Наталья Соколан-Андреева – Выросший в кроличьей норе тигр мечтает о любви (страница 5)
– Иди сюда, – похлопал он по подстилке, как будто подзывая собаку.
Ира не отреагировала. Внутри нее, под толщей апатии, шевельнулась крошечная искра чего-то острого, но она тут же погасла. Тогда Кирилл встал, взял ее за локоть с той же практичной бережностью, с какой брал тюбик с кремом от комаров, и расставил ее конечности на одеяле, придавая ей нужную позу. Вот так. Будь рядом. Будь такой как всегда, молили его глаза.
– Вот, возьми, поешь, – он протянул бутерброд.
Выражение лица девушки не изменилось. Непривычная бледность захватывала все больше его Ирки, поднимаясь от кончиков пальцев к лицу. Кирилл с опаской заглянул ей в глаза. Он боялся, что однажды, когда посмотрит в них, увидит вместо ярких зеленых изумрудов, подернутые бледной пеленой невидящие зрачки.
– Вкусно?
– Угу.
Они еще посидели.
– Доктор говорит, что лекарства подействуют не сразу. Нужно подождать месяцок – другой. Малыш, – Кирилл положил ладонь на холодные Ирины пальцы, – я с тобой, все будет хорошо.
Он смотрел на мелькающую среди деревьев полоску речного пляжа.
Прислушавшись к своим ощущениям, вдруг испугался. Прикосновение холодных пальцев растворилось, будто никогда их не существовало. Кирилл резко повернулся, чтобы удостовериться. Слава Богу, Ирка все еще сидела рядом. Бледная, безучастна, больше похожая на тень самой себя. Или на привидение. Но она была здесь.
***
Лекарства не работали. Они уже несколько раз меняли препараты и дозировку. Врач уверял, что совсем скоро Ира пойдет на поправку, но становилось только хуже. Кирилл сам уже был похож на высосанный пакетик сока. Родители настояли, чтобы он вышел на работу, когда парень собирался брать бессрочный отпуск за свой счет. Общение с учениками и коллегами, надеялись они, восполнят силы Кирилла.
К Ире они относились настороженно. Девушка, внезапно ворвавшаяся в их жизнь и так изменившая родного сына, наряду с сочувствием, вызывала опасения.
– Мать, – Сергей позвал жену, расставляя тарелки на столе.
– Аушки, – женщина стояла у плиты не оборачиваясь.
– Я тут подумал, – Сергей обошел стол и встал у нее за спиной, слегка приобнимая за талию, – может надо поговорить с Кирей, чтобы Иру, – он помешкал и продолжил тихо, шепча жене в ухо, – может ее в больницу положить?
– Тихо, – Анна встрепенулась и посмотрела по сторонам, – я уже пыталась, – половник упал из рук, вызвав небольшое волнение в наваристом супе, – он даже слушать не хочет.
Ночью Кириллу снились кошмары. Он просыпался в поту, ощупывая постель рядом с собой. Ира лежала рядом. Холодная, но живая. Ее грудь мерно вздымалась, а глаза почти всегда сверкали в темноте. Взгляд, устремленный в потолок был пустым. Но даже такая Ира успокаивала его. Под едва уловимый шорох дыхания, Кирилл снова проваливался в беспокойный сон.
В браузере неизменно царила темная тема. Яркое белое свечение монитора раздражало парня. Сегодня Ира не встала с постели. Не отказывалась, не сопротивлялась, что было бы просто счастьем для него. Нет, она просто лежала, подобная мраморной статуе, не реагируя ни на что вокруг. Даже соленые слезы парня, умывающие бледное лицо, не вызывали в ней ни раздражения, ни желания их стереть.
Он вбил в поисковую строку лукового браузера два слова. Его пальцы дрожали, но не от страха, а от яростной решимости. Он должен был что-то сделать. Кирилл больше не мог наблюдать, как исчезает
Выбрал первую строчку. Нет, не то. Вторую. Снова не оно. На третьей открытой странице нашел намек на то, что искал. Спустя множество итераций и переходов с сайта на сайт, наконец увидел: Вас приветствует уличный торговец!
Чтобы сделать покупку нужно перевести реальные деньги в валюту сайта. Админ не мелочился, одна единственная золотая монета стоила как месячная зарплата учителя. Но Кирилл не колебался. Он уже давно не платил кредит за машину и без стеснения пользовался деньгами родителей. Нажав подтверждение перевода в банковском приложении, он наблюдал, как один за другим желтые кругляшки пляшут по экрану, радостно ныряя в его нарисованный кошелек.
***
В парке было людно. С утра сюда стекались мамочки с колясками, в обед школьники оккупировали немногочисленные фонтаны, освежаясь после уроков, к вечеру подтягивались парочки и компании с гитарами и громким смехом. Часа, когда Кирилл сможет остаться незамеченным, не было. Поэтому, приняв уверенный вид, он двинулся к условленному месту.
