Наталья Совушкина – Иллюзии (страница 22)

Перед дверью в лабораторию я резко затормозила, так что Савр был вынужден отпустить мою руку, иначе он бы ее просто выдернул. Оглянувшись, заметила следующих за нами Ольгу с Леа и Рокастом. В отчаянии опустилась на пол и прошептала:

— Должен же быть еще какой-нибудь выход!

— То, что приготовишь ты, может спасти Евгени… нет, не правильно — спасет её!

Ласковый голос Леатара прозвучал очень мягко и проникновенно, он опустился на колени рядом со мной. Коридор качнулся, закружилась голова. Лицо брюнета на секунду заслонило всё, он ласково взял мои ладони в руки и подышал на них, чтобы согреть. Я почувствовала себя снова маленьким ребёнком, устроившимся в тёплых объятиях взрослого друга, так хорошо и спокойно. Тёплые, добрые руки, обнимают, гладят по волосам, по спине. Не выдержав, уткнулась лбом в грудь Леа. Не хочу никого видеть! Пусть всё окажется просто дурным сном. Вот сейчас, сейчас я проснусь, и ужас закончится, не будет страшного, давящего груза ответственности за жизнь Евгени! Но нет, меня взяли за плечи и отодвинули, лишили защиты в виде уютной груди. Леа поднял моё лицо вверх, мягко придерживая за подбородок.

— А кроме тебя у нас с таким даром никого нет. — он нежно и грустно улыбнулся мне, показывая, как он меня понимает и сочувствует, — Так что именно тебе предстоит спасти Евгени! Даквуст и Оля помогут сделать все правильно, а Савр проверит зелье. — добавил парень, глядя мне в глаза, гладя ладошку.

— Леатар, зачем ты так? Отпусти девочку, она уже успокоилась. И вообще не стоило так делать. Ей это не нужно, она сильная. — голос Рокаста слегка озадачил меня. Тем временем, мою тушку аккуратно освободили из объятий брюнета, оттеснив того в сторону, и поставили на ноги. Я чуть не упала, лишившись поддержки таких сильных и тёплых рук, не понимая ещё, зачем. Зачем он это сделал? Ведь мне так хорошо и не хочется, чтобы Леа отпускал меня, но "принц" придержал за локоть и подпихнул к знакомой двери. Я недовольно нахмурилась и засопела. Вот чего ради этот господин-неотразимость вмешивается? Какое его дело? Меня за руку подержали, успокоили, и вообще… мне нравится Леа, он единственный кто настолько явно не морщится при встрече со мной, в отличии от остальных стражей.

Я задрала нос и сделала шаг вперед. И неожиданно упёрлась в дверь лаборатории. Дверь передо мной вежливо открыли и совсем невежливо затолкали внутрь. Тут-то пришло осознание ситуации в целом, реальность снова обступила меня, безжалостно сминая иллюзию защищенности и заботы. Вот подстава! Словно некто показал картинку со стороны. Всё встало на свои места: все мои попытки избежать возлагаемой на меня ответственности — тщетны. Выбора нет, и решение стражами принято. Так или иначе, мне придется варить эту микстуру. Перестав сопеть, я выдавила:

— Хорошо. Будет вам микстура.

— Сейчас разберемся с Даквустом и приступишь.

Уговоры закончились. Получив моё согласие, Савр моментально подобрался, перед нами снова оказался резкий, целеустремленный и довольно жёсткий человек… или правильнее существо?

Ухватив меня снова за руку, Савр бросился к пюпитру. Этот тип вообще когда-нибудь задумывался о том, что я не могу передвигаться с такой скоростью? Я едва не расшиблась, летя следом за ним по ступеням, так как рука моя все еще находилась в его ладони и вытащить ее не получилось. Я огляделась. На столе разложены кристаллы, травы и колбы, установлены пара перегонных кубов, лежат листы с записями. Вроде всё как обычно, наверно Евгеша ждала нас, а теперь… я прикусила губу, чтобы не завыть. Взглянула на Даквуста, расположившегося на своём любимом пюпитре, и даже от входа заметила, какими мутно-тусклыми стали камни оклада. Да и сам оклад потемнел, подернувшись патиной. Я подошла к другу и провела по золотым буквам корешка. В комнату вошла Оля, Рокаст любезно открыл ей дверь и пропустил её вперед. Вот могут же вести себя нормально! А Леа заходить не стал, отметила про себя я.

— Где Евгени? — Даквуст словно очнулся от глубокого сна, — Почему я её не чувствую? Я выплеснул почти весь свой резерв, накрыв её куполом, держал щиты, защищая хозяйку, и звал на помощь… потом всё, я не помню ничего! Где она?!

Книга мелко затряслась.

— Даквуст, всё будет нормально, если ты поможешь девушкам, приготовить нейтрализатор Неймона используя записи Евгени! Она жива, но это были «Объятия Тьмы». Её резерв пуст, поэтому ваша связь и разорвалась. И, пожалуй, так даже лучше, не придется тратить время на ее разрыв. Нам нужна твоя помощь, — сообщил гримуару Савр

— Ты же прекрасно понимаешь, что я не могу выдавать тайны хозяйки, к тому же мои резервы пусты. Я практически беспомощен и бесполезен. — насупившись, проскрипел гримуар, — Сам я зелье не смог бы приготовить, даже при полной зарядке. Нужно срочно перенести меня с хозяйкой обратно или ищите алхимика здесь.

