Наталья Соболевская – Улыбка незнакомца (страница 10)

– Стас, ты неисправим. Кобелина эдакая, ты же еще развод с третьей женой не оформил, четвертую присматриваешь, – хохотнул я.

– Ну уж нет. Хватит. Больше я в ЗАГС не ногой. Так что насчет вечера?

– Пожалуй, откажусь, – протянул я, и друг невесело усмехнулся.

– Одинцова – точно ведьма. Вот бы одной из моих бывших ее секрет разузнать, дети бы при отце росли. Ладно, передавай своей красавице привет и пламенный поцелуй от дяди Стаса в какое-нибудь пикантное место.

– У тебя зубы лишние? – потирая кулак, пригрозил я.

– А ведь мы из-за нее уже чистили друг другу морды. Дважды. Что, дружище, бог троицу любит? – Стас подскочил и сгруппировался в боксерскую стойку. – В следующий раз я тебя точно в нокаут отправлю.

– Да-да. Ты это обещание с детства твердишь, все никак выполнить не можешь. Слушай, топай уже, надоел.

– Уйду. Только ответь, ты когда зайку мою вернешь? Грустно без нее. Грымза, которую ты мне подсунул вместо Леночки в помощницы, страшно бесит, глазу упасть не на что: очки на все лицо и голос противный, скрипучий.

– Да хоть сейчас забирай, – небрежно махнул я рукой. – И вообще, ты зачем ее расхваливал, она же, кроме как кофе варить, ничего не умеет. Зачем такой работник нужен?

– А зачем тебе на стене вон тот меч? Для эстетики. Вот и Леночка для того же. Зая! – во все горло завопил Лютев. – Собирай вещи, папа тебя домой забирает.

Стас толкнул дверь, и сквозь образовавшуюся щель стало видно, как Елена радостно запрыгала от счастья. Все, каторга у злого босса закончилась, да здравствует вольготная жизнь.

Если вспомнить всех моих секретарей, – а их было предостаточно, – никто и рядом с Никой не стоял: тихая, спокойная, исполнительная, наперед все ходы просчитывала, с людьми общий язык умела находить… Если бы она не занималась шпионажем, сделала бы отличную карьеру. Я ей повышение чисто из эгоистических целей не предлагал, не хотел из поля зрения выпускать.

Как и заведено, когда я зашел в дом и привычным движением бросил ключи от машины в вазу на столике, меня встретила Маргарита Степановна.

– Ярослав Павлович, в котором часу ужин подавать?

– У Ники поинтересуйтесь, я – как она.

– Вероника уже поужинала, – сообщила домработница и недовольным тоном добавила: – И не одна, а в компании.

– С кем это? – рявкнул я. Если парня из охраны в здание фирмы не перевели, за нерасторопность головы полетят.

– С поварихой и девушкой, которая комнаты убирает, – ответила Маргарита, и от сердца отлегло. – А еще она в дом щенка принесла, сказала, что вы ей его подарили. Чувствуете, – острый нос домработницы зашевелился, – повсюду уже псиной пахнет.

– Маргарита, вам кажется, ничем не пахнет, – устало бросил я и уже наступил на первую ступеньку лестницы, но она меня остановила.

– Ярослав Павлович, я редко вас о чем-то прошу, но сейчас вынуждена. Поговорите с Вероникой. Подпуская близко обслуживающий персонал, она вредит не только порядку в доме, но и самим работникам. Каждый должен знать свое место. Я много лет взращивала здесь атмосферу беспрекословного подчинения, а после совместного ужина горничная, между прочим, впервые за три года работы без единого больничного и прогула попросилась пораньше уйти. Вероника похлопотала за нее, и мне ничего не оставалось, как отпустить.

– Марго, ничего страшного, если кто-то из сотрудников в кои-то веки отлучился. Не драматизируйте.

– Сегодня, когда я пришла за корзиной с грязным бельем, ваша девушка заявила, что ей будет неудобно, если ее вещи стирать будет кто-то другой, и спросила, где у нас прачечная. Потом она лично убралась у себя в спальне, а сейчас она на кухне помогает чистить картофель.

Вот как, интересно. Я поменял направление и двинулся на кухню.

По мере приближения к цели все отчетливей доносился запах свежей выпечки и громче звучали голоса, исполнявшие красивый старинный романс. Чтобы не спугнуть певуний, я на цыпочках бесшумно подкрался к двери и, облокотившись о косяк, наслаждался картиной. Ника с розовой косынкой на голове тянула вместе с тучной Ниной Николаевной высокую ноту, при этом повариха раскатывала на столе тесто, а Ника накладывала в готовые кружк???и малиновое варенье и лепила пирожки. Перепачканная мукой, девушка выглядела крайне мило и трогательно, особенно когда запястьем протирала лоб, припудривая лицо белой пылью.

Глава 8

Вероника

Я с наслаждением подвывала тете Нине, тянувшей слезливую песню, и чуть в обморок не упала, когда подняла глаза и увидела возле двери задумчивого Ярослава. Стыд и позор. Ладно, тетя Нина, у нее голос поставленный, а я вопила, как голодная кошка в майский период.

