Наталья Соболевская – Замуж за бывшего. Фиктивный брак (страница 7)

– Это тот начальник охраны, что дал мне совет, – какого-то чёрта начала я оправдываться. – Я рассказывала о нём.

– Я так и понял, – бросил Дима в ответ, как по мне, неоправданно резко.

Ну да ладно, ситуация нервная, обстановка напряжённая, не буду принимать на свой счёт.

К старшему охраны с нашей стороны вышел Дмитрий, они тихо перекинулись парой фраз, после чего нам не просто открыли проход, а для удобства крайне оперативно убрали всё, что его загораживало.

Возле лифтов наша банда поделилась на две части: одни отправились в финансовый, юридический и другие отделы, чтобы сотрудники под шумок переворота не уничтожили документы или не начали заметать следы махинаций в программах. Я же осталась в команде Доронина, и мы поднялись на этаж кабинета Андрея.

Здесь, в отличие от холла, жизнь шла своим чередом. Через стеклянные прозрачные двери было видно сотрудников, они сидели за компьютерами, увлечённо работали, разговаривали по телефону. Конечно, внезапное появление толпы в коридоре вызвало у них замешательство.

Доронин, словно опытный полководец, не обращая внимания на любопытные взгляды, осмотрел поле боя и, не говоря ни слова, направился прямо к кабинету генерального директора. Я шла следом и в голове крутилась только одна мысль: «Скорее бы это закончилось. Не по мне это всё. Не по мне».

Я очень надеялась, что в связи с недавним повышением с тайной любовницы моего мужа до официальной дамы сердца, Агата освобождена от бремени работать его секретарём, и мы с ней не встретимся.

Но нет же!

Когда мы вошли в приёмную, любимая женщина Андрея, сидя в кресле, активно работала степлером, соединяя между собой листы документов.

Первым, на кого упал взгляд Агаты, когда она подняла голову на шум, оказался Доронин.

Она мигом оценила его внешность, ощутила его ауру власти, прикинула, на какую неприличную сумму он одет, и расплылась в приветливой улыбке.

«Выбить бы молотком этой дряни все зубы, или на худой конец два верхних передних!» – промелькнула в моей голове кровожадная мысль, от которой я сама пришла в ужас.

И что самое интересное, увидев Агату верхом на своём муже, мне была до лампочки её челюсть, как и все остальные части тела, но стоило любительнице быстрого пих-пих на поминках кокетливо посмотреть на Доронина, как я едва себя сдержала, чтобы не оттаскать её за волосёнки…

Тревожный знак!

Зря я ощетинилась. Когда Агата заметила меня за спиной Димы, она не будь дурой, быстро сообразила, что происходит, и теперь уже на всех, включая Доронина, смотрела с неприкрытой ненавистью, как на личных врагов.

– Вам здесь находиться нельзя! – бросила она и пригрозила. – Сейчас охрану вызову.

– Спокойна гражданка, – рявкнул мужчина, вошедший в приёмную вслед за нами.

На этот раз Дмитрий не рвался на передовую, а, как и я, предпочёл остаться в стороне. Видимо, у него заранее была договорённость с группой поддержки, что успокаивать истеричных дам – не его задача.

Первым делом Агата криком предупредила Андрея, что в офис заявилась его «паскуда-жена» и привела с собой «толпу мордоворотов». Однако мой муженёк не бросился выяснять, не обижают ли его любимую эти самые «мордовороты». Нет! Раздался щелчок замка на двери его кабинета. Этот бесстрашный рыцарь просто заперся внутри.

Зато его дама сердца проявила недюжинную отвагу. Она изрыгала проклятия, провоцировала мужчин на драку, и двоим едва удалось вывести её из приёмной.

Сколько же «комплиментов» я услышала в свой адрес, пока её вели мимо меня! Тварь, высокомерная сука, фригидная стерва… В конце концов, Агата плюнула в меня, но из-за сильного волнения слюна не долетела, а просто потекла по её подбородку.

После концерта Агаты у меня уже дёргался глаз, и я не могла отделаться от ощущения грязи, а ведь впереди ещё предстояло разобраться с Андреем…

На стук в дверь Андрей не отзывался, и только я хотела предложить спуститься вниз и взять дубликат ключа у охраны, как Доронин решил попасть в кабинет более быстрым и варварским способом.

– Ломайте, – приказал он, и антикварная дверь, за которую отец выложил какие-то нереальные деньги, затем месяц ждал доставки с аукциона, после чего ещё год хвалился покупкой, истошно затрещала от нескольких мощных пинков.

Я бы совсем не удивилась, если бы Андрей заполз под диван или спрятался в шкаф, но муж пожалел меня и не стал разочаровывать до такой степени. Когда мы вошли, он сидел за столом, весь растрёпанный и помятый, тяжело дышал и прожигал нас негодующим взглядом.

– Андрей Анатольевич, решением единственного акционера ваши полномочия генерального директора немедленно прекращаются, вам необходимо освободить помещение, – в официальной манере обратился к мужу юрист Доронина, затем подошёл к столу и положил перед Андреем несколько листов. – Можете ознакомиться с копией документа.

