Наталья Сапункова – Кольца Лины (страница 18)

Я улыбнулась и перевернула страницу.

«Винета разделена на девять княжеств. Территории, видимо, весьма неравноценны – так исторически сложилось. Есть морское побережье, лесистые равнины и горы, где, очевидно, жизнь всего бедней и суровей. Девять князей являются ближайшими советниками короля, первыми лицами после короля в государстве. Супруга короля обязательно должна принадлежать к одной из княжеских семей. Тут не так просто. Одновременно в княжеской семье, безотносительно к числу дочерей, может быть только одна княжна. Это не обязательно старшая дочь, и даже не обязательно дочь, ее назначает глава семьи, проводится ритуал, девушка получает особое ожерелье, и лишь в этом случае может быть невестой короля. Если невеста королю не требуется, ближе к двадцати годам девушку выдают замуж, и семь лет спустя после наречения ее княжной ожерелье получает следующая выбранная. Князь может и не передавать никому ожерелье, если таково его желание, или передать совершенно посторонней девушке – ритуал удочерения делает ее полноправной дочерью и княжной, которая может быть выбрана королем. Этот обычай используется, если желательно ввести в круг невест определенную девушку. Так, например, супругой предыдущего короля была младшая дочь итсванского императора – вероятно, из политических соображений она была усыновлена и вошла в число королевских невест. Если в настоящий момент определенная княжна является королевой, следующей княжной в этой семье становится наиболее дальняя ее родственница – здесь не имеют понятия о генетике, но понимают опасность близкородственных браков. Таким образом, эта «веревочка» благополучно «вьется» уже больше тысячи лет, именно таков возраст, как утверждает Заннита, правящей династии, и вырождения в ней пока не наступило.

Ритуал выбора невесты длинный и сложный. Девушки впервые появляются перед возможным женихом в одинаковых платьях и без знаков рода, должна возникнуть истинная симпатия. Навязывать королю выбор чревато, считается, что неподходящая супруга – серьезный риск того, что корона не наденется».

Я оторвалась от чтения, потерла глаза.

Ой, мамочки. Как все сложно. Зато я поняла, наконец, о чем болтают в замке. Самая насущная проблема нынче в королевстве: не свалится ли с королевской головы корона. Стало быть, в настоящее время в стране нет лигитимного короля – всего-навсего…

Что там дальше?

«Первой моей мыслью было, что в мире магии внешние магические проявления чего-либо несложно подделать. Да чего там, их можно подделать и без магии, чем веками промышляли и продолжают промышлять шарлатаны моего мира, начиная от египетских жрецов или того раньше. Оказывается, это совершенно невозможно, поскольку истинность ритуала коронации подтверждает дракон. Каким образом? Не знаю. Но совершенно никто не сомневается, что в присутствии дракона подделать ритуал невозможно. Присутствие дракона на коронации и ежегодном осеннем Празднике Подтверждения в Андере – уникальное здесь явление. Этот обычай существовал в период так называемых «древних драконов», которые впоследствии вымерли, и быстро возобновился, когда появились «новые драконы». Праздник Подтверждения считают также праздником осени, урожая, и еще чего угодно, но начинается он с того, что король прилюдно надевает корону. Которая теоретически может и свалиться, но вообще, это был бы случай уникальный: как правило, раз надетая, корона больше не падает в течение всей жизни короля.

Дракон прилетает из Содды (то же, что и Драконьи Горы), это весьма далекая страна, там имеются маги, умеющие приручать драконов, что также, как я понял, явление уникальное. Видел соддийского мага и дракона на Подтверждении в прошлом году, честно говоря, засомневался, кто кого сопровождает.

Кстати, задумался, а может, древнеегипетские жрецы шарлатанами не были? Просто в те времена в нашем мире также существовала магия и те, кто мог ею пользоваться?»

Из коридора донесся резкий стук и звук шагов, я вскочила и чуть не погасила свечу. Хорошо, что не погасила, иначе пришлось бы выбираться отсюда в полной темноте. Подошла к портьере, осторожно выглянула – кто-то свернул от лестницы к комнатам ленны.

