Наталья Соболевская – Когда дьявол любит (страница 5)

На первом этаже отделения № 5 действительно было просторнее и даже находились немногочисленные сонные посетители, но медицинского персонала опять не наблюдалось. Подёргав каждую дверь и убедившись, что они заперты, не стала стучать: прошло слишком мало времени, чтобы требовать новостей.

Не успела присесть, как с улицы буквально ввалился запыхавшийся и встревоженный Марк, а заметив меня, слишком громко для подобного места, спросил на весь холл.

– Ну как он? Что говорят врачи?

Я лишь беспомощно развела руками, и мы решили подождать ещё хотя бы двадцать минут, а потом позвонить Дёмину, если он не появится раньше.

– А она здесь откуда? – тихо прошипела я, увидев, как в холл вошла бывшая жена Сергея и нетвёрдой походкой двинулась к нам, спотыкаясь об длинное вечернее платье, выглядывающее из-под шубки.

Да, я возмущена, но не потому, что Марго приехала, они с Сергеем не чужие друг другу, у неё есть полное право беспокоиться за него и здесь находиться, но она ведь упитая в хлам. Ей бы сначала проспаться, выпить кофе, привести себя в порядок, а потом приезжать.

– Она здесь из-за меня, – признался Марк. – Мне стало стыдно, ты просила договориться о скорой и больнице, а я не помог. Вспомнил, что Марго врач, и позвонил ей. Правда, она тоже не знала, к кому обратиться, сколько лет уже не работает, но зато вон… приехала.

– Марк, помоги ей дойти, а то завалится. И будет у больницы ещё один пациент, – потребовала я, чуть ли не выталкивая парня со стула.

Я бы и сама помогла, мне несложно, но неизвестно, как Марго отреагирует, она дама непредсказуемая, с характером, вдобавок сейчас в неадекватном состоянии, а Марка она любит и всегда ему рада.

– Спасибо, дорогой, – пропела Марго, когда Марк усадил её на лавочку напротив, а сам вернулся на прежнее место рядом со мной. – У Сергея давно сердце шалило. Я знала, что когда-нибудь наступит момент, когда я вот так буду сидеть и ждать новостей, пока он борется за жизнь… – Марго окинула холл мутным взглядом, достала из сумочки фляжку и отхлебнула.

– Понимаю, вы переживаете, но вам не стоит больше пить. Плохо же будет, – как можно мягче посоветовала я, но женщина лишь махнула рукой.

– Да брось ты. Мне плохо никогда не бывает. А вот тебя жаль. Сергей позаботился и обо мне, и о Марке. Ему…, – Марго с улыбкой кивнула на племянника, – по завещанию достанется большая часть наследства, мне – остатки. А ты, Полина, если Сергей не выкарабкается, станешь бедной вдовой очень богатого человека. Ладно хоть салон у тебя есть, худо-бедно прокормит. Что-то, но успела урвать.

Урвать?!

От заслуженной трёпки Марго спас Дёмин, вовремя появился, и моё внимание тут же переключилось на него. К сожалению, ничего нового он не сказал. Всё это время он договаривался насчёт отдельной палаты и сиделок, а о состоянии Сергея знал не больше нашего.

Теперь мы ждали новостей вчетвером. Дёмин даже при таких обстоятельствах не отказывал себе в удовольствии и почти беспрестанно прожигал меня взглядом. Единственное, его присутствие сдерживало Марго от новых высказываний. При нём она благоразумно помалкивала и в сторонке от всех прикладывалась к фляжке.

– Доктор, подождите, пожалуйста! – заметив, как из одной из дверей вышел мужчина в белом халате, я подбежала к нему. – Вы можете что-нибудь сказать о пациенте Сабитове Сергее Александровиче? Его привезли на скорой два часа назад, и мы до сих пор ничего не знаем.

– Сабитов? – задумался врач. – А, да, Сабитов. Вы родственница? Внучка?

– Даже не дочка, – зло бросил Дёмин, а Марго и вовсе прыснула смехом.

– Я жена, – уверенно произнесла я, не обращая внимания на неуместные реакции за спиной.

Доктор строго посмотрел мне за плечо, потом сочувственно на меня, и в этот момент я поняла: ничего хорошего он не скажет.

– К сожалению, ваш муж скончался несколько минут назад.

Глава 4

Слова врача оглушили и свалились на меня неподъёмной каменной глыбой. Душу обожгло огненной лавой, от нестерпимой боли я согнулась и, кажется, закричала, после начала стремительно подать и меня затянуло в тёмный непроглядный туннель…

Очнулась от тошнотворного запаха медикаментов, а когда приоткрыла веки, глаза не слепил яркий свет больничного холла, я лежала на чём-то жёстком в тёмной крохотной комнатушке. Рука безвольно свисала, и кто-то водил чем-то мокрым по локтевому сгибу. Затем руку согнули, и незнакомый мужской голос произнёс:

– Седативное стабилизирует состояние, но это временная мера. В таких случаях лучшее лекарство – это поддержка близких. Сейчас ей нужно домой, выговориться и хотя бы немного поспать.

Мужчина в халате поднялся, а его стул рядом со мной занял кто-то другой. Не врач, одежда тёмная.