– Единственный акционер этой фирмы вот уже, как четыре дня не способен принимать решений. Ему не до этого. Он в могиле кормит червей, – выкрикнул Андрей юристу в лицо. – А эта…, – он с пренебрежением кивнул на меня. – Пока здесь никто! Вот когда вступит в наследство, тогда и поговорим. Приходите через полгода. А сейчас проваливайте, мне некогда.

Муженёк нервным движением руки смахнул предложенные документы на пол, подтянул к себе ноутбук и уставился на экран, изображая крайнюю занятость.

Любопытно, а на что рассчитывает Андрей? Что мы сейчас с Дорониным и группой поддержки недоумённо друг на друга посмотрим, пожмём плечами и с понурой головой выйдем из кабинета, чтобы вернуться к пустым стенам и счетам через полгода, потому что Андрей так сказал?!

– Андрей Анатольевич, если вы будете противиться, нам придётся применить силу, – попытался образумить юрист благоверного, но тот притворился глухим, и тогда Дмитрий отдал новый приказ:

– Выведите его отсюда.

К Андрею тут же подошли двое крепких парней и вытянули его за подмышки из кресла, но так как муженёк – сам немаленький детина и уходить он не желал, начался танец трёх медведей…

Я смотрела на это безобразие одним прищуренным глазом. Со стороны выглядело так, будто санитары психушки ведут на процедуры сопротивляющегося буйного больного. Никогда раньше Андрей не выглядел таким недалёким и жалким.

После того, что он наговорил об отце и Егорке, мне следовало бы позлорадствовать, но единственное, что я ощущала в этот момент – это стыд. Стыд за поведение мужа, стыд за человека, с которым прожила не один год, потому что на него смотрел и, конечно, делал выводы Дима.

– Да отвяжитесь вы от меня, – рявкнул Андрей, когда ему всё-таки удалось вырваться из захвата парней. – Кто тут главный, а? – его обезумевший взгляд забегал по лицам присутствующих. – Выходи! Давай один на один, как мужики. Чья возьмёт, тот и правый. О-о-о! – торжествующе воскликнул Андрей, в упор глядя на Доронина. – Я тебя знаю! Это ты распечатал мою драгоценную жёнушку. Быстро же она сообразила и примчалась к тебе за помощью. Она уже раздвинула перед тобой ноги или оплата после оказания услуг?

Глава 5

Парни обступили Андрея, явно намереваясь вновь схватить, но Доронин жестом велел им не вмешиваться. Отчего муженёк выказал неописуемый восторг, подскочил к Диме и, приняв бойцовскую стойку, начал переминаться с ноги на ногу, как разминающийся борец перед схваткой.

Я не заливаюсь краской смущения из-за того, что наболтал муженёк про мои ноги с оплатой, и даже не стыжусь за него. Теперь меня одолевает более острое чувство – страх. И боюсь я за Доронина.

Насколько мне известно, Дмитрий с детства фанател от бокса, и с тех пор ничего не изменилось. По крайней мере, четыре года назад он регулярно занимался и даже участвовал пусть не очень громких и распиаренных, но профессиональных боях. На одном из них я лично присутствовала и видела, на что способны его реакция и мощные кулаки. Андрей высокий и здоровый, но он – неженка и даже не понимает, кого он сейчас, дебильный кретин, провоцирует.

Андрея мне, конечно, не жалко, ему сотрясение мозга пойдёт только на пользу, но вдруг Дима не рассчитает силу и случайно его зашибёт. Судя по жутко тёмному взгляду Доронина, вполне может.

– Ну чё ты! Давай! Или засал?! – продолжал куражиться благоверный и резко выбросил правую руку вперёд, а затем сразу левую. Дмитрий не особо уклонялся, но этого хватило, чтобы кулак Андрея лишь безрезультатно рассёк воздух…

Ответный и единственный удар Доронина был настолько молниеносным, что я едва успела его заметить, и Андрей плашмя рухнул на пол.

– Твою же, – дёрнулась я в сторону мужа, не из сострадания, а чтобы проверить пульс. – Надеюсь, живой!

– Не трогай его, ещё замараешься, – перехватил меня Дмитрий, поймав за руку. – Не переживай, живой, я его, можно сказать, только нежно погладил.

Андрей не хотел выходить из кабинета и не вышел. Его вынесли. Изречение «Бойся своих желаний» – во всей красе.

Я полагала, что самое сложное позади, можно спокойно выдохнуть, ведь осталось лишь уладить формальности. Наивная.

Через пару часов мне принесли на подпись целую стопку заявлений и приказов на увольнение, которые я отказалась подписывать. Обосновала это тем, что нельзя выгонять людей, ведь Андрей шантажом заставлял их вступать с ним в сговор.

Доронин слушал меня от силы десять секунд, после чего силой вложил в мою ладонь ручку и вынудил всё подписать. Вдобавок он практически на меня накричал, сказав, что в этой стопке нет невиновных, только те, кто охотно присоединился к Андрею, и если я не научусь принимать жёсткие решения, то потоплю фирму за год.