Наталья Смирнова – Маруся Бедокур (страница 7)
Но тут ей на помощь пришла дама в шляпке.
— Фёдор Петрович, — вмешалась она. — Мы анализы принесли, и ещё нам надо бы кровь сдать. Вы его не слушайте, он у нас сочинитель…
— Я не сочинитель! — возмутился Максим Шапкин. — Почему мне никто не верит? Это ваша Маруся всё врёт. Это её нужно вывести на чистую воду!
— Пожалуйста. Выводи хоть сейчас, — согласилась Маруся. — Я воды не боюсь. Я плавать умею.
— Та-ак… — Бабушка Максима посмотрела на Марусю с сомнением. — Кто-нибудь ответит мне на вопрос: это медсестра или клоун?
— Это наша Маруся Бедокур, она временно мне помогает, — заулыбался Фёдор Петрович. — А ещё она печёт гениальные пирожки и в этом деле точно не ударит в грязь лицом! Приходите в гости, сами всё увидите.
— Может, и ударит, — заявил Максим Шапкин и шмыгнул носом. — Это мы ещё посмотрим.
— Ты, я вижу, зло затаил на Марусю? — уточнила дама.
— Может, и затаил…
— А может, камень держишь за пазухой? — продолжала допрос дама.
— Может, и держу, — пробурчал Максим и снова шмыгнул носом.
— Только попробуй кинуть! — не вытерпела Маруся.
Фёдор Петрович, как обычно, рассмеялся и подмигнул даме. Они стали тихо переговариваться, но Маруся их не слушала: она следила за Максимом. Вдруг он и вправду начнёт швырять в неё камнями? Мало ли что.
Дама, закончив шептаться с доктором, повернулась к Максиму.
— Мне кажется, у тебя из носа течёт?
— Ничего у меня не течёт.
— Течёт-течёт, — подтвердила Маруся. — Надо водопроводчика вызвать, он мигом течь остановит.
— Обойдёмся. — Фёдор Петрович подтолкнул Максима к кабинету. — Я сейчас погляжу, что там с носом.
Маруся осталась сидеть с дамой. Та раздражённо постукивала пальцами по столику и неприятно улыбалась. Снова зазвонил телефон.
— Медицинский центр «Солнышко», — сказала в трубку Маруся. — Что у вас болит? В ухе стреляет? А зачем вам врач, если стреляет? Вызывайте полицию.
Она положила трубку. Дама пристально посмотрела на неё и спросила:
— Я никак не могу понять: ты и вправду такая или притворяешься?
Маруся обиженно заморгала, но тут из кабинета вышел Фёдор Петрович.
— Ничего страшного. У Максима немного раздражена слизистая носа. Завтра выйдет на работу медсестра, и можно будет взять кровь.
Тут Маруся не выдержала:
— Фёдор Петрович, вы только посмотрите, какой он худой и маленький. И в носу у него течь! А какая у него бабушка! Она же людям какашки дарит, а сама смеётся. И кровь у Максима хочет забрать. Это же страшное дело! Может, хоть вы его пожалеете?
— Ваша Маруся переходит все границы! — крикнула, вскочив со стула, дама. — Пойдём отсюда, Максим. Это не единственная поликлиника в городе!
— Извините, Ольга Семёновна! Простите великодушно… Это была неудачная шутка, — доктор погрозил Марусе пальцем.
— Эти шутки слишком далеко зашли! — Дама поправила шляпку и направилась к выходу. Максим двинулся за ней, а в дверях обернулся и показал Марусе язык.
Фёдор Петрович с Марусей остались вдвоём.
— Ну что? — спросил доктор. — Я думал, ты мне поможешь, а ты опять фокус отчебучила. Что с тобой делать, прямо не знаю.
Маруся опустила голову.
— Фёдор Петрович, я знаю: никакая я не домработница, ничего не умею, даже как висеть на телефоне не понимаю! Но, честное-пречестное слово, никакую границу я не переходила и ничего не чебучила, а шутки шутить вообще не умею. Но зато… Но зато…
Маруся не знала, что сказать в своё оправдание. Ей очень хотелось заплакать, но она крепилась.
— …зато ты очень хороший человек, — закончил Фёдор Петрович. — Можно сказать, золотой. А ещё с тобой не соскучишься, да и Женька в тебе души не чает, и мы все тоже. И пирожки у тебя расчудесные.
