Наталья Семенова – Чужая (страница 20)

— Не за что, — киваю я, на секунду сжав её холодные пальцы.

Аккуратно высвобождаюсь из её рук и понимаю, что Ева со Стасом теперь вышагивают впереди. Рядом. Снова.

— Пойдём уже, — берёт меня под руку Оксана. — Чем раньше начнём и так далее.

Краем сознания удивляюсь тому, что Таня теперь заняла место с другого бока от меня, но не придаю этому значения. Сейчас я больше увлечён тем, что Стас уже привычно вешает на плечи Евы свою руку, а она... Нет, она не скидывает её с себя, но заметно напрягается, словно не знает, как поступить будет правильнее. И мне её заминка приходится по душе.

На поле я оставляю своих спутниц и подхожу ближе к куратору, который отправляет Антона за мячом, а остальным говорит:

— Итак, придётся разделиться на команды по пять человек...

— Простите, — хмурится Оксана, делая шаг вперёд. — Но я не планировала играть в футбол.

— Но наверняка хочешь помочь команде потренироваться, так?

— Не то чтобы...

Парни начинают выкрикивать что-то типа: «Давай с нами, не подводи, ты нам нужна!» и так далее, отчего моя старая знакомая смущённо улыбается и кивает:

— Хорошо.

Что-что, а внимание Оксана любит. Особенно мужское. Пусть и никогда не признается в этом вслух.

Из несогласных выискивается Агеев:

— Это значит, что у кого-то в команде будет две девчонки?

— Всё нормально, — усмехается Ева. — Если продолжишь ныть, то девчонок как раз будет поровну.

Он прожигает её убийственным взглядом, пока остальные ржут, в том числе и я. С Самойловой всё понятно — мстит ему за подколы о нас. И выходит это у неё играючи.

— Я напомню, — снова берёт слово Станислав Викторович, — что сегодняшнее мероприятие несёт в себе чисто ознакомительный характер. Вы испробуете поле, поймете, кому играть в защите, кому — в нападении, ну и кто будет стоять на воротах. Развлечётесь заодно. Никакой ругани и споров, договорились? А я побуду беспристрастным судьёй. Итак, кто первым и вторым правильно ответит на следующий вопрос, будет по очереди выбирать игроков себе в команду. Антон, всё услышал?

— А? Да, — басит тот, запыхавшийся и сжимающий под мышкой мяч.

— Отлично. Итак, можно ли предсказать счет футбольного матча до его начала, и если да, то как?

Полминуты звенит тишина, а затем почти одновременно раздаются четыре голоса. Я — второй, Ева — третья, кто четвёртый, я понять не сумел, зато хорошо расслышал того, кто был первым. Стас.

— Ноль-ноль всегда до начала!

— Молодцы, ребята! — улыбается куратор. — Стас и Никита, выйдете ко мне и выбирайте игроков. Стас, ты первый.

Я бы удивился, если бы этот болван не выбрал первой Самойлову. Потому решаю поступить по его примеру и первой выбираю Оксану. Таня тоже идёт ко мне, потому что остаётся последней, кого ещё не выбрали. Стас, кстати, малодушно предпочёл Агеева ей, на что Ева досадливо скривилась.

Мы расходимся и начинаем спорить, как играть. Я не участвую, предпочитая наблюдать, как Ева закручивает на своей голове шишку из длинных, отливающих на вечернем солнце рыжиной волос. Когда она поднимает руки, её майка задирается, оголяя плоский живот. Худая. И только мне одному известно, что она не сидит на специальных диетах, как, впрочем, и то, что она вообще не парится по поводу своей фигуры. Худая Ева совсем по другим причинам...

— Ну уж нет! — повышает голос Оксана, чем привлекает моё внимание. — Как бы вы меня ни уговаривали, а бегать по полю я не собираюсь. Вратарь — я, и точка. Ник, скажи им!

— Да плевать, давайте просто надерём соперникам зад, — весело отзываюсь я.

Чувствую, игра будет очень занимательной.

В секцию футбола меня заставил ходить отец. Полагал, что настоящая мужская игра отобьёт у меня желание заниматься музыкой. Провальная попытка, папа. И да, поначалу я противился, играл вяло и без желания, и как с музыкой, не успел заметить, как втянулся. В этот командный дух, соперничество, азарт победы и досаду поражения. Чувства нереальные, взрывные и убийственные. И, кстати, мне нравилось наблюдать, как играют другие, жаль, компания на чемпионатах, которые мне довелось посетить, была отвратительная — мой отец.

Куратор даёт первый свисток и идёт с мячом на середину поля. Капитаны команд разбивают, потому мы со Стасом тоже подходим к мячу, который Станислав Викторович укладывает на короткостриженую траву.

Второй свисток.