— Алхимик у нас есть, — Савр подтолкнул меня вперёд, — мало обученный, но довольно сильный. В связи со сложившимся непростым положением и ради спасения Евгении, необходимо на некоторое время сменить привязку и взять под своё покровительство этих юных барышень. Ольга выступит в связке с тобой резерв у неё достаточно большой, и ты не отключишься. Привязывать тебя к кому-то из нас не стоит, нам придется объединять силы и вливать их в арку для поддержания перехода. Но даже с нашими общими силами это будет возможно только через несколько дней, за это время, надеюсь, Евгени удастся немного восстановиться. Думаю, твоего опыта хватит для руководства Екатериной? Евгени восторгалась её успехами.

Я чувствовала напряжение Савра когда тот ждал согласия, Даквуста. От мужчины просто фонило нетерпением. А мы с Олькой просто стояли рядом с пюпитром и тихонько наглаживали переплёт Даквуста. Книга думала, пыхтела и бормотала:

— Конечно, привязку менять они собрались! Подготовились! Девчонок мне тут подбросили, а если что не так пойдет, Даквуст крайним окажется! А как напутают чего, это какая же ответственность… конечно зелье-то не шибко сложно сварить, и ингредиенты где-то были… девочка-то ничего, сообразительная ласковая… еще хозяюшке оклематься нужно… Что же делать? Отказываться нельзя… А вдруг хозяйка обидится? В круге скажут, что бросил…

Я стояла, поглаживала книгу и ждала решения, неожиданно для себя осознав, что расстроюсь, если Даквуст откажется. Сейчас он стал похож на какую-то смесь компьютера с ящером. Кто же он такой?

Оля рассказывала, что существовал когда-то древний маг-ученый, который пытался создать идеальных друзей-советчиков и верных компаньонов для своих детей… и он призвал древних духов, и заключил их в мощные артефакты… сколько же их было?.. кажется семь… а потом несколько подобных фамильяров заказал король…

— Даквуст, только ты, мудрый и ответственный, верный и преданный фамильяр можешь спасти свою хозяйку. Мы очень любим Евгешу, ой, Евгени, и мы хотим помочь. Я… всегда мечтала иметь такого друга и учителя как ты, но обещаю, что твоя связь со мной не продлится больше необходимого! — не выдержала Ольга.

— Хорошо, я согласен!

— Мы все ценим твою преданность хозяйке и понимаем, что ты это делаешь раде неё. Оля, дай руку, не бойся…

Оля протянула руку Савру, и тот положил её руку на гримуар, Рокаст встал с обратной стороны пюпитра и приподнял книгу, держа её двумя руками. Мне кивком головы велели отойти в сторону. Одним движением руки Савр очертил круг, и он вспыхнул язычками пламени прямо на каменном полу. По спине побежали мурашки, волосы на голове приподнялись, и я почувствовала, как в помещении к Даквусту начинает стягиваться Сила. Вытянув шею, издали, наблюдала за происходящим. Удивительно, но Ольга совершенно не боялась, она выпрямилась, стала словно выше, изменился её взгляд, черты лица стали резче.

— Ир, Савр эйль Орт Мауриш, радар вус гарада… — зазвучали незнакомые слова.

Хлястик Даквуста открылся, словно голова змейки с тонкими и острыми как иглы зубами. Ольга стояла смирно, и даже не вздрогнула, когда Даквуст куснул за руку, обернувшись вокруг запястья, скользнул, шелковой лентой, по ранкам размазал выступившие капельки крови и ремешок обернулся вокруг книги снова. Олька продолжала стоять широко и невидяще распахнув глаза ставшие из серых — сиреневыми.

Снова проступила легкая дымка из огоньков окутывающая всех участников ритуала. У мужчин она была очень густой, насыщенных оттенков, у Савра кроваво-алая, а у Рокаста серебристая с голубыми сполохами иногда разбавляясь искрами зеленых и золотых огней. Она покрывала их словно туман, сгущаясь к верхней части торса, груди и кистям. В глаза же, мужчин горящие синим и алым пламенем смотреть совсем не хотелось, слишком свежи были воспоминания о глазах Дара. Ужас какой!

Олина дымка была нежной, розовато-сиреневой и едва заметна, она лежала мягким облаком на груди и плечах подруги словно пелерина, и яркий сиреневый цвет проявлялся только в области глаз. Увлекшись разглядыванием огней, я не заметила, что весь мир поменял краски. Снова перед глазами заклубились сплетения магических потоков и сил. Все предметы в лаборатории обрели дымчатые ореолы, дополнились разнообразием ярких сгустков, их количество на некоторых полках откровенно пугало, всё вокруг, начиная от предметов мебели, кончая содержимым шкафов имело свое свечение. Пюпитр Даквуста покрывали искорки нежно персикового цвета, а сам гримуар переливался всеми цветами радуги. Только пол в лаборатории был масляно-черного цвета, с ярко сияющим алыми символами кругом. Над полом и в воздухе ручейками и змейками со всех сторон стекалась сияющая сила. Голова кружилась от танцующих вихрей ярких красок и всполохов.