Наталья Швец – Байки у камина. Карантин-2020 (страница 9)
Зато у меня есть другое растительное чудо! Такое редко у кого встретишь. Название не спрашивайте – не знаю. Да хоть бы – раздолбай. Ему подходит. Могу описать. Из огромного как бочонок горшка торчат во все стороны сотни упругих прочных прутьев с блестящими плотными листочками. Каждый стебель – до полутора метров длиной. Руками разорвать его невозможно, нужен секатор.
А восковой листочек – отдельная сказка. Под каждым спрятаны крошечные золотистые цветочки, растущие прямо их середины листика. Чтобы разглядеть цветок – надо потрудиться, заглянуть под лист, надеть очки. И будет вам умиление.
Предок раздолбая жил до войны в семье киевского врача. В эвакуацию вазон взять с собой не смогли, поэтому просто вынесли на парадное к окну. Добрые люди, даст Бог, не дадут засохнуть. И он дождался своих! Когда вернулись через четыре года и стали подниматься на свой третий этаж – увидели человека, идущего навстречу с родным горшком. Всю войну простоял, а вот именно в этот день на него кто-то глаз положил. Конечно, горшок отдали. А вазон зажил в семье гуще прежнего. Вот от этих людей я и получила лет двадцать назад диковинный изумрудный пучок.
Мой роскошный растрёпыш каждую весну переезжает на балкон, типа «на дачу». Грива зелени фривольно расползается во все стороны и свисает патлами на улицу. Он виден с любой точки двора, а может и мира.
А вы говорите – орхидеи…
Сладкий клад в стиральной машинке
Ирене Крекер
Иван Альбертович, частый гость посиделок у камина, был сегодня необычайно задумчив. Ему вспомнилась неприятная история, происшедшая много лет назад, когда он, молодой шахтёр, проживал в одном из сибирских городов и воспитывал двоих детей от первого брака жены.
– Как сейчас помню, – начал он медленно свой рассказ, – решил я в один из редких выходных отремонтировать старую стиральную машину, которая уже несколько месяцев стояла без дела в углу нашей спальни. Приготовил кое-какой инструмент, выдвинул стиралку на середину комнаты, поднял крышку и – удивился, увидев в ней необычную картонную коробку, закрытую крышкой с удивительно ярким рисунком. У нас с женой друг от друга секретов не было, поэтому, прежде чем открыть коробку, я на минуту задумался: «Не моя тайна, не буду вмешиваться в женские дела, подожду, пока сама расскажет о покупке. Или это подарок? От кого?».
Вечер задался спокойный. Теплая домашняя обстановка не располагала к вопросам о происхождении какой-то картонной коробки, нашедшей себе место в старой стиральной машине. Не стал я в тот вечер нарушать семейную идиллию, но мысль: «Что же хранится в этой картонной коробке?» – не оставляла в покое. К концу недели сознание выдало новое предположение: «Наверное, жена подарок себе приобрела, но до поры до времени помалкивает?» – подумал я и даже на время успокоился.
Через несколько дней, когда дома никого не было, я, как малолетний пацан, вытащил коробку на свет, открыл её, и – оторопел, еле устоял на ногах, хорошо, что стул вовремя подвернулся под руку. Сижу и думаю: «Так это же клад! Целое состояние! Коробка яств заморских». Шоколад разных сортов бросился в глаза, сам-то тоже сладкоежкой в детстве был. Другие сокровища рассматривать не стал. Припомнился лишь рассказ жены, что в город приехал Парк аттракционов из Чехословакии, так называемый Лунный парк, или что-то в этом роде, и что дети от него без ума.
«Может, сходим туда все вместе, – предложила жена, – прогуляемся, отдохнём, и детям – в радость, и нам – развлечение.»
Я тогда, помнится, мимо ушей эту новость пропустил, даже не ответил отказом, просто промолчал. Не умел смотреть в её любовью наполненные глаза и отказывать, язык не поворачивался. На тот раз обошлось. Жена больше не настаивала, а я был рад, что можно в выходной спокойно отдохнуть на диване. «И – вот плоды моего молчаливого отказа. Что же делать теперь? Что предпринять? Сделать вид, что не видел, отложить ремонт машины на неопределённое время? Понаблюдать за действиями сына? Застать его врасплох? Но ведь сколько денег в это богатство вложено? Откуда он их взял? Занял? Украл? Деньги у нас всегда лежат в одном месте. Дети знают об этом тайнике…»
В тот момент я так и не решил, что делать дальше. Звонок в дверь, голоса жены и сына, вошедших в переднюю, подействовали на меня как электрический ток. Я резко вскочил со стула. Коробка опрокинулась на пол, и все сокровища рассыпались по комнате. В сердцах я крикнул: «Этим можешь теперь питаться до конца недели». Выскочил из комнаты и закрыл за собой дверь.