– Ты как? – спросил Марк.

– Сдохнуть хочу, – ответила я, как есть.

– Сейчас так только кажется, но будет легче. Обещаю. Время лечит, даже такое горе.

– Я не хочу лечения. Я хочу проснуться. Хочу, чтобы Серёжа был жив, – застонала я, сворачиваясь в комок и подвывая. – Марк, ты его видел? Вдруг, врачи ошиблись? Может, умер кто-то другой? Серёжа не мог умереть. Не мог!

– Тшш, – Марк успокаивающе гладил меня по спине и тоже плакал. – Полина, я бы всё отдал, чтобы врачи ошиблись, но это не так. Сергея больше нет. И нам придётся как-то теперь жить без него.

От бессилия я дёргала ногами, колотила кулаками по кушетке, то умоляя бога вернуть мужа, то проклиная всех и вся. Потом, видимо, подействовало лекарство, и хоть оно даже на крошечную долю не заглушило боль, внешне я успокоилась, просто сидела и, глядя в одну точку, качалась из стороны в сторону.

– Полина, ты же приехала на машине, а я как раз на такси, давай сяду за руль и отвезу тебя домой? – предложил Марк.

Пожала плечами. Пусть делает что хочет, мне всё равно.

– Тебе нельзя за руль, – громыхнул голос Дёмина, и его высокая фигура выплыла из темноты коридора. – Я видел, сколько ты выпил вечером, как минимум до обеда ты не водитель. Я сам Полину отвезу.

– И что? Ночь же. Дороги пустые, – возразил Марк, поднявшись на ноги. – Если повезёшь ты, придётся бросить здесь либо твою тачку, либо Полины.

– Разберусь как-нибудь уж с машинами, – заявил Влад и небрежно бросил моё пальто на кушетку. – Одевайся.

Мне было плевать: кто, куда и на чём меня повезёт. Лишь бы там, где окажусь, никого не было. Не могу никого выносить. Мой мир рухнул, Серёжи нет и ничего больше нет, а они живут дальше, спорят, кто сколько выпил, бросать или не бросать машину… Да гори оно всё синим пламенем…

Я попыталась одеться, хоть и не понимала зачем. Я видела свои руки, но будто со стороны, они мне не принадлежали. Они брали пальто, потом отпускали, и так по кругу.

В конце концов, пальто на меня надел Марк, он же вывел из процедурной и повёл к выходу. Я спотыкалась, тёрлась плечом о стену и каждые два метра норовила растелиться на полу.

– Кажется, слишком большую дозу успокоительного вкололи, – проворчал Марк, в очередной раз удерживая меня от падения.

– С такой скоростью мы к выходу до утра не дойдём, – позади рявкнул Дёмин.

В следующую секунду я потеряла даже ту зыбкую опору под ногами, какую имела, и взлетела вверх.

– Поставь, – простонала я, сообразив, что Влад подхватил меня на руки и понёс.

– Даже не сомневайся, поставлю, как только донесу до машины, – прорычал в ответ Дёмин и, подбросив меня вверх, перехватил поудобнее.

Как ни странно, но в руках Влада я почувствовала некое облегчение. Через несколько шагов я невольно обняла шею мужчины и положила голову на его грудь.

Доктор знал, о чём говорит, утверждая, что в горе нет лучшего лекарства, чем человеческое тепло. Пусть даже это тепло исходит от ненавистного человека, и дарит он его, сам того не осознавая, всё равно помогает.

Дёмин сгрузил меня с рук на сиденье, конечно же, своего автомобиля. И если совсем недавно мне было безразлично, чью машину здесь оставят, то сейчас нет. В ближайшие дни вплоть до похорон я обязана взять себя в руки. Серёжа был самым лучшим человеком на свете, и мой долг – достойно его проводить, а для этого мне понадобятся колёса.

– Подожди, – Дёмин только хотел захлопнуть дверцу, как Марк, придержав её, не позволил. – Давай я возьму ключи от тачки Полины и всё-таки поеду за вами. Ты её отвезёшь и бросишь одну. А я могу остаться с ней на всю ночь, – заявил Марк, а после тихо добавил, но я всё же услышала. – Ты посмотри на неё, она не в себе, кто-то должен приглядеть, чтобы ничего с собой не сделала.

– Марк, от тебя разит за несколько метров. Вызывай такси и поезжай домой отсыпаться, – отрезал Влад, захлопнул дверь, обогнул машину и сел за руль, оставив недовольного Марка мёрзнуть на улице.

До посёлка мы доехали в полной тишине и относительно быстро. Я была уверена, что Дёмин высадит меня на дороге у дома, но он заехал на территорию. Полагаю, распахнутые ворота сыграли свою роль. Когда я мчалась за скорой помощью, у меня не возникло и мысли, достать пульт и закрыть их.

Впрочем, как и погасить в доме свет. Он горит в окнах первого этажа и наверху в нашей спальне. От этого, кажется, вот сейчас переступлю порог, и из кухни выйдет Сергей в своём любимом домашнем костюме и с чашкой чая.

Но нет, он не вышел. И уже никогда не выйдет. Теперь я увижу его таким домашним и уютным только в воспоминаниях.