Наталья Тимошенко – Дар (страница 49)

Марк не стал ничего отвечать. В груди разрасталось какое-то странное, давящее чувство, которое казалось ему подозрительно знакомым, и от того пугало еще сильнее. Словно когда-то он уже испытывал его, безуспешно пытался избавиться, но так и не смог.

Он не мог сказать, что не был счастлив последние четыре года, но сейчас, именно сейчас хотелось вернуть все обратно. Чтобы Ксения была жива, чтобы на вечер у него была назначена клиентка, желающая пообщаться с мертвыми, чтобы Лера была все той же веселой, взбалмошной девицей, по первому предложению везущей его на озеро, где она будет танцевать на выдуманном мосту, он – пить виски, наблюдая за ней.

Нет, он вовсе не хотел, чтобы из его жизни исчезли Рита и Гретхен, но, черт возьми, как же давно он не был на лесном озере, которое однажды перенес на свою лучшую картину.

Почему нельзя все это как-то соединить?

– Приехали, – объявил водитель, останавливая машину возле парадной.

Марк только сейчас увидел, что они действительно в дворе дома, где находилась его студия. Он выбрался из салона первым и протянул руку Лере.

– Я не отпущу тебя до самой квартиры, – пообещал он, видя, что она не торопится выходить наружу.

Она накинула капюшон на голову и все то время, что они ехали в лифте на шестой этаж, простояла в его объятиях, спрятав лицо на его груди. Только в квартире наконец снова ожила, без опаски раздевшись. Марк в который раз порадовался, что весьма консервативен. Конечно, студия давно требовала хотя бы косметического ремонта: краска на оконных рамах потрескалась и начала облезать, паркет в некоторых местах потемнел, обои отклеивались в уголках, а потолок неровно выгорел и стал похож на пятнистого леопарда. Однако сейчас тот факт, что в студии ничего не изменилось с того дня, как Лера была здесь последний раз, играл ему на руку: в знакомой обстановке она смогла быстро преодолеть страх и расслабиться.

Пока Марк в ожидании Риты наспех переделывал проклятую обложку, Лера молча ходила по периметру квартиры, разглядывая висящие на стенах картины и стоящие на мольбертах наброски. Она то и дело останавливалась возле какой-нибудь одной, долго-долго рассматривала детали, а потом, воровато оглянувшись, как будто боясь, что Марку это не понравится, касалась руками цветных линий, проводя по ним кончиками пальцев, провожая каждый штрих. Марк, конечно, видел, но даже не собирался злиться. Лера имела привычку трогать его картины еще тогда, когда он рисовал их для нее в больнице, как будто так ей было проще запомнить их. Правда, тогда это были обычные рисунки, не имеющие никакой художественной ценности, а сейчас картины продавались, и он мечтал об очередной выставке, но все равно ничего не сказал. Не испортит она их так, чтобы он не смог исправить.

Конечно, дольше всего она задержалась у картины с лесным озером. Той самой, которую он писал почти год и отказывался продавать. Однажды ему предлагали за нее такие деньги, о которых он и помыслить не мог, и все равно не смог с ней расстаться. До сегодняшнего дня Марк всерьез подозревал, что не продаст ее даже в том случае, если однажды придется умирать от голода на чердаке старого дома.

Рита приехала почти через час. Она выглядела расстроенной, но, увидев Леру, сразу повеселела. Они никогда не были близки, и знали друг друга всего полтора месяца, но так обрадовались, как будто были старыми подругами. Наконец, спустя минут двадцать, когда Лера вкратце обрисовала свою жизнь – намного сдержаннее, чем рассказывала Марку – а Рита согрела чайник и вытащила из холодильника остатки бабушкиных пирожков, они сели возле барной стойки, заменявшей в этой квартире обеденный стол.

– Так значит, вы собрались поговорить с самой Смертью? – весело поинтересовалась Лера, которая окончательно расслабилась и стала напоминать себя прежнюю.

– Более того, для этого мы собираемся ее поймать и удерживать силой, – хмыкнул Марк.

Даже Рита улыбнулась, хотя, на ее взгляд, идея выглядела не просто невероятно, а по-настоящему пугающе.

– Вопрос только в том, где и как нам ее поймать, – вздохнула она.

– Да, это действительно та еще задачка, – согласился Марк. – Я видел ее на ярмарке в Вене, потом на прогулке с Гретхен, на кладбище, когда мы пытались вызвать родственников Риты. Она же приходила к девочкам ночью, Гретхен подтвердила это. Нет никакой системы, которая бы позволила нам выяснить периодичность ее появлений или необходимые условия.

Рита задумчиво закусила губу, понимая, что он прав. Ходить теперь все время втроем в ожидании, когда же вдруг она появится, тоже не станешь. Лера тем временем посмотрела на одного, второго, и удивленно приподняла брови.

– Вы забыли еще кое-что.

– Что именно? – непонимающе нахмурился Марк.

