Наталья Сорокоумова – Арикона, или Властелины Преисподней (страница 6)

– Скажи ему сама об этом.

– Никогда, – процедила она сквозь зубы, бледнея, – никогда я не приближусь к нему. Он предал меня. Этого я ему не прощу.

– Арикона, – с мольбой в голосе произнес Михаил. – Книгу судеб не обманешь. Величие света ждет тебя. Ты все еще можешь отказаться от своей миссии и принять тот путь, который указан тебе книгой судеб.

– Я не знаю, что сказано в книге судеб, – Арикона выскользнула из его рук. – Прощай.

Распахнув крылья, она взмыла вверх, обдав Михаила волной горячего воздуха. Потерянная Душа извиняющимся тоном сказала:

– Может, сейчас не самое удачное время для бесед? Она все равно пойдет на бал. Особенно после того, как ты попросил ее не делать этого.

Михаил скрестил руки на груди.

– Ты ведь знаешь, что написано в книге, Душа. Знаешь?

Потерянная Душа отпрянула в сторону и испуганно ответила:

– Я знаю. Но дорогу к книге Арикона тоже сумеет найти. Только ответов там не найдет.

– Ответы есть у Отца. Она должна прийти к нему.

– Нет, она ему уже ничего не должна, – и Душа, сотрясаясь от страха за столь откровенные слова, рванулась следом за исчезнувшей с горизонта Ариконой.

Михаил шевельнул крыльями и горестно вздохнул. По улицам города прокатились отголоски его тяжкого вздоха, заставив содрогнуться всех, кто его услышал.

Арикона отправилась туда, где ее никто бы не потревожил.

С невероятной высоты обрушивался на скалистые уступы грозный водопад, за столетия своего существования сточивший камни и построивший глубокий бассейн в твердой породе.

Арикона прилетала сюда купаться. На такую высоту люди обычно не поднимались, да и окруженный вокруг лесом водопад мало кого привлекал – разве что экстремалов, ищущих острых ощущений. Его шум несся над лесом и достигал в тихие дни даже города. Когда-то сюда привозили туристов, к водопаду вела хорошая бетонная автострада, на самом водопаде строились подвесные мостики и дорожки, но пять лет назад в результате извержения молодого вулкана все это погибло за считанные часы, и до сих пор городские власти не сумели довести до ума дорогу и подъезды к водопаду – город тоже сильно пострадал, и в первую очередь принялись восстанавливать его.

Так что Арикона не опасалась, что кто-то может нарушить ее уединение. Возле самой воды невозможно было разобрать звуков собственного голоса, воздух был напитан мельчайшими брызгами и пах тропиками.

Арикона поболтала в воде рукой, а потом быстро разделась. Смуглое загорелое тело золотом засияло в безупречно прозрачной голубизне бассейна, и Арикона нырнула, коснулась дна и снова появилась на поверхности. Солнечные лучи пронизывали толщу воды, превращая белые камни внизу в драгоценные жемчужины.

Потерянная Душа разлеглась на камнях и блаженно обмахивалась уголком белого плаща.

Арикона поднялась по камням и встала под сильную струю воды, позволяя ей массировать крепкие плечи и гладкую спину.

Краем глаза она увидела движение сбоку, и разум осознал, кто это, еще до того, как сама Арикона успела это понять. Инстинктивно она прикрыла обнаженную грудь руками и посмотрела через плечо.

Шагая по воде каменного бассейна, к ней приближался молодой высокий человек. Белокурые кудри его тотчас намокли и прилипли ко лбу, легкая белая рубашка с широкими рукавами, собранными на запястьях узкими манжетами, напиталась водой и отяжелела, по черным кожаным брюкам побежали сапфировые водяные струйки.

Арикона опустила глаза вниз.

Мужчина подошел к ней и остановился, разглядывая ее наготу.

– Нет преград для гения природы, – сказал он, наклоняясь к ее уху. Сквозь грохот водопада она без труда услышала его, и предательский румянец выступил на щеках.

– Абигор! – назвала она его имя в ответ.

– Конечно. А ты ожидала увидеть кого-то другого?

– Вообще-то, – произнесла она, не отнимая руку от груди, но поворачиваясь лицом к неожиданному визитеру, – я никого не ожидала здесь увидеть.

Он скользнул взглядом по ее тонкой талии и упругим бедрам.

– Я не могу сказать тебе, что ты прекрасна, – говорил он, обходя ее кругом, и она, не поднимая глаз, следила за ним. – Ты не красива, и не прекрасна… Ты очаровательна.

– Неужели? – спросила она, сдерживая дрожь в плечах.

– Ты очаровательна, – с чувством повторил он. При каждом шаге ноги его поднимали фонтанчики брызг. – Красота – это застывшее искусство. Красота мертва и противоестественна. А ты очаровательна. Очарование всегда живое, настоящее… Любая красавица даст тебе фору в сто очков, но любая красавица рядом с тобой будет просто говорящей куклой, и не более…

– Ты весьма любезен сегодня, Абигор.

– Я просто откровенен, – он остановился и осторожно дотронулся до ее локтя. Она едва заметно вздрогнула.

