и отопление, но Алисе все равно казалось, что за одну ночь дом не выстыл бы до такой степени. И в коридорах, и в большой столовой, где собрались все домашние, горели свечи. Тонкие церковные свечи, которые защищают от Леона. Но сейчас даже они, похоже, справлялись плохо. Дом сотрясали сильные удары, от которых покачивались люстры на потолке и мелко звенела посуда в шкафах. Пламя свечей искрило, то взмывало вверх, то пригибалось к самому фитилю. Снаружи не было грозы, но в доме казалось, что на улице бушует настоящий ураган.

– Софи отпустила всех по домам, но никто не уехал, – заметил Влад, входя за Алисой в столовую. Раздеваться они, конечно не стали.

– И не уедем! – первой отозвалась Тамара Ильинична.

Даже сейчас, без электричества, в теплом пуховике, она умудрялась нарезать какие-то бутерброды и беспрестанно подавать их к столу. Чай заварить было невозможно, и чайник, и плита в доме были электрическими, но оставить людей без еды Тамара Ильинична не могла.

– Вы здесь бесполезны, – с раздражением отозвалась Софи, сидящая по обыкновению в углу стола. При каждом слове из ее рта вырывалось маленькое облачко пара.

– Как это бесполезна! – всплеснула руками кухарка. – А кто будет Леона кормить, когда он придет в себя?

– Вряд ли это случится в ближайшие дни, – заметил Влад.

– Если вообще случится, – тихо добавила Софи.

– Значит, все будем ждать, – поддержала коллегу Мария Антоновна. – Мы давно тут стали друг другу семьей, а семья должна держаться вместе, особенно в темные времена. Вот и нечего нас гнать.

– Да никто вас не гонит, Мария Антоновна, – заверил Влад. – Просто это опасно. Вы же видите, что происходит.

– Переживем, – решительно заверила Мария Антоновна.

– Я пойду туда, – не садясь, сказала Алиса.

Все посмотрели на нее примерно с таким же выражением лица, как и в тот день, когда она впервые согласилась помочь Леону: со смесью страха и надежды. Только теперь страха стало чуточку больше. Возможно, потому, что сейчас ситуация оказалась в разы хуже, возможно, потому, что за прошедшее время не только Леон, но и Алиса стала им ближе.

«Мы давно тут стали друг другу семьей».

Алисе хотелось верить, что она тоже входит в этот круг.

В коридоре ее догнала Софи, схватила за руку, останавливая.

– Ты сумасшедшая? – прошипела она. – Леон сейчас в таком состоянии, что не сможет себя контролировать. Он отдаст тебе слишком много тьмы. Ты не выдержишь.

– Я смогу, – упрямо повторила Алиса.

– Самоуверенность – хорошее качество, но не когда она граничит с самоубийством, Алиса!

Алиса ничего не ответила, упрямство в ее глазах сказало больше слов.

– Там сейчас Антон и Дима, – зашла с другой стороны Софи. – Надо подождать, пока они стабилизируют Леона, чтобы он смог хоть как-то себя контролировать.

Новый удар по стенам заставил девушек вздрогнуть. Софи на мгновение прикрыла глаза, но Алиса решимости не растеряла.

– Если они смогут, – с нажимом сказала она. – Влад говорил, что такого еще не было. И не факт, что у них что-то получится. Мы обе знаем, что ни Антон, ни отец Димитрий не могут сделать того, что могу сделать я. Сегодня я уже потеряла близкую подругу. Подругу, которую знала пятнадцать лет, которая была мне ближе всех на свете. Я не могу потерять еще и мужчину, которого люблю.

Софи отдернула руку, будто Алиса ударила ее током.

– Алиса…

Алиса больше не слушала. Развернулась и решительно направилась в сторону медотсека. Теперь она знала код, вошла без проблем. Здесь было еще холоднее, чем в остальной части дома. Холоднее и страшнее. Страх казался липким, осязаемым. Он сочился по стенам, витал в воздухе, окутывал каждого, кто осмеливался появиться в коридоре. Алиса передернула плечами, решительно ступая, приблизилась к двери кабинета Антона, за которой слышались голоса.

Антон и священник были там. Стояли друг напротив друга и о чем-то спорили, но оба замолчали, когда Алиса вошла.

– Мне нужно к нему, – без предисловий заявила Алиса.

– Нет, – первым отозвался отец Димитрий. – Это слишком опасно.

– Ей нужно попробовать, – возразил Антон.

– Нечего пробовать! Ты же был там, – вдруг тихо, но очень отчетливо заговорил священник. – Ты был там, ты видел, что он сделал с ней.

– Алиса не Кристина, – спокойно ответил Антон. – Она сильнее. И Леон уже не тот.

– Леон стал еще опаснее.