– Самое главное, в общем-то. – Лера снова посмотрела на них, убеждаясь, что они не понимают ее мысли. – Эй, ребята, – она улыбнулась и помахала перед их лицами рукой, – это же Смерть. Она должна быть там, где кто-то умирает. И ты, – она остановила взгляд на Марке, – впервые увидел ее в тот момент, когда сам умер.

Марк и Рита переглянулись.

– Ты что, убить кого-нибудь предлагаешь? – осторожно спросила Рита.

Лера насмешливо посмотрела на нее.

– Если ты все еще умеешь воскрешать людей, то с этим проблем не возникнет, не так ли?

Они снова переглянулись.

– Я против этого, – наконец твердо заявила Рита. – Если ты не предлагаешь подыскать на роль жертвы бомжа из ближайшего переулка, то самый подходящий кандидат на эту роль – Марк. Я нужна, чтобы воскресить обратно, ты – чтобы задержать Смерть. Но Марк уже дважды умирал, третий раз будет определенно лишним. Никто не знает, как это сказывается на нем.

– Зато мы знаем, как это сказывается на тебе, поэтому я тоже против, со мной или бомжом в роли жертвы, – поддержал ее Марк, мрачно глядя на Леру.

Та откинулась на спинку высокого стула и сложила руки на груди, насмешливо глядя на эту парочку.

– А я смотрю, вы не кисло спелись за четыре года. Оставь вас одних, называется, сразу весь авантюризм пропадает.

– Возможно, потому что теперь у нас больше ответственности? – чуть раздраженно предположила Рита. – У меня есть другое предложение. – Она посмотрела на Марка. – Мы так и не выяснили, какое отношение к ней имеет Карпов, но какое-то имеет точно. Может быть, мы сможем застать ее у него?

– Вообще искать ее в больнице – хорошая идея, – поддержал тот. – У вас там то и дело кто-то умирает. Я и призраков там видел частенько, пока ты еще работала. Да и сам Карпов, в случае чего, вполне сгодится для жертвы. Есть одно «но», – он перевел взгляд на Леру, – ты сможешь поехать с нами?

Рита тоже непонимающе посмотрела на Леру.

– А в чем проблема?

Та немного замялась, но все же рассказала ей о своих новых фобиях, снова сильно смягчив краски и выкладывая факты без лишних эмоций.

– Но если других вариантов нет, то я постараюсь, – вздохнула она, вытаскивая из кармана флакон с таблетками. – Просто надо выпить двойную дозу.

Рита с сомнением посмотрела на флакон. Лекарство было сильным. От двойной дозы Лера, конечно, не умрет, но ничего хорошего тоже не получит. Впрочем, уже в самой необходимости приема таких лекарств не было ничего хорошего.

Глава 23

В больницу они добрались уже в темноте, когда часы посещений закончились, коридоры опустели, а из сотрудников остались лишь те, кому не повезло дежурить ночью. Володю Лера отпустила домой, решившись ехать на машине Марка и Риты. То ли таблетки так на нее действовали, то ли давно знакомые люди и такой же знакомый автомобиль, который когда-то водила она сама, но ей почти не было страшно. Лере даже казалось, что сердце бьется чуть чаще просто по привычке, а ладони даже не вспотели. Может быть, зря этот толстый усатый психиатр советовал ей забыть все, что происходило до знакомства с Лео, утверждая, что только так она сможет избавиться от своих страхов? Лера ведь давно убедилась, что психиатры ничего не понимают. По крайней мере, в ней.

– Так, план такой, – сказал Марк, остановив машину на больничной парковке. – Рита заходит в больницу как сотрудник, мало ли что ей могло понадобиться? Мы немного позади, но прикрытые иллюзией, сможешь? – он посмотрел в зеркало заднего вида, поймав в нем взгляд Леры.

Та кивнула, неуверенно добавив:

– Если только мы не попадем на камеры…

– Черт. Рит, у вас там много камер?

– Откуда я знаю? Три года назад почти не было, а вчера я не обратила внимания.

– Ладно, тогда мы идем сильно позади, – заключил Марк. – Рита разведывает обстановку насчет камер, чтобы мы нечаянно на них не попали. Но даже если попадем, едва ли охрана за нами прибежит сразу, это же больница, а не банк. И вообще, если не произойдет ничего экстраординарного, обращающего на себя внимание, эти записи могут даже не просматривать потом.

– А куда мы в итоге идем? – Рита все еще не спешила выходить из машины в зимнюю морозную ночь. – Где ее искать?

– Идем в сторону реанимации, к Карпову, а там посмотрим.

Они выбрались из машины, и Рита сразу ушла вперед, спиной почувствовав теплый ветерок, догнавший ее. Она мельком оглянулась через плечо, отметив, что ни Марка, ни Леры не видит. Только застывшие под снеговыми шапками деревья, уже погрузившиеся в сон, и пустой больничный двор. Теперь все, кто встретится им на пути, будут видеть только то, что покажет Лера. До входа в больницу Рита почти бежала, поскольку верхнюю одежду решено было оставить в машине, чтобы не вызывать лишних подозрений, и она прилично мерзла.