Наталья Тимошенко – Игра с огнём (страница 8)

С самого утра, отправив Яну в школу, Максим засел в мастерской. Большой сарай делился на три помещения: в одном мебель собиралась, в другом сохла после покраски и нанесения лака; была еще маленькая подсобка, которую Яна называла «Дизайнерской». В ней посередине стоял большой стол, на котором Максим расчерчивал будущий заказ. Не так давно ресторатор из Алексеевска решил открыть в их городке небольшой ресторан, поэтому Максим получил заказ на мебель для него. Столы, которые все равно будут накрыты скатертями, ресторатор купит в магазине, так получалось дешевле, зато резные стулья и буфет для посуды хотел оригинальные. Буфет Максим и чертил этим утром, включив погромче радио в надежде на интересную передачу, но то с самого утра вещало только об одном: лесном пожаре. Причем то, что говорил взволнованный голос диктора, было правдой только наполовину. Максим знал от Димы, что справиться с огнем не удалось, сильный ветер никак не утихал, от чего площадь пожара только увеличивалась, но городу пока ничего не угрожало. Диктор же нес полную ахинею о том, что ядовитые пары (откуда только?) уже заполонили город, жители то тут, то там находят мертвых птиц, а некоторые пернатые падают едва ли не на голову прохожим. Максим даже не удивится, если к вечеру из обеих аптек городка исчезнут все медицинские маски.

Он раздраженно выключил радио, переключив старенький музыкальный центр на проигрыш стоявшего в нем диска. Небольшую комнатку тут же залили лирические звуки скрипки. Вальс «Муки любви» Крейслера, исполнитель – Алена Васильева. Мировая знаменитость, талантливейшая скрипачка. И младшая сестра Максима. Он любил ставить ее диски, когда работал. Звуки скрипки отвлекали от посторонних мыслей и настраивали на нужный лад.

Вот и сейчас Максим с головой ушел в работу, а потому не сразу услышал въехавшую во двор машину. Лишь когда рядом с приоткрытым окном хлопнула дверца, он оторвался от чертежей. Взглянул на часы, гадая, кто мог приехать к нему в час дня, но затем отложил в сторону карандаш и вышел на порог мастерской. К его удивлению, во дворе стоял черный джип самого Антона Степановича Подгородцева. Машину мэра в городе знали все. Подгородцев – крупный, уже начавший лысеть мужчина пятидесяти лет с объемным животом – в это момент как раз с интересом оглядывался по сторонам.

Он всегда появлялся на людях исключительно в хорошо сшитом костюме и до блеска начищенной обуви, однако вместо брюк и пиджака сейчас на нем были джинсы и теплый пуловер. Такая одежда прибавляла ему несколько лет и килограммов и превращала в обычного стареющего мужчину. Хотя, вполне возможно, дело было не в одежде, а в крайне напряженном выражении лица и глубокой складке между бровями. Интересно, почему он не в мэрии в разгар рабочего дня?

Увидев Максима, Подгородцев тут же направился к нему.

– Максим Александрович, добрый день! – он первым протянул ему руку, которую Максим, еще не оправившись от удивления, пожал.

– Добрый день.

Что здесь нужно мэру? Они встречались всего один раз, когда тот перед журналистами на камеру вещал о том, как он рад, что в их город приезжают и начинают здесь свое дело жители крупных городов. Максиму тогда показалось, что речь мэру писал кто-то из помощников, а сам он даже не знает, как зовут этого приехавшего. И уж точно Максим не думал, что мэр в курсе, где он живет.

– Нам нужно поговорить кое о чем очень важном, – объявил Подгородцев, и Максим внезапно понял, что разговор будет не только важным, но и секретным. Только этим он мог объяснить такой внезапный визит главы города. Но о чем может быть этот разговор, не мог даже предположить.

– Проходите, – он кивнул на дом, но Подгородцев покачал головой.

– Давайте поговорим здесь, – он показал на мастерскую, наверное, не подобрав правильного слова для того, чтобы дать ей название: со стороны она выглядела обычным сараем. – Не хочу сильно отвлекать вас от работы. Заодно посмотрю, как вы устроились.

Максим пожал плечами, посторонившись, чтобы Подгородцев мог пройти. Тот вошел, не скрывая любопытного взгляда, хотя Максиму и казалось, что его мысли заняты чем-то другим. Прошелся вдоль выстроившихся в ряд двенадцати стульев, которые уже были готовы и дожидались своей очереди на покраску, потрогал рукой лежащие возле другой стены заготовки для следующей партии.

– Ну что ж, вижу, вы потратили деньги с толком, Максим Александрович, – резюмировал Подгородцев. – Я не прогадал, поставив на вас. Местные не смогли бы сделать из старого сарая такую, не побоюсь этого слова, мастерскую. Не хотите расшириться? Я выбью для вас кредит, может быть, под приличное производство мест на десять. Возглавите его.