Об этом инциденте в семье никогда больше не говорили. Не знаю, о чём думала тогда жена? Как и о чём говорила она с сыном? О чём думал он и думал ли вообще?
А недавно, через три десятилетия после этого случая, сын, ставший к этому времени удачным бизнесменом и влиятельным человеком в городе, сказал в один из приездов домой: «Знаешь, отец, тот случай с луннопарковыми сокровищами стал для меня незабываемым уроком. С того дня рука не поднималась взять чужое. На всю жизнь отрезало. Спасибо за науку».
Неожиданно для меня сын открыл свой чемоданчик с документами и достал оттуда пожелтевшую от времени обёртку импортного шоколада. «Вот, на память тогда оставил». Я прошёл в соседнюю комнату, порылся в шкатулке и нашёл такую же обёртку, которую почему-то не выбросил в течение многих лет. Куски обёртки шоколада сложились в одно целое.
Да, грехи наши тяжкие. Главное – научиться их признавать, вовремя благодарить и прощать себя и других.
Колоски и отсутствие сожалений
Елена Шмелева
Мама с детьми стояла у дороги и всматривалась в даль:
– Дети, помните колоски? Когда вы были маленькими, здесь росла пшеница.
– Нет, тут все время была какая-то стройка, – ответил сын.
– Раньше были поля, – продолжила мама. – Мы любили в августе набирать себе целые карманы колосков, потом садиться в укромном месте, в шалаше, который мы строили из веток, и есть пшеницу. Покатаешь в руках золотистые соцветия, высыпаются зернышки. Дунешь, чтобы лишние, закрывающие их пленочки, разлетелись, пересыплешь из ладошки в ладошку и в рот. Жевать можно долго. Зернышки твердые, если съесть целую горсть, то это особенно вкусно.
Мама улыбнулась пришедшим воспоминаниям и продолжила рассказ:
– Однажды я вышла гулять с ножницами. Девчонки удивились. А я им объясняю, что у меня заказ от мамочки. Она хочет в вазу засушенные колоски поставить, чтобы зимой напоминали о лете. Девчонки вместе со мной пошли собирать букетик, находили мы самые ровные и большие соцветия. Подружки предлагали еще рожь и овес нарезать. Но у меня «заказ» был только на колоски.
– А почему другие растения ты не стала срезать и засушивать? Чем они хуже? – поинтересовалась дочка.
– Рожь и овес хороши по-своему. Мы их тоже собирали, делали с девчонками икебаны. Астры срезали, золотые шары. Веточки, травы – все, что можно в букет запихнуть, приносили домой. В выходные на дачу ко всем родные приезжали, вот для них невероятные букеты делали, старались удивить гостей.
Мама медленно шла вдоль дороги и вспоминала:
– Пшеничные колоски всегда были самыми любимыми. В августе стояли они на поле, тяжелые головки вниз опущены, ждали, когда комбайн приедет убирать их. А мы с ребятами мечтали: «Скорей бы!» Солома на поле останется, ее в огромный стог сложат, вот удовольствие нам! Вон он там стоял, – мама указала рукой и стала рассказывать дальше. – Влезем на самый верх гигантского стога. Пахнет пылью. Солома колючая, все ноги и руки в мелких ранках потом, водой из родника промоешь – щиплет. Но как же не лазить? Мальчишки роют ямы в стоге, прячутся, пугают нас: «Вон мыши, сейчас они вас съедят». А девчонки визжат. Взрослые ругались, что мы стог разваливаем, но это же самое любимое развлечение на даче: скатываться с соломенной горки.
– Мам, ну, что ты так грустно на поле смотришь? Колоски жалко, что не растут? – дочка обняла маму.
– Да. Поймала себя на сожалении и о них, и о прошлом. Мне и колоски жалко, и как-то сразу вспомнились все: нереализованные планы, упущенные возможности, – загрустила мама.
– Ты же сама говорила, что сожаления отнимают силы, замедляют движение вперед, – сын уверенно произнес фразу и тоже обнял маму.
– Похоже, мне саму себя сейчас нужно убеждать, что упустить возможность не страшно. Обязательно появится какая-то другая. Мне есть на что потратить силы, уж точно не на сожаления, – мама улыбнулась детям. – А колоски найдем где купить, продается же букет из сухоцветов «Пшеница».
Молодая женщина подумала: «Удивительно и прекрасно, что поддержку можно получить от сына и дочки. Как здорово, что дети учат нас, взрослых, нашим же фразам.»
Поджигатель
Елена Лукинова
История, которую хочу рассказать, случилась давным-давно. И ко мне попала не из первых уст. Но она достаточно нестандартная и, надеюсь, будет читателям интересна.
Очень много лет назад в одном селе сгорела хата. Такая себе никудышненькая, покосившаяся, под камышовой крышей.
Беда для многочисленного семейства. Одно хорошо-все остались живы.