Я пяткой пинаю мяч к себе и веду его, обегая Стаса, потому что он мне не соперник. Парень в принципе играть не умеет. А вот Ева... Ева в защите, и бежит на меня. Я легко увожу мяч от неё, но она всё равно держится рядом. Хорошо бегать она умеет — это я успел заметить. У ворот соперников, с другого края, я вижу Степу. Делаю вид, что хочу дать ему пас и едва не лажаю, потому что хитрая лиса рядом понимает мой манёвр и пытается забрать мяч. У неё, конечно же, ничего не выходит, и через пару мгновений я забиваю первый гол. На ворота они поставили Антона, наивно надеясь на его габариты. Они его и их и подвели. Реакции у парня — ноль.

Далее начинается игра пожёстче, потому что мои соперники поняли, кого нужно опасаться и постоянно пасти.

Что ж, я люблю сложные задачки.

Степа и Арс в моей команде тоже играют неплохо, Таня просто бегает по краю поля, не мешается — уже хорошо. У соперников выкладываются по полной Агеев, Терёхин и, разумеется, Королёва-Самойлова. Что забавно, Агеев всячески вставляет ей палки в колёса, только играя тем самым нам на руку.

Еве это в какой-то момент надоедает, и она выбирает другую тактику — ошивается поближе к своим воротам и почти мастерски отбивает мячи, которые должен отбивать вратарь.

Но мы всё равно ведём со счётом пять-два.

Под конец игры ситуация меняется. Соперникам как-то удаётся прорваться на нашу половину поля, мяч ведёт Агеев. Я ускоряюсь, скидывая с себя хвосты в лице Терёхина и Безрукова. Ева тоже оказывается поблизости. Она открыта, но Агеев специально не желает этого замечать. Я умудряюсь перехватить у него мяч, и парень психует. Ревёт, а затем догоняет и пихает меня руками в спину. Я не ожидаю такого манёвра, потому лечу в траву, но тут же поднимаюсь с желанием хорошенько врезать этому козлу по морде.

Но раньше меня на парня налетает... Ева.

Девчонка толкает его ладошками в грудь и кричит:

— Ты достал, придурок! Я была открыта! Какого хрена ты всю игру не даёшь мне играть?!

— Ребята, без ссор! — спешит к нам куратор.

А возле меня оказывается Таня:

— Ты как, Никит? В порядке?

— Нормально, — отмахиваюсь я от неё.

Бросаюсь к ребятам, отодвигаю Еву и хватаю Агеева за грудки:

— Тяжело быть бараном, да?

— Пошёл ты!

— Это ты сейчас пойдёшь куда подальше! — влезает Ева между нами в попытке вновь его ударить. Приходится отпустить этого урода, чтобы перехватить девчонку и не дать ей подраться.

— Прекратите немедленно! — кричит Станислав Викторович, перехватывая Агеева за плечо, чтобы тот не кинулся на нас с Евой. — Всё! Не умеете себя вести достойно, значит, игра закончена! Возвращайтесь в корпус!

Большинство ребят, догадываюсь, что с некоторым облегчением повинуются и идут к выходу с поля. Остаются: Агеев в руках куратора, Ева — в моих, Стас и совсем неожиданно — Таня.

— Влад, — обращается Станислав Викторович к Агееву. — Нечестная игра тебя не красит, а физическая грубость будет наказана. Ещё не знаю как, но придумаю. Громов, отпусти Королёву! Эльвира, от тебя я и вовсе не ожидал агрессии.

— Он вёл себя, как...

— Довольно! Тебе я тоже придумаю наказание, — перебивает возмущение Евы куратор и обращается ко всем: — Я уже говорил вам, что вы должны найти способ мирно общаться! А вы только и делаете, что находите новые причины конфликтовать!

— Научите некоторых всерьёз воспринимать девчонок, и всё будет нормально, — с сарказмом предлагает Ева и, наконец вырвавшись из моих рук, уходит.

— Эль! — кидается за ней Безруков.

— Не ходи за мной, Стас! — психует она и переходит на бег.

Тот топорно останавливается, готовый, кажется, исполнять любое её указание, и потерянно разворачивается лицом к нам. Я усмехаюсь и иду мимо него. За Евой, да. Потому что я, в отличие от Стаса, исполнять её указания не собираюсь.

— Живо все в корпус! — командует за моей спиной куратор.

Да, обязательно.

На выходе Ева воровато огладывается, видит меня, хмурится, но всё равно ныряет под трибуны. Тоже смотрю себе за плечо и, выбрав удачный момент, ныряю вслед за девчонкой. Склонившись, чтобы не удариться головой о потолок, я догоняю Еву только за поворотом, и то, потому что она останавливается и садится прямо на землю.

— Разве не дошло, что я хотела побыть одна? — бросает она, отворачиваясь в сторону.

— Забыла? Мне на всё плевать, — усмехаюсь я, присаживаясь напротив неё.

Ева тоже усмехается, но с ноткой обречённости, молчит пару минут, затем смотрит на меня.

— Надо было всё же врезать этому придурку.

— Врезал бы, но ты сбила меня с толку, — смеюсь я.