Наталья Семенова – Падшая (страница 31)

Зверь Лисс замер. Все присутствующие в комнате напряглись и задержали дыхание, но в следующий момент хвост Зверя заходил ходуном. Зверь признал свою семью и, поскуливая, принялся обтирать морду о шерсть своей сестры. Зверь Лики так же повеселел и вскочил на лапы. Они счастливо скулили, прижимаясь боками друг к другу, кружась словно в медленном танце.

Кайл с облегчением выдохнул и вышел из комнаты. На него внезапно накатила усталость, а из головы не выходил случившийся инцидент. Лисс — Кровная? Лика — Истинная? Что за бред? Ладно… Но что это меняет? Все это выглядит, как неудачный сценарий к плохому кино.

«Мне срочно нужны сигареты».

Зайдя на кухню, он тяжело опустился на стул, стоящий у окна. Здесь, находясь в одиночестве, он мог дать слабину и скинуть маску безразличия и надменности. Кайл устало потер переносицу и прикусил сережку в губе.

На столе лежала пачка сигарет, которая скорее всего принадлежала Лисс. У окна стояла пепельница, до краев переполненная окурками. На фильтрах значилась та же марка, что и на пачке. Он взял одну сигарету и прикурил. Глубоко затянувшись, Кайл поперхнулся. Сигареты Лисс были крепче, горечь ощущалась сильнее, чем он привык.

Сделав аккуратную затяжку, он быстро привык к этому ощущению и с наслаждением ощутил приятную тяжесть в своих легких.

Сидя у окна с сигаретой в руке, он мог витать в своих мыслях, представляя Лисс на этой кухне, как она смотрит задумчиво в окно и пьет черный кофе. Чувствуя горечь, она доказывала себе самой, что жизнь продолжается.

Губы парня дрогнули в легкой улыбке.

Вернувшись в комнату, Кайл сел на пол у двери. Люди о чем-то тихо переговаривались, а Звери лежали у дальней стены. Зверь Лики мирно спал, свернувшись клубком, а старшая Лиса лежала позади, положив массивную голову ей на спину.

Изумрудный хмурый взгляд не отрывался от лица Кайла.

Глава 24. Кровная

Лисс.

Зал заседания Лисьего Совета выглядел как большая круглая комната, украшенная картинами. На них были изображены разные обличия Инари и ее Кицунэ. Старинные лампы слабо освещали помещение — окон здесь не было, как и во всем Храме, база Лис находилась под землей.

В зале собрались все члены Совета и несколько членов стаи, случайно оказавшихся в Храме в этот день. У дальней стены на небольшом помосте стояло высокое старинное кресло, на котором восседала Глава стаи Кимико. Ее можно было легко узнать по длинным рыжим волосам и мудрому взгляду. Но еще более примечательным были лисьи уши и длинный пушистый рыжий хвост с белой кисточкой на конце. Азиатские корни делали ей по лисьему хитрое выражение лица — острый подбородок, высокие скулы и бездонно черный разрез глаз.

Лисс с сестрой стояли на почтительном расстоянии от Главы. Ханна рассказывала, что Кимико редко выходила в свет и показывалась только в исключительных случаях. Видимо, неожиданное появление двух Кровных в ее стае было тем самым случаем. Глава выглядела потрясающе в своем роскошном, расшитом золотыми нитями, кимоно, отчего Лисс неуютно заерзала. Они с сестрой надели на себя первое попавшееся под руку, перед чем их в срочном порядке увезли сюда.

По правую руку от Кимико стояла Мириам и внимательно смотрела на Лисс. В груди девушки кольнуло. Она еще помнила тот взгляд, полный заботы и любви, которым одаривала ее Мириам при первой встрече. И изменения больно ранили.

Когда Лисс проснулась ночью после обращения, первым, что она увидела, был этот хмурый взгляд. Мириам стояла в паре метров от лежащих на полу сестер и без слов глядела на них сверху вниз. Лика мирно сопела в объятьях сестры и все взгляды находящихся в комнате были устремлены на них. Лисс немного смутилась, ей было непривычно находиться обнаженной на публике.

У дальней стены стоял Кайл. Его голый торс был заляпан красными брызгами, а на руку намотана рубашка, пропитавшаяся кровью. Глаза смотрели отрешенно равнодушно, снова привычная маска. Но вспоминая более ранние события, Лисс почувствовала смятение и обиду.

Когда Лика проснулась, Мириам ахнула от удивления и присела на колено. Она осторожно взяла лицо Лики за подбородок, разглядывая ее голубые светящиеся глаза. Выражение ее лица было удивленным, радостным, ликующим. Но потом в ее голове словно сошлись все паззлы и она вернула взгляд на Лисс. В глазах читалось отвращение.

— Как зовут тебя, дитя? — голос Главы отразился эхом о бетонные стены зала. Кимико смотрела на Лику с благоговением и лаской.

— Анжелика, — ответила девушка. От волнения ее голос дрожал и она прочистила горло. Лисс чувствовала ее страх, растерянность. Пусть Лику морально и готовили к ее первому обращению, но никто не мог ожидать того, что с ними произошло.

