Наталья Соболевская – Его хорошая девочка (страница 8)

Открываю дверь, вроде бы ничего подозрительного у порога не наблюдаю. А почему слышно, как работает телевизор? Точно с утра не включала, даже пульт не брала в руки.

Уборка номера? Нет, конечно. Пятнадцать минут девятого…

Что тогда, вернее, кто? Вор? Маньяк? Вор, и он же маньяк?

Осмотрелась, ах, жаль, нет ничего тяжелого взять в руку для самообороны в случае чего. В распоряжении есть только пластмассовая ложка для обуви, но с ней особо не повоюешь. Разве что сломать и попытаться ею глаз кому-нибудь выколоть. Фу, гадость какая. А с кем, собственно, я собралась драться? Воры шуршали бы вещами, а маньяк тихонько сидел, притаившись, например, в ванной, но никто из них телевизор точно смотреть не уселся бы.

Ладно, сейчас выясним, что происходит. Осторожно ступая, крадусь по бунгало. Затем вернулась к двери ― надо все-таки что-нибудь прихватить для обороны. Крайне обрадовалась, когда в коридорном шкафу нашлась пара вешалок, между прочим, железных и крепких.

Допрыгав на цыпочках до гостиной, аккуратно заглядываю в комнату.

Да твою же…

Нет, ко мне не вор наведался и не маньяк, у меня в гостиной на диване пьет коктейль и глазеет в телевизор псих. Он же гад, он же невыносимый и вездесущий Никита Беркутов.

Возвращаюсь обратно в коридор и, прикрыв глаза, фантазирую. Как бесшумно подхожу к мужчине со спины, как замахиваюсь вешалкой, как с остервенением колочу по его голове, как ему нестерпимо больно, как он истошно вопит, ну и самое главное и приятное, как он, превратившись в побитую собачонку, поджав хвост, убегает.

Улыбнулась, но мечты так мечтами и останутся, у меня рука не поднимется человека огреть по голове ― это раз, а Беркутов не из тех людей, которые позволят себя безнаказанно избивать, ― это два. Печалька.

Бесшумно, ну почти бесшумно, прокашлялась, одернула подол платья и уверенной походкой пошла прогонять узурпатора.

– Ты что забыл у меня в бунгало? ― специально громко спросила я, но, к сожалению, Беркутов ничуть не испугался и не подпрыгнул на пятой точке от неожиданности, как бы, например, скорей всего, отреагировала я. Вместо этого он улыбнулся и лениво развернулся ко мне.

– Ничего. Я здесь впервые. Да и свои вещи не имею привычки забывать. А ты почему так поздно? Я нам сделал коктейли, но кто-то долго ходил где-то, поэтому я их уже выпил. Теперь как бы твоя очередь шейкер трясти, соседушка. ― Мужчина, перевернув бокал горлышком вниз, продемонстрировал, что он пуст.

– Беркутов, ты сейчас дошутишься, вызову охрану, она тебя заломает и под белы рученьки выведет. Будь ты хоть сто раз совладельцем отеля, правила для всех одинаковые. Выметайся по-хорошему, без скандала, а?

– То есть коктейль смешивать отказываешься?! ― продолжает паясничать гад. ― Ладно, припомню тебе, когда придешь ко мне по-соседски за солью, спичками или чтобы спинку потер.

У каждого человека есть свой предел терпения, так вот, мой только что закончился. Не знаю, о чем думала, наверное ни о чем, злость отключила рассудок, но я замахнулась, прицелилась, и вешалка полетела в Никиту.

Как в замедленном кино, с ужасом в глазах и уже с сожалением наблюдала, как Беркутов движется в направлении бара, а выпущенная мной «граната» меткой наводкой пилотирует и, судя по всему, угодит прямо ему в голову.

Я аж выдохнула, когда Никита, который, казалось, угрозу даже не замечает, ловко поймал рукой вешалку.

– А-я-яй, Варвара Сергеевна. ― Голос Беркутова прозвучал даже ласково, но нотки с вполне себе серьезным предупреждением я уловила. ― Не советую так делать впредь. Ведь чисто инстинктивно могу «посылку» запустить в отправителя. Варя, если ненароком тебя покалечу, мне будет крайне паршиво. И в этом будешь ты виновата, а значит, помимо увечья, тебя ждет еще и моральная пытка.

Поймала себя на том, что, низко склонив голову, слушаю Беркутова с виноватым лицом. Я, конечно, не спорю, палку перегнула, но, во-первых, все обошлось, а во вторых, защищала свое жилище. Да, сегодня я тоже вторглась в номер Никиты, но он не имел права там находиться.

– Беркутов, ― задрала высоко подбородок, ― выметайся, не доводи до греха.

Чихать Никита хотел на мои слова и предупреждения. Он спокойно наполнял шейкер жидкостями из бутылок. А откуда, кстати, в моем бунгало алкоголь? Внимательно оглядела гостиную. Из лишних и явно не моих вещей ― ноутбук, мобильный, солнечные очки, разбросанные на столе документы, возле окна валяются кроссовки.