Вжав голову в плечи, я смущенно улыбнулась Койдану. Он никак не реагировал, все так же не мигая смотрел на меня, и непонятно было, что у него на уме. Лишь бы из-за щенка не злился, а то его домоправительница разнос мне от хозяина обещала.

– Привет, – первой заговорила я, ведь мы сегодня не здоровались. Когда я спустилась утром к завтраку, Ярослав уже уехал на работу. Наверное, ночной инцидент не хотел обсуждать.

– Привет. Изумительно пахнет, – ожил он и шагнул в помещение кухни.

Я мигом стряхнула муку с рук, схватила салфетку и обернула ею уже готовый пирожок.

– Попробуй, – предложила я и, лишая его возможности отказаться, сунула ему выпечку прямо в рот.

– Вкусно, – неразборчиво произнес Яр, прожевывая достаточно горячее лакомство. – Раз на то пошло, тогда и чай наливай.

– О-ой, – схватилась за голову повариха. – Я же водителю еще список продуктов не подготовила. Пойду, а то опоздаю.

Да-да, конечно. Водитель этот список получил еще час назад, вместе с подробными наставлениями насчет качества товаров.

– А я не с пустыми руками. Сегодня днем хотел позвонить и вспомнил, что мобильника у тебя нет. Держи. – Ярослав протянул мне белую коробочку.

– Спасибо, – не взяв подарок, поблагодарила я, – но я нашла в вещах телефон, наверное, запасным был. Он, правда, старенький и кнопочный, зато батарею держит дольше недели. Мне бы лучше новую сим-карту.

– Ника, не обижай меня, бери. – Яр полез в карман и вынул оттуда красную карточку. – И симку я твою восстановил. Вдруг решу сообщение послать, вряд ли твои дряхлые кнопочные дрова его примут.

– Я с тобой вовек не рассчитаюсь, – обреченно подытожила я и, присев, торопливо распаковала подарок. – М-м-м, какой.

– Ника, ты на меня не злишься за вчерашнее? – виновато спросил Койдан и, обойдя сзади, положил ладони мне на плечи.

– Нет, и спасибо за цветы. Очень красивые. А какие слова замечательные в записке! Три раза перечитывала.

Я чуть не взвизгнула – его пальцы больно впились в кожу, и Яр зарычал:

– Я не посылал тебе цветы!

– А кто тогда? – морщась от боли, обернулась я.

– Ты меня спрашиваешь? А я у тебя хотел спросить, – с претензией рявкнул он, но хоть ручищи убрал.

– А мне откуда знать? – возмутилась я. – Подписи там нет. У меня даже сомнений не возникло, что подарок не от тебя.

– Где записка?

– Там же, где и цветы, в моей спальне.

– Пошли посмотрим, – кивнул Яр на дверь.

Черт-черт-черт. В комнате же щенок. Этот маленький паразит погрыз спинку кровати, штору сдернул с окна, и замытое пятно на ковре, наверное, еще не высохло. Ярослав увидит безобразие и запретит мне собаку в доме держать.

– Давай я ее сюда принесу, – предложила я и, не дожидаясь решения Койдана, помчалась из кухни.

– Нет, я и на веник не прочь взглянуть. – Он меня сначала догнал, а потом и перегнал.

Яр уже зашел в спальню, а я боязливо мялась у порога. Жуть как не хотелось маленького обратно в уличную будку возвращать.

Деваться некуда, неприятный момент, сколько ни оттягивай, все равно наступит. С зажмуренными глазами я шагнула вперед. Ситуация оказалась еще печальней, чем я предполагала. Щенок еще больше нашалил.

Он как-то умудрился открыть шкаф и отгрыз у босоножка каблук, но это-то полбеды, моя же вещь. Однако зловонная куча возле кровати и разбросанные по полу перья из подушки – это очень скверно.

– Яр, только не ругайся. Я его обязательно приучу нужду в правильном месте справлять, куплю игрушки специальные, и он не будет мебель портить, – пообещала я, но Койдан так увлекся чтением записки, что, похоже, меня не услышал и беспорядок не заметил.

– А ты все не уймешься, – глядя на записку, злобно выплюнул он и, разблокировав мобильный, поднес его к уху. – Стас, у меня новость. Проект «Аврора» без твоего личного присутствия загибается. Собирай манатки, ты срочно летишь в командировку.

Что именно ответил этот самый Стас, я не разобрала, но он так орал, что Койдану пришлось убрать телефон подальше от уха.

– Ничего, не замерзнешь. Все-таки лето на дворе. Кроме того, для обогрева и в виде бонуса разрешаю Заю прихватить, – хохотнул Ярослав, и из трубки донесся отчетливый и весьма громкий трехэтажный мат. – Да мне плевать, я сказал – вылетаешь, значит уже к завтрашнему вечеру я твою рожу в офисе не наблюдаю. Понял, шутник недоделанный?

Что на этот раз ответил на поставленный ультиматум Стас, осталось для меня загадкой, но Яр его слушал и скалился, а потом и вовсе оборвал:

– Все, стихоплет, отключаюсь, и спасибо, что о вечере напомнил. Прийти ты на него можешь, но с условием, а с каким – сам, наверное, догадываешься, не совсем же ты тупой.

Закончив разговор, Яр повернулся ко мне и брезгливо помахал запиской: