Наталья Шагаева – Забери мою душу (страница 6)

но в свой черёд, как сбывается дата

календаря…»

Сама откидываю голову на спинку кресла и дышу. Музыка замолкает, внизу суета и голоса персонала. Одна из официанток визжит и тут же хохочет, голоса парней. Ли что-то строго говорит… Все они есть. Живые, чем-то наполненные…

А мы пустые…

– Спасибо, – произносит Ярослав через какое-то время. Хрипло задыхаясь. Дыши, мой Пьеро. Дыши…

– Не за что.

Открываю глаза, сажусь ровно, расправляя плечи, и отпиваю свой кофе, смотря, как Яр собирается, берет себя в руки и тушит давно истлевшую сигарету. Пахнет сгоревшим фильтром…

– Я часиков до двенадцати. Справишься? – Киваю. – Если что – звони. – Вновь киваю, а он допивает кофе, берет телефон, сигареты и удаляется. Вот так смерть одного человека разрушает сразу нескольких…

Вечер шумный. Народу много, в основном студенты. Пара випок занято золотой молодежью. Ли зашивается в баре, встаю к ней в помощницы, разливая пиво.

За стойкой сидит уже изрядно пьяный мужчина лет тридцати пяти. Пьет водку, не закусывая, рюмку за рюмкой, и вяло наблюдает за мной, но, кажется, думает о своем.

– Повтори, – толкает ко мне пустую рюмку.

– Может, достаточно?

– Позволь мне решать, – вынимает из портмоне мятые купюры и небрежно кидает их на стойку. Усмехаюсь, наливаю ещё ледяной водки.

– Замужем?

– Нет, – качаю головой и разливаю официантам пиво, пока Ли мешает коктейли.

– Парень есть? Мужик, любовник? – с интересом спрашивает он, слегка заплетающимся языком.

– Нет, – усмехаюсь, улавливаю его недоумение.

– Лесби?

– А что, если да? – приподнимаю бровь, смотря, как он залпом выпивает водку.

– Врешь, – в глазах появляется азарт. Всех привлекает что-то нетрадиционное, и чем больше ты извращен, тем больше интереса. Ли рядом посмеивается, подмигиваю ей, отдавая очередную порцию пива официантам.

– Твоя? – спрашивает мужик, кивая на Лилию.

– Моя, – вхожу в азарт, шлепая Ли по заднице. Девушка взвизгивает и усмехается, мешая очередной коктейль. Мужик рассматривает нас с интересом, даже подается вперёд. Толкает мне пустую рюмку. Наполняю, но не до краев, уменьшая ему дозу.

– Поцелуй ее! – выдает он.

– Ммм, мы просто так шоу на публику не показываем.

– Съезжаешь? – ухмыляется мужик. Вынимает несколько крупных купюр, кидает на стол. – Плачу за шоу, – с вызовом произносит он.

– Окей, – киваю ему я. Забираю купюры, хватаю Ли за блузку притягиваю к себе и запихиваю ей деньги в вырез между грудей. Мне ни к чему, а ей прибавка к зарплате не помешает. Ли смеется, понимая, что меня не остановить. Это не самая сумасшедшая вещь, которую я творила. Ли не против, ей тоже азартно и в кайф. Тянусь к ней, прикасаюсь к губам, чувствуя всеобщее внимание. Ли закрывает глаза, приоткрывает рот и проводит кончиком языка по моим губам. У нее малиновая помада. Вкусная. И я слизываю ее, слышу, как нам начинают свистеть, прикусываю ее губу, оттягиваю, а потом всасываю. Нет, я не лесби, и Ли тоже. Это всего лишь игра, азарт, шоу и граница, за которую я люблю заходить. Если уж лететь вниз на полной скорости, так с удовольствием. Сплетаем языки, углубляясь, дразним друг друга, собирая аплодисменты. Смеемся друг другу в губы, отстраняемся, стираем размазанную помаду и возвращаемся к работе. Вкусная девочка, горячая. Чего Яру не хватает?

– Браво! – продолжает хлопать мне мужик. – Но это все, оттого что ты не пробовала настоящего мужика.

– А ты, стало быть, настоящий?

– Да. Попробуешь? – подмигивает мне. – Обещаю, не пожалеешь, – самоуверенно заявляет он. И я начинаю терять интерес к этой беседе. Все так банально и пошло, что тошно.

– Настоящие мужики жёнам не изменяют, – киваю на его кольцо на безымянном пальце, забираю у Ли деньги и возвращаю ему. – Купи лучше жене цветов.

Выхожу из бара и сталкиваюсь с Ярославом. От неожиданности пошатываюсь, но он ловит меня за талию.

– О, Боже! – чувствую, как сердце грохочет. – Напугал, – выдыхаю. – Давно ты вернулся?

– Успел посмотреть ваше шоу, – с нотками злости заявляет он.

– Не бойся, Ли у тебя не уведу, – слегка отталкиваю его и поднимаюсь наверх.

– На хрен ты это вытворяешь?! – психует и идёт за мной.

– Яр, расслабься. Мы просто поиграли. Если тебе неприятно, я ее больше не трону.

– Да при чем здесь на хрен Ли?! – заходим в его кабинет, на часах почти час ночи, и меня немного клонит в сон.

– Дурак ты, Ярослав. Такую девушку упустишь.

– Ладно, проехали, – отмахивается он. – Тебя отвезти домой? – остывает.

