Наталья Сапункова – Пряничные туфельки (СИ) (страница 74)
— Да. Я Сай-Айрин Крансарт.
— Как ты назвался, когда мы венчались?
— Айрином. Так меня обычно зовут. Сай-Айрин — только для важных бумаг.
— Я буду звать тебя Риком, — сказала она.
В сущности, злиться на него и не хотелось. Ни на кого уже не хотелось злиться.
— Согласен. А я тебя кошкой. Можно? — он поцеловал её ладонь. — Мне дышать без тебя больно. И не хочется. Я люблю тебя. Прости.
— За что?
— За то, что допустил. Думал, что берегу, охраняю. А получилось вот так.
— Зачем это было, Рик? Почему не говорил мне?..
— Хотел, чтобы ты меня полюбила. Я дурак, да?
— Да, — согласилась она, и он засмеялся.
Оттолкнув скамейку, она скользнула к нему и обняла, прижавшись. Шепнула:
— Рик, мне надо объяснить.
— Я читал твое письмо, — выдохнул он ей в ухо. — Ты что-то ещё хочешь объяснять?
— Нет, это всё. Как хорошо, что письмо дошло.
— Я искал его по Гильдейским домам. Ярита сказала. Это же не почта, а я не то чтобы циркач. Получил бы его к весне. Мог раньше приехать в Лир, но очень хотел прочитать твоё письмо. Прости меня и за это, кошка.
— Рик, я всё равно не могу доказать тебе…
— Погоди. Этого не нужно. Пока мы вместе, я верю тебе, а ты мне. Ты объяснила, я понял.
— Риик? Где ты был?! — простонала она, прижимаясь к нему крепче.
— Всё рассказать? В Цитадели, потом нашёл твоего колдуна, он сказал, что ты взяла защиту и в снах до тебя не добраться, потом я побывал в Гринзале, потом услышал про бешеных котов в Кандрии, не знаю, почему связал это с тобой, выяснил, что там был цирк Яриты, а эта Ярита не любит делать записи в гильдейских книгах, и демоны знают, где её всегда носит… — он прижался губами к бьющейся жилке у нее на шее. — Я так долго искал тебя, кошка. Никому не отдам.
— Как ты нашел колдуна?
— Очень просто. Он тогда мне представился по всем правилам. Мы говорили по-джубарански, помнишь?
— А почему говорят, что принц в Джубаране, охотится на львов? Ты прислал чучело льва?
— Какого льва? — он смотрел с искренним недоумением. — Какое чучело?
— Какой Джубаран?
— Да всё просто. Кайс Синтин мой друг. Я потом познакомлю вас. Я три года жил при дворе его отца. Он встречался в конце лета с Фарутом, а я был там негласно. Должен был ехать с ним охотиться в его пустыне, но встретил тебя. Мы договорились, и он прикрывал меня оттуда, из Джубарана. Но со львом, как видно, перестарался. Льва я не просил. Да и зачем охотиться на львов — их не пожаришь на вертеле…
Она слышала, как бьется его сердце — сильно и быстро. Прижала к его груди ладонь.
— Я сегодня сказала твоему отцу, что ты — сын хозяина цирка.
— Да?! — он широко улыбнулся. — Ну ладно, мы это переживём. В крайнем случае сбежим, — он потянул её вниз, и они вдвоем растянулись на шкуре. — У меня есть укреплённая крепость на острове, герцогство Таней. Хочешь туда?
— Хочу, — сказала она. — Знаешь, Рик, я кондитерша. Трактирщица. Особа без изысков. Простолюдинка. Ты помнишь, с кем связался?
— Угу, а что? — заинтересовался он.
— Я не позову тебя в спальню, потому что там холодно, а у нас дрова украли. А тут тепло и не совсем жёстко. Но сначала ответь, как ты меня нашёл!
— Просто любовь моя, — он потянул зубами завязку на лифе её платья. — Ты писала, что встретишься с Кавертеном. Я приехал к Кавертену, а ты уже ушла. Он мне о тебе и сказал. У твоей лавки все витрины в пряничных туфельках, их издалека видно…
За несколько часов перед балом король Эдин сидел в той же маленькой гостиной и просматривал бумаги, подсунутые вездесущим секретарём, и радовался тишине и кружке с горячим грогом. Всё-таки праздновать и радоваться день напролёт — утомительно. Королева Аллиель опять сама накрыла на стол, только для семьи — легкое белое вино, мясо, закуски. Ещё она заварила и разлила чай, и в комнате запахло цветами и фруктами — чай прислали в числе других подарков из Джубарана, от Айрина. Говорили о предстоящей охоте, король иногда вставлял пару слов. Невестки, конечно, в это время готовились к балу, как решительно все дамы в замке, не занятые чем-то сверхважным.
— Ты не собираешься примерить новый костюм, дорогой? — спросила Аллиель у короля.
— Он чем-то отличается от старого? Зачем примерять?