Парень убеждал себя, что ничего страшного не случиться. В кустах было темно, влажная от недавнего дождя земля липла к рукам. Кирилл старался как можно быстрее закончить, и, наконец, нашел то что искал. Последняя надежда Ирки на возвращение в реальный мир. В маленьком пакетике было сокровище, еще неизвестное большинству людей. Там, где бессильна была доказательная медицина, этот препарат, по отзывам таких же отчаявшихся людей, творил чудеса.
Он не услышал приближающиеся неспешные шаги. Боль, распространившаяся от запястья, взорвалась перед глазами яркими вспышками и сразу стало темно. Кирилл не удержался от громкого крика.
– Аа-а-ай.
– Не ори, и не сопротивляйся! – вывихнутую из сустава руку дернули вверх, и Кирилл чуть не потерял сознание, – что ты здесь делаешь?
В воспаленном от дикой боли мозгу мелькнула единственная спасительная мысль:
– Подождите, я учитель…я… просто фотографировал!
– Ага, конечно, в участке разберемся, – грозный голос над головой звучал насмешливо, – все вы просто фотографируете.
Ни сил, ни желания сопротивляться не было. Кирилл послушно дождался вместе с полицейским патрульную машину. Думая о том, что теперь помочь Ире будет некому. На снисходительность стражей правопорядка надеяться не приходилось.
Родительской заботы хватит ненадолго. Мама уже заговаривала о том, что Ире нужна госпитализация. Кирилл не хотел даже представлять, что любимой придется одной справляться с болезнью, в кругу чужих людей. Кляня себя последними словами, Кирилл покорно пригнулся, садясь в патрульную машину.
6
Сергей был на кухне и нарезал маковый рулет, когда зазвонил мобильный телефон. Подслеповато прищурившись, он подошел к окну, чтобы рассмотреть буквы и цифры на экране. Номер был незнакомым.
– Здравствуйте, Сергей Викторович? Капитан полиции Петров вас беспокоит, – суровый голос из трубки, не дожидаясь ответа, продолжил, – сейчас с вами сын будет разговаривать.
Кирилл не единожды рассказывал родителям о телефонных мошенниках и о том, что с незнакомыми людьми, звонившими с неизвестных номеров, лучше не разговаривать. Сергей отнял телефон от уха и нажал отбой. Тут же набрал Кирилла. Он сразу взял трубку. С облегчением выдохнув, Сергей хотел уже было посмеяться над ситуацией, но его остановил голос, уже знакомый. Он принадлежал не сыну.
– Телефон у Кирилла Сергеевича изъяли до выяснения, я сейчас передам ему трубочку, но потом телефон будет изъят в качестве вещдока, так что связаться с сыном не получится.
Послышалось шуршание и глухой голос Кирилла. Сергея все еще не покидали сомнения, может это какой-то трюк? Если сейчас будут просить денег, точно мошенники.
– Пап, я в 17 отделении, – в голове опытного водителя сразу возникла карта города, это центральное отделение, рядом с парком, – меня подозревают в распространении запрещенных веществ.
– Наркоторговля? Кирилл, о чем ты…
Возмущенный возглас прервался громким стуком. Сергей повернулся к двери кухни и увидел застывшую на пороге жену. Под ее ногами лежало месиво из осколков стекла, прозрачно-красной жидкости и кучки круглых плодов. Анна несла с балкона трехлитровую банку компота к маковому пирогу.
– Как наркотики? – ее губы побелели, а пальцы разжались сами собой. Анна медленно осела на пол, прямо в сладко пахнущую жижу.
– Аня, все нормально, его только подозревают, – Сергей в пару шагов оказался рядом и поддержал жену, а в трубку кричал, – мы едем, ничего не подписывай!
***
В квартире уже довольно долго было тихо. Ира, раньше так ценившая уединение и тишину, потому что можно было попытаться уйти в другое место, сейчас отмечала это с безразличием. Хотелось пить, и сухость в горле была единственным четким ориентиром в расплывчатом мире. Но сил встать с кровати не было. Она лежала и не то чтобы ждала, когда придет Кирилл и поднесет к пересохшим губам чашку с водой. Просто знала, что скоро это случится. Мысли тягуче перетекали, не побуждая к действию. Уже хотелось есть и в туалет. Нос раздражал запах собственного тела, хоть Кирилл и следил за тем, чтобы девушка регулярно принимала душ. Кажется, сегодня она еще не чистила зубы. А когда это – сегодня?
Мочевой пузырь настойчиво подавал сигналы, и этот физический дискомфорт наконец перевесил душевное оцепенение. Вместо запаха зубного налета все отчетливее становился сладко-липкий аромат, доносившийся со стороны кухни. Ира повернула голову. С этого ракурса было не рассмотреть, что же так пахло. Обычно безразличная к еде, она пыталась угадать. Пирожки? Нет, чувствовался бы дрожжевой дух. Бисквит? Но она точно помнила, что миксер сегодня молчал.