— Как давно ты в этом городе? — Кимико ласково улыбнулась.

— Мы родились в Сент-Джоне, если верить приемным родителям, и приехали в Ванкувер год назад, — ответила Лисс. Ее начало подбешивать игнорирование со стороны Главы.

В зале воцарилась полная тишина. Лисс поймала на себе взгляды незнакомых ей Кицунэ, неодобрительно качающих головами. Кимико переглянулись с Мириам и та немного побледнела.

— Интересно, не слышала о лисьих кланах так далеко на востоке, — задумчиво сказала Кимико и обратилась к Лике. — Подойди ко мне.

Лисс инстинктивно сжала руку сестры. Лика обернулась на нее и подбадривающе улыбнулась. В глазах стоял все тот же страх, но девушка старалась его скрыть. Пожав ей руку в ответ, она подошла ближе к Главе и остановилась в паре метров от нее.

Кимико улыбнулась, морщинки собрались в уголках глаз и она обвела Лику взглядом с ног до головы. Задержавшись на голубых глазах, она протянула руку, приглашая подойти еще ближе. Лика неуверенно улыбнулась в ответ и вложила ладонь в пальцы Кимико.

— Удивительно, — довольно промурлыкала Кимико. — Какой бриллиант был от нас сокрыт так долго. На нашем роду столетиями не было Истинных.

Лика непонимающе смотрела на Главу.

— Истинные — большая редкость среди слуг Инари. Появление Истинной означает перерождение клана, его рост и процветание. Первые Кицунэ были Истинными, их голубые глаза словно озера, отражали полную луну, — Глава довольно улыбнулась и посмотрела на протянутую руку Лики. Улыбка исчезла с лица.

— Это что еще за грязь? — прошипела Кимико, отпуская руку девушки. Она прожигала взглядом зажившие шрамы от царапин на руке.

Мириам что-то коротко сказала по-японски, чем встретила поток гневных ругательств от Главы. Управляющая «Бездны» покорно отвечала, не смеясь поднимать взгляда на свою госпожу.

Лисс, испуганная реакцией древней Лисы, подошла к сестре и взяла ее за руку. Ей хотелось оградить Лику от гнева женщины как можно скорее вывести ее отсюда и спрятать.

Внезапно Лисс резко выдохнула весь воздух из легких и упала на колени, сгибаясь от боли. Словно кто-то ударил ей кулаком в живот, но на самом деле невидимая энергия пробудила Зверя. Лиса ударила ее изнутри, вызвав болезненный толчок. Лисс подняла голову и встретилась взглядом с бездонными глазами Кимико.

— Я не позволяла тебе сходить с места, — безжизненно сказала Кицунэ.

— Я не… — собралась было ответить Лисс, но боль повторилась и слова застряли в горле.

— И я не позволяла тебе говорить, — Лика испуганно присела рядом с сестрой и успокаивающе положила руку ей на спину. Кимико обратилась к младшей сестре уже спокойным ласковым голосом. — Ты, дитя, будешь учиться. Несмотря на твое происхождение и… изъян, мы обучим тебя всем законам нашим и порядкам. Ты узнаешь нашу историю и научишься совладать со Зверем. Ты получишь образование, должное правителям клана.

«Несмотря на твое происхождение». Лисс начала было закипать, но рука Лики предупредительно остановилась и напрягалась. Даже она понимала всю серьезность ситуации в отличие от своей сестры.

Глава кивнула собравшимся и покинула зал.

Мириам вышла следом за ней, но перед уходом смирила Лисс суровым взглядом, дополнительно пригвоздив ее к полу.

В желудке похолодело и сжалось.

Когда все старейшины вышли из круглого зала, к Лисс подбежала Ханна и помогла подняться на ноги.

— Пошли, — прошептала девушка, беря ее под руку.

— Старая су… — Ханна перебила Лисс, больно сжав ей запястье.

— Я тебя умоляю, заткнись, — прошипела она, ускоряя шаг. Лика испуганно озираясь шла следом.

Минуя все лабиринты подземелий Храма, девушки вышли на улицу. На входе стоял Нейтан и удивленно вскинул брови, увидев девушек.

— Что она еще натворила?

— Решила нахамить трехсотлетней Кицунэ, всего лишь, — проворчала Ханна, передавая Лисс парню.

— Я ей не хамила, — бросила Лисс.

— Когда тебе говорят просто стоять на месте и молчать, надо стоять и молчать, — резко сказала Ханна, копаясь в сумке в поиске ключей. Они уже добрались до парковки и девушка брелком открыла двери машины. — Подвезу до дома.

— Я поеду к Эндрю, — сказала Лика, набирая СМС в телефоне. Она как всегда бодрилась и скрывала глаза, чтобы окружающие не могли увидеть ее волнение. — Своим ходом, надо проветриться.

— Уверена? — спросила Лисс, стараясь скрыть свое беспокойство.

— Уверена, — ответила сестра. — Больше всего я хочу сейчас очутиться в привычном месте и почувствовать себя нормальной.

Лисс виновато отвела взгляд:

— Позвони, как приедешь.

Лика закатила глаза и, махнув всем на прощание, ушла в сторону автобусной остановки.