— Убедиться, что хорошо сидит.
— Сядет плохо — надену старый. Как будто кто-то станет на меня смотреть! Кому я нужен на этом балу? — долгие примерки одежды король терпеть не мог.
Королева вздохнула и отпила чаю из чашки. Она мечтала, чтобы Айрин уже вернулся и сидел сейчас с ними за этим столом. Или одевался к балу — ему она тоже загодя заказала костюм.
— Теперь, когда я знаю, кто готовит те дивные винные пирожные, буду сам ездить за ними за мост, — заявил вдруг Кант. — Как считаете, этот великолепный муж малышки Венеш на самом деле существует?
— У тебя есть сомнения? — король глянул на него исподлобья.
— Она его выдумала, я уверен. Отказаться от титула ради мужчины-простолюдина? Так не бывает, отец, согласись. Может, она стала настоящей циркачкой? А их покупают за серебро! Можно проверить.
— Что за дремучие у себя мысли? — непритворно удивился король Эдин. — Я бы на твоем месте не судил так о циркачках. Особенно если у них мужья-фехтовальщики. Послать тебя в цирк на пару месяцев? Отдохнешь от своего казначейства, а то у тебя вид скучный последнее время.
Принц Кант был по натуре внимательный, педантичный, прекрасно разбирался в торговых делах Кандрии, считал в уме без счётов и палочек, но пёстрый мир цирков был для него далек, как луна, и так же заманчив. Он близко не подходил к циркачкам, зато слышал, что они красавицы и затейницы.
— Да ему просто тоже завидно, что его жена никогда не говорила ничего подобного! — засмеялся Бернар. — Про то, что он для неё дороже титулов.
— Король Фарут сделал её простолюдинкой, разве нет? — не унимался Кант, стакан-другой праздничного вина развязал ему и мысли, и язык. — А открыв свою лавку, она подтвердила, что это так и есть. И ведь милая малышка! Закрою глаза — так её и вижу!
— Что за разговоры! — королева сердито хлопнула ладонью по столу. — Не забывайся. Твоя жена скоро подарит тебе ребёнка.
— Я уважал Лайта Венеша, так что его дочь для меня всегда леди, — сказал король. — Пусть и для вас так будет. Подарить ей личный титул? Я не против. Надеюсь, Фарут не совсем сошёл с ума. Он всё-таки муж Савадины.
— Вроде бы послания из Руата не внушают таких опасений? — мягко заметила королева Аллиель. — Как сказала бабушка, много всего изменилось за последнее время. Дорогой, лучше возьми её мужа на службу и подари титул ему, если он будет достоин, конечно. Он циркач, фехтовальщик. Назначь его в дворцовую стражу. Или лучше покажи лорду-тайнику?
— Согласен, — кивнул король, — так и сделаем.
— Её величество королева Астинна, — появившись в дверях, объявил мажордом.
И в гостиную лёгкой походкой вошла маленькая леди в тёмно-синем.
Вдова короля Герейна, мачеха Эдина и формальная свекровь Аллиель, до сих пор королева Астинна была очень хороша: почти такая же тоненькая и стройная, как в молодости, лишь морщинки возле глаз выдавали её возраст, и то осторожно, не крича о нём, а густая седина в тёмных волосах даже шла. Уже несколько лет, выдав замуж последнюю дочь, королева Астинна покинула Лир и жила в маленьком загородном замке среди садов и виноградников.
Эдин встал, чтобы поклоном поприветствовать гостью, а потом обнял и поцеловал в щёку.
— Добро пожаловать, дорогая матушка, — сказал он шутливо.
Мачеха была всего четырьмя годами старше его самого, так что со временем их разница в возрасте вообще перестала иметь значение.
— Ах, мой мальчик, я так рада тебя видеть, — пошутила Астинна в ответ, тоже целуя короля.
— И вас, прекрасные господа, — она потрепала по волосам обоих склонившихся перед ней принцев.
— Здравствуй, дорогая, — Аллиель подошла к ней без поклонов и просто обняла. — Ты не приехала на костёр. Позволь угостить тебя вином и мясом, как положено.
Когда-то Аллиель была фрейлиной Астинны, потом сменила её на троне. Их дети были почти ровесниками, и со временем получилось так, что не подружиться было бы глупо.
Аллиель налила гостье вина и отрезала мяса и хлеба, та откусила лишь раз, а вино только пригубила. И решительно отвела королеву в сторону — поговорить.
Король лишь взглянул на них, и вернулся к отложенной было пачке документов.
— Аллиель, как я понимаю, Айрин вернулся?
— Неправильно понимаешь, — вздохнула та, — и Эдин сердится, хотя сам его отпустил. Боюсь, что если он не появится как можно скорее, то надолго отправится туда, где снег не тает!
— Погоди, — королева-мачеха больно сжала её руку, — пока я шла по замку, мне уже рассказали о явлении здесь Ринны Венеш, прекрасной кондитерши. Как это понимать?