– Нет. Не хочется. Можно, я у тебя посплю? – киваю на диван.

– Может, ко мне поехать? – вынимает ключи от квартиры.

– Нет, – качаю головой. На его территорию я не зайду. Нам не нужно это саморазрушение. – Я здесь, – открываю шкаф и достаю плед. Ярик часто здесь ночует. Точнее, отсыпается после ночных смен. Распускаю волосы, скидываю туфли, забираюсь на диван, устраиваясь поудобнее, укутываюсь в плед и закрываю глаза. – Разбудишь в шесть. Я домой съезжу переодеться.

Дома у меня новый цербер. Дед не справился и нанял мне цепного пса. И с виду интересный и глубокий мужчина сразу стал для меня безликим.

– Хорошо, – чувствую, что он какое-то время смотрит на меня, а потом покидает кабинет.

Глава 6

Эльвира

Утро для меня всегда недоброе. Утром я ненавижу весь мир, иногда и себя. Особенно, если спала недолго и в неудобном положении. Очень хочется свежего кофе, но все кофейни по дороге в полседьмого утра еще закрыты.

Паркую машину под навесом, кидаю ключи одному их охранников, прося проверить масло. Нет, он не обязан этого делать, но я пользуюсь обаятельной улыбкой, строя из себя истинную «блондинку». Всегда работает. Мужчины тешат свое эго, помогая милой «дурочке».

Мне срочно нужен душ, кофе и, наконец, заняться дипломной.

Тишина. Дед улетел, и я даже мило пожелала ему счастливого пути сообщением. В коридоре пахнет холодным парфюмом, что-то ментоловое с нотками бергамота. Что-то новое, явно не дедовское. Ах, да, у нас же поселился цербер. Устроила бы ему «доброе утро», но Доронину повезло, я с утра без настроения.

Принимаю контрастный душ, чтобы прийти в себя. Сушу волосы, собирая их в высокий хвост, надеваю белую маечку на тонких бретелях и короткие шорты. Немного прохладно после душа, и я накидываю легкий серый асимметричный кардиган. Спускаюсь вниз, прохожу на кухню, включаю кофемашину, подставляю большую кружку и жду. Упираюсь бедрами в тумбу, складываю руки на груди и смотрю в окно.

Светает, ветер гоняет пожухлые листья. Всегда любила осень. Есть в ней что-то лиричное и философское. Голова тяжелеет, на затылок давит. Глубоко вдыхаю, задерживаю дыхание и выдыхаю. Дышу так несколько раз, иногда помогает, и головная боль проходит. Но не в этот раз.

– Доброе утро, – голос низкий, спокойный, уверенный. Поворачиваюсь и вижу, как на кухню проходит Доронин. Рано. Он уже полностью собран: в стильном пиджаке и идеально выглаженной рубашке. Осматриваю мужчину с ног до головы и изъянов не нахожу. Он гладко выбрит, одежда сидит идеально, туфли блестят, руки ухоженные, часы переливаются, и запах под стать хозяину. Ну так же не бывает. Идеальных людей не существует. Должны быть изъяны, не снаружи так внутри. Киваю ему, усмехаясь, но реакции не получаю. Серьезен, собран.

Забираю свой кофе и ставлю его на кухонную стойку из белого мрамора. Открываю холодильник, краем глаза замечаю, как Доронин берет чашку и настраивает кофемашину, делая себе кофе. Достаю творожный сыр, нарезку из красной рыбы, выкладывая все на столешницу. Поднимаю глаза и замечаю, как Доронин стирает бумажной салфеткой капли кофе, расплескавшиеся из моей кружки, и ставит ее на специальную поставку. Замираю, выгибая брови, но никак не комментирую. Хотя хочется съязвить что-то про «идеальную няньку».

– Будешь? – киваю на рыбу и сыр.

– Нет, – спокойно отвечает мужчина, даже не взглянув на продукты, садится за стойку на высокий стул и что-то листает в телефоне.

– А что так? Я готовлю, конечно, не айс, но давно никого не травила? – Нет, я не хочу подружиться с господином адвокатом, мне просто хочется его достать любыми способами. Доронин отрывается от телефона, переводит взгляд на сыр и рыбу, потом на меня, секунду задерживается на моих глазах и все же кивает.

– Ладно, давай. И кофе подай, – кивает на свою чашку, на что я выгибаю брови. Это даже не просьба. Звучит, как распоряжение или даже приказ. Разворачиваюсь, смотрю на американо, беру чашку, медленно иду. Подаю Доронину чашку, и за секунду до того, как он пытается ее взять, отпускаю. Чашка со звоном падает на стол, горячий напиток разбрызгивается в разные стороны, включая его идеальную рубашку, костюм и брюки. А я успеваю отскочить назад.

– Ой, прости, я не хотела, – говорю, язвительно улыбаясь. Тишина. Доронин осматривает себя, закрывает глаза, глубоко вдыхает, а когда открывает, посылает мне такой взгляд, что в кровь выбрасывается адреналин. Я словно прыгнула с тарзанки и лечу, лечу, лечу. Страшно, но азартно. В его серых глазах плещется штормовое море цвета благородного серебра. Агрессия, ярость, будто потревожили самого опасного хищника. Но это все в глазах, а на лице – маска непроницаемости, даже не дрогнул.

– Ты нормальная? – холодно спрашивает он.

– Нет, – отвечаю я, посылая ему улыбку, беру свой кофе и отпиваю.

Доронин разворачивается и покидает кухню.