Он не мог не замечать ее сдерживаемого глубокого дыхания, трепещущих ресниц и стыдливых движений, словно она пыталась укрыться от беззастенчивого взгляда Абигора. Арикона прилагала все усилия, чтобы вернуть себе полное самообладание, но понимала, что получается это у нее слишком плохо. Тогда она решительно отняла руку от груди, не прикрывая ее больше, вскинула подбородок и произнесла твердо:

– Думаю, ты пришел сюда не для того, чтобы говорить мне любезности. Что ты хочешь?

– Я много хочу получить от тебя, – ни на секунду не задумываясь, ответил он, улыбаясь уголками красивого чувственного рта. – Только, боюсь, моим мечтам не суждено сбыться. Увы, таким демонам, как я, уготована судьба быть одинокими и непонятыми.

– Тебе ли жаловаться на одиночество? – усмехнулась Арикона. – Все женщины земли не в силах сопротивляться твоему очарованию и галантности.

– Мне не нужны все женщины, – сказал Абигор, мрачнея. – Мне нужна только одна-единственная женщина. Но она, к сожалению, занята своей работой.

– Мне жаль, – холодно бросила Арикона.

Внезапно он схватил ее за плечи, больно сжал их и притянул Арикону к себе. Она оказалась слишком близко от опьянящих красотой больших голубых глаз.

– Почему ты не веришь, что сердце демона способно любить? – со злостью спросил он, и его горячее дыхание обожгло лицо Ариконы. Ее сердце застучало еще громче и быстрее, кожа вспыхнула огнем страсти. Но она сжала кулаки и ответила возможно резко:

– Отпусти. Я не верю в добропорядочность демонов и в то, что у них вообще есть сердце.

– Оно есть, и оно молит о любви! – он произнес это с издевкой, и ей стало вдруг страшно. Страсть и страх – они всегда приходили вместе с Абигором.

– Пусти! – прошипела она и по ее ладони ударила рукоятка подлетевшего кинжала, который повиновался каждой мысли и движению Ариконы. Она рывком вскинула его и прижала к горлу Абигора.

– Ты хочешь убить меня? – поинтересовался он.

– Ты бессмертен, но покалечить я тебя сумею. А потом все во дворце будут интересоваться – какой это талантливый художник тебя разукрасил?. И ты постыдишься объяснять, что жалкая шлюшка ловко орудовала ножом…

Он оттолкнул ее от себя, и она едва удержалась на ногах. Он со злостью щурил глаза, а Арикона прерывисто дышала, держа перед собой кинжал и всем своим видом показывая, что шутить не собирается. Абигор рванул ворот шелковой рубашки, словно он душил его, и оторвал несколько пуговиц. Однако спокойствие быстро вернулось к нему.

– Лорд желает видеть тебя перед балом, – сказал он обычным голосом, но Арикона поняла, что он сейчас готов разорвать ее на части. – Он желает, чтобы ты пришла пораньше.

– Я буду на балу. Скажи Лорду, что я приду.

– Я надеюсь, – сказал он, поворачиваясь и собираясь уходить. Она напряженно смотрела ему в спину, не выпуская ножа. Абигор почти дошел до острых уступов водопада, и вдруг обернулся, решительно сделал руками какие-то знаки в воздухе и щелкнул пальцами. В следующую секунду он исчез, а вместе с ним и шум водопада.

Арикона вскинула голову. Вода среди камней пропала, а вместо водяных брызг и громыхающего потока с небес летели лепестки роз, струились мягкими волнами, ложились на плечи и волосы Ариконы, скользили вниз и наполняли пространство райским благоуханием. Водопад превратился в струи розовых лепестков.

Арикона изумленно подставила ладонь и поймала несколько невесомых желтых и красных листочков. Они были совсем живыми, теплыми, ласковыми. Они ласкали кожу и что-то шептали, но их шепот растворялся в мягком шуршании падения.

Потерянная Душа появилась из-за камней, ахнула и едва не рухнула на валун.

– Демон-пройдоха! – закричала она, выводя Арикона из ступора. – Он морочит тебе голову!

Арикона ничего не ответила, молча подошла к камням, взяла одежду и принялась одеваться.

– Однажды он овладеет тобой, как овладел тысячами наивных девушек, и ты навсегда забудешь про покой! – возмущенно говорила Душа. – Он соблазнял цариц и королев, принцесс и шлюх, он столь же прекрасен, как и опасен! Он командует армией Лорда, лучшими его полками, а ты стоишь перед ним без одежды и сверкаешь глазами!… Абигор – он… он…

Она замахала руками, пытаясь подобрать нужные слова, но не смогла сделать этого с разбегу. Тогда она вернулась к началу:

– Он командует лучшими полками Лорда!…

Арикона искоса взглянула на Душу и опять промолчала. У Потерянной Души от такой реакции отвисла челюсть.

– Как?! – вскрикнула она. – И тебе нечего возразить мне? Ты стоишь здесь и сейчас – смущенная, зардевшаяся, пряча робкий взгляд девственницы, и тебе нечего мне ответить?