– Минутку, ― с волнением произнесла я и, дабы проверить совершенно дикое предположение, метнулась в свободную спальню, в которую лишь раз заглянула, когда заселялась, но дальше дверей не заходила. ― Беркутов! Я не поняла, почему твои вещи висят в моем шкафу?! И зачем ты притащил свои чемоданы? ― Я так громко вопила, что Никита стопроцентно из гостиной меня услышал.

Глава 12

– Поклеп чистой воды. ― В дверном проеме появился Никита с ярко-оранжевым коктейлем в руках. ― Не занимал я твой шкаф. Сходи сама посмотри. ― Парень с довольной ухмылкой кивнул в сторону моей спальни. ― В принципе, я не против, чтобы ты заходила ко мне в спальню и даже в мое отсутствие, но с условием не поднимать крик и не устраивать шмон. Зачем полезла в комод?

– Что ты несешь? ― Вот теперь очень сожалею, что вешалка таки не проломила Беркутову черепушку. ― Бунгало целиком и полностью только мое. В отличие от некоторых, я не пожадничала и заплатила. Выметайся и манатки прихватить не забудь.

Мужчина закатил глаза, устало выдохнул и с выражением лица «Сейчас, глупенькая, я тебе все объясню» уселся на кровать.

– Действительно бунгало было твоим, но до сего дня, вернее, до того момента, как ты настрочила заявление, чтобы воспользоваться скидкой на проживание для сотрудников. Более того, ты его сама же и подписала. Аж два раза. В нижней части страницы от лица работника, а в верхней от лица руководителя. И весело ускакала с ним в бухгалтерию. Где тебе дали на визирование бланк-согласие о том, что ты для получения скидки не против некоторых нюансов. Ну, вспоминай, Варвара, было такое? Да, было ведь, ― победно протянул парень и сообщил: ― Лично все проверял. И о чем в согласии у нас говорилось?

Судорожно вспоминаю бумагу, которую мне действительно давали на подпись, я еще тогда подумала, скидка ― пустяк, а, чтобы ее получить, целый свод законов насочиняли аж на две страницы, причем мелким шрифтом. Признаю, вдумчиво правила не читала, пробежалась глазами по строчкам и все. Видно, зря. Судя по торжествующей физиономии парня, там скрывался подвох.

– Ничего существенного там не было, ― заявила я. ― Ерунда всякая. Ну, шампунь с гелем отельные не положены, так они мне и не нужны, я своими пользуюсь. Так, что еще? Из-за загруженности персонала уборку могут перенести на следующий день…

– Варя, это все не то, ― раздраженно бросил Беркутов, видно, надоело ему ждать, пока я в памяти роюсь. ― Что там было написано по поводу подселения к тебе другого сотрудника в случае острой необходимости и наличия в твоем номере свободного места?

– Ничего!

– А вот и не угадала! К тебе могут подселить коллегу, если есть лишняя койка. И она есть, ― Никита похлопал ладошкой по постели.

– Зато нет острой необходимости, ― парировала я. ― В отеле имеются свободные номера. Выбирай любой. А хочешь, займи сразу два.

Беркутов, прикрыв глаза, отрицательно замотал головой и, сделав страдальческое лицо, принялся, нет, не объяснять, а, как водится, паясничать:

– Когда читал заявление сотрудника, который очень просился именно в твое бунгало, так доводами проникся, что согласовал просьбу работника. То есть заблаговременное согласие на подселение ты подписала, работнику руководство разрешило, а это значит, что мы теперь соседи! И заметь, все, как ты любишь, ― законно. Варвара, а что это ты приуныла? ― наиграно-удивленно, да еще и с сочувствием поинтересовался мужчина, поднялся с кровати, подошел и в глаза мне заглянул. ― Это ведь еще не все новости. Хорошую я тебе уже сообщил, а сейчас готовься к отличной. Помимо пятнадцатипроцентной скидки, с этого дня оплату за бунгало мы делим пополам. Молодец я, да? Ладно, не благодари, позже сочтемся. ― С этими словами Никита вышел из спальни и пока шел до гостиной, напевал какую-то веселую песню, судя по тексту, сильно подозреваю, собственного сочинения.

– Я не стану жить с тобой рядом! ― во все горло крикнула я и под воздействием эмоций пнула дверцу шкафа, тут же от боли согнувшись пополам, а выпрямившись, прихрамывая, направилась в спальню паковать чемоданы и съезжать.

Буквально сдираю одежду с вешалок и кидаю в чемодан, который раскрытым лежит на кровати.

– Ноги здесь моей не будет, ― приговариваю я, вытряхивая содержимое полки. ― Это же надо… ну сволочь…

– Ты уборку, что ли, затеяла? ― бесцеремонно толкнув дверь моей комнаты, с напускным безразличием интересуется Беркутов и, широко открыв рот, надкусывает яблоко.

– Съезжаю. Так что зарубку, где ты там обычно их ставишь, засечь не получится. Твой план с грохотом провалился, не быть нам соседями, ― рычу я, собирая с туалетного столика косметику, духи и прочие дамские штучки.

– А-а-а, клево. Бассейн, значит, только мой, гостиная тоже, по ночам никто, спуская воду в туалете, не потревожит, утром получится выспаться, потому как соседа-жаворонка нет. Умница ты у меня, Варенька, ― высказался Беркутов и вновь испарился, а я села на кровать и недовольно пыхчу.