– Спасибо, мне пока хватает этого. Что-то случилось, Антон Степанович? – осторожно поинтересовался Максим, решив не ходить вокруг да около. – Вы ведь не мастерскую мою приехали смотреть?

– Случилось, – мэр кивнул, затем наконец отошел от болванок и посмотрел на него, сцепив руки перед собой в замок. Максим с удивлением заметил, что он нервно перебирает пальцами, как будто волнуется. – Первым делом я попрошу вас, чтобы этот разговор остался между нами.

Максим кивнул, удивившись еще сильнее.

– Вы знакомы с моей женой?

Едва ли во всем городе нашелся бы человек, который не знал жену мэра. Инга Подгородцева была младше своего мужа лет на тридцать и обладала поистине удивительной красотой. Медно-рыжие натуральные волосы, спадающие идеальными локонами до самого пояса, большие желто-зеленые глаза пантеры, ровный контур губ, бронзовая кожа, тонкие запястья, грудь третьего размера, бесконечные ноги – все это наверняка являлось в эротических снах не одному мужчине в городе. Инга смотрела на жителей городка с баннеров, рекламных вывесок и больших билбордов. Она занималась благотворительностью, помогала алкоголикам и наркоманам попасть на реабилитацию, бомжам обрести хотя бы временное пристанище, организовывала поездки в детские дома и даже лично спонсировала стройку приюта для животных – невиданное дело в таких провинциальных городах.

В общем, Инга Подгородцева была намного ближе к народу, чем ее муж.

– Лично не доводилось, – осторожно ответил Максим. – Но, конечно же, я много раз видел ее по телевизору и в газетах.

Подгородцев важно кивнул, словно такого ответа ему было достаточно.

– Дело в том, что… – Он на секунду замялся, собираясь с мыслями. – Инга пропала.

– Что вы имеете в виду? – переспросил Максим, прекрасно зная, что часто люди подразумевают под этим абсолютно разные вещи.

– Вчера утром она взяла машину и уехала. Домой до сих пор не вернулась, ее мобильный телефон не отвечает.

Максим надолго замолчал. Не думает же Подгородцев, что его жена каким-то образом оказалась у него? Нет, наверное, если бы вдруг по какой-то нелепой случайности это пришло ему в голову, он захотел бы осмотреть дом, а не мастерскую. Потому что в самых смелых фантазиях представить Ингу своей любовницей Максим еще мог, но вот помощницей – уже никак.

– При чем здесь я? – спросил он.

– Я хочу, чтобы вы тихо занялись ее поисками. Лично. Без огласки, – огорошил его Подгородцев.

Максим подумал, что ослышался.

– Что?

– Я хочу, чтобы вы занялись ее поисками, – повторил мэр и прежде, чем Максим смог еще что-то спросить или возразить, сцепил руки в замок теперь уже за спиной и продолжил: – Я знаю, что вы бывший следователь. Вы закончили школу милиции, несколько лет работали оперативником, затем получили высшее юридическое образование и стали следователем. Я навел о вас справки сразу, как только вы переехали сюда, но мне не было до этого никакого дела. Хотите работать столяром – ваше право. Но сейчас мне нужна ваша помощь.

– Простите, но вам лучше обратиться к следователю вашего города, – твердо заявил Максим. – Раз вы наводили обо мне справки, вы должны знать, что я давно уволился и пропавшими людьми не занимаюсь. И даже когда работал, был не слишком хорошим профессионалом.

– Ваши коллеги о вас другого мнения.

Максим гневно прищурился. Одно дело просто наводить справки о новом в городе человеке, другое – узнавать о нем у бывших коллег.

– В том, что случилось, вашей вины нет, – продолжил Подгородцев, то ли не видя, то ли не желая видеть гнева собеседника. – Вы были хорошим следователем и наверняка им остались. Я прошу у вас сущую мелочь: найти мою жену, не афишируя поисков. За эту непыльную работенку я щедро заплачу, и в будущем вы сможете рассчитывать на мою благосклонность.

Максим, конечно, понимал, почему мэр не хочет просить об этом полицию. Если Инга Подгородцева обнаружится где-нибудь в чужой постели, будет лучше, если об этом узнает только он, посторонний по сути человек, а не весь город. Заниматься поисками не хотелось, но ссориться с мэром – не хотелось еще больше. В конце концов, ничего особенного от него не требуется.

– Вы звонили ее родителям или подругам? – все еще попытался увернуться он. – Может быть, она осталась у кого-то из них, просто забыла предупредить?

– Ее мать давно умерла, отец, насколько мне известно, бросил их, когда Инга была ребенком. У двух ближайших подруг ее тоже нет.

– Дадите мне их контакты? Они могут что-то знать хотя бы о том, куда направлялась ваша жена.

– Безусловно. – На лице Подгородцева промелькнуло что-то вроде одобрения. – Все, что вам понадобится.