Доктор улыбнулся Марусе, но на душе у неё всё равно скребли кошки. Как же так? Ведь она старается изо всех сил, а выходит одна чепухня.
Вездесущая Маруся
— Сегодня, — объявила с утра бабушка Лора, — у нас будут гости. Чтобы загладить вчерашнее недоразумение, Фёдор Петрович пригласил Максима с бабушкой. Для начала нужно накрутить мясо для котлет. Маруся, ты знаешь, как это делается?
— Конечно, — кивнула Маруся. — Это же пустяки. Она вытащила из морозилки пакет с мясом и принялась им крутить.
— Ты только посмотри, рыбка моя, — горько произнесла Лора Павловна, обращаясь к внучке. — Посмотри, что вытворяет наша Маруся Бедокур. Вертит упаковкой с мясом. Чистый вертолёт с пропеллером. Ай-ай-ай, как нехорошо! Сейчас я покажу, как правильно готовить мясо для котлет: сначала режешь его на кусочки, кусочки закладываешь в мясорубку, жмёшь на кнопку, и выходит фарш…
— А когда же крутить мясо, Лора Павловна? — озадачилась Маруся. — Вы же его совсем не крутили?!
— Не придирайся к словам, Маруся Бедокур! — рассердилась бабушка Лора. — Лучше ставь свои пирожки, да поторапливайся. Гости придут, а у нас ничего не готово. Алёна нас всех убьёт, если не успеем!
— Я не хочу умирать, — заявила Женя.
— Что, из-за каких-то котлет с пирожками троих человек убивать? — не поверила Маруся.
— Прикуси-ка язык! — рыкнула на неё Лора Павловна.
Маруся послушалась, и напрасно. Прикушенный язык болел весь вечер, да и настроение было испорчено.
Когда вернулись с работы Фёдор Петрович с Алёной, стол был уже накрыт. Ровно в семь в дверь позвонили, и вошли Максим Шапкин в жилетке с бабочкой и его бабушка в шляпке.
— Опять тут эта Маруся Бедокур, — удивился Максим. — И почему она везде? В магазине, в поликлинике и даже в гостях!
— Максим, — вмешался Фёдор Петрович, — Маруся у нас работает, мы её любим и уважаем. А теперь, — доктор хлопнул в ладоши, — всех приглашаю за стол!
Все расселись. По тарелкам разложили салат и котлеты. Маруся разлила по бокалам детское шампанское. Но веселья не получалось: настроение было не очень. Алёна пришла с работы усталая, гости немного стеснялись, а Лора Павловна ревновала, что никто не ест её котлеты, а все только и ждут Марусиных пирожков. Правда, надо признать, она и сама ждала только их.
После ужина Фёдор Петрович вручил Максиму коробку с шахматами.
— Поиграйте, ребятки. Заодно и Марусю научите.
Они уселись на ковре в детской, и Максим принялся расставлять шахматные фигуры.
— Это конь, это слон, это пешки, — попутно объяснял он.
— Разве слоны такие? — перебила Маруся. — А где у него хобот? Где хвост и уши?
Она принесла краски, кисточки, цветную бумагу и нитки, клей и фольгу, и они украсили слонов: приклеили им серые треугольные уши из бумаги, скрутили из ниток хоботы и хвосты, покрыли фольгой короны королей. Женя взялась раскрашивать мундиры пешкам. У чёрного войска были красные погоны и пуговицы, а у белого — зелёные. Маруся сшила из лоскутков наряды королевам, а Максим приклеил мантии королям. Через час заглянул Фёдор Петрович:
— Что это у вас так тихо? И почему клеем пахнет? А где шахматы, я ж вам шахматы давал?
— Да вот же они! — показала Женя. — Мы их наряжаем! А то ничего не понятно: где слон, где король, где пешки. А короны должны быть блестящие, правда, папа? У королей ведь короны блестят? А то как в них играть, если слоны безухие, офицеры безмундирные, а кони бесхвостые? Вначале надо их разукрасить!
Фёдор Петрович махнул рукой:
— Плакали мои шахматы… Ах, да… Я ведь зачем пришёл… Максим, бабушка собирается уходить, пора прощаться.
— Фёдор Петрович, а можно мне взять с собой Марусю Бедокур?
— То есть как это взять с собой? — не понял доктор. — Она взрослый человек…
— Спорим, она не взрослая? — перебил Максим. — Я детей от взрослых отличаю. Она не взрослая! Точно вам говорю.