Я постояла еще, тревожно прислушиваясь, потом зажгла свою лампу и старательно все убрала – книгу, шитье, свечу. Завтра будет новый день…

Несколько листов бумаги и перо я потихоньку стащила у ленны Даны, иначе разжиться такими сокровищами было негде. В мире всеобщей элементарной грамотности бумага почему-то не лежала, где попало, в нее ничего не заворачивали и для хозяйственных нужд не использовали – значит, она тут стоила дорого. Чернил я отлила у Олы, та иногда записывала что-то в большой конторской книге, и бутыль с чернилами хранилась в кухне, в шкафчике со специями.

После обеда ленна окликнула меня в коридоре:

– Камита, подойди!

Первой мыслью было – неужели она что-то заметила?

Нет, не то. Ленна потянула меня за рукав, отвела в сторону.

– Камита, хочу спросить, – она проводила взглядом пробежавшую мимо служанку, – как тебе нравится Дин?

Я только глаза раскрыла. Как нравится?..

Да никак! Мне тут не до Дина, простите.

– А ты вот ему нравишься, – ленна смотрела куда-то в сторону, – ты хотела бы быть с ним, Камита? Может, замуж выйти? Хотела бы?

Я помотала головой, даже не задумавшись. Я не хочу здесь замуж! Вообще! И за Дина в частности. У меня сейчас лишь одна цель, и это – не замуж. И, кстати, я очень не люблю, когда парни в таких делах действуют через подруг или сестер – через девчонок, в общем. Что, сам не мог задать мне все свои вопросы? Так что – да, не хочу.

Ленна помолчала, прикусив губу, словно ждала, не передумаю ли я. Не передумаю. Я опять качнула отрицательно головой.

– Хорошо, – ленна приподняла подбородок. – Я тоже считаю, что ему нужна не ты.

Вот это уже меня слегка задело. Хотя возразить было нечего. Я решительно кивнула, показала на себя, на ленну и куда-то вдаль – дескать, куда ты, туда и я.

– Да, я помню, ты хочешь в Андер. Ладно, ступай куда шла, – она отвернулась.

А я пошла куда шла… даже скорее побежала, и чувства у меня невесть с чего вдруг пришли в растрепанное состояние… да что за ерунда!

Я разве поощряла его?

Что он себе вообразил?!

И через десяток шагов мы с Дином чуть не столкнулись, на выходе из коридора. Он криво улыбнулся и отвернулся. Наблюдал за нами, прекрасно понял, до чего договорились. Обиделся.

Ну прости, дорогой. Действительно, без посредников нам было бы проще.

Ты сам виноват, Дин… и вообще, ну не нужны мне тут сложности! Никакие! Нилла совершенно права. А ленна считает, что и тебе нужна не я. И прекрасно.

Он, конечно, не пришел на речку, когда мы купались. Правильно, все сказано, все друг друга поняли. И разве не дуростью с моей стороны было то и дело вспоминать его?..

Мы с Ниллой одевались после купания, когда увидели руха с наездником. К этому времени я уже была наслышана об этих птичках, и даже видела – издали. Этот пролетел ближе и сел где-то в замке. Нилла забеспокоилась.

– Камита, давай скорее! – она поспешно застегивала пуговки на своей жилетке, пропуская некоторые.

Я легонько ударила ее по руке и принялась перезастегивать.

– Камита, да перестань же! – она рассердилась, увернулась от моих рук. – Заплетай лучше волосы! Пойдем!

По дорожке к замку она почти бежала, подобрав подол, но неподалеку от ворот поправила юбку и зашагала чинно, даже не забыла, как обычно, помахать стражнику на башне.

Птица сидела на каменной тумбе неподалеку от кухни. Азавак лежал возле будки и флегматично поглядывал на птицу, которая вела себя не так спокойно – она подпрыгивала, перебирала лапами, хлопала крыльями, щелкала клювом.

Я в изумлении остановилась. Птичка была монстром! Размах крыльев более трех метров, черные блестящие перья, крупное туловище, мощный клюв, хохол из перьев на голове, злобный взгляд маленьких желтых глазок – чур меня, как подойти близко к такому чудищу?

Туловище птицы было все упаковано в ремни, а на спине – седло. Тоже странно, как эти ремни ей не мешают, как она летает в такой сбруе?

Хорошо, что коровы не летают?

Это у нас так говорят. А тут, выходит, как раз летают! А если еще на голову упадет «сюрприз» от такой птички? Впечатления не забудутся…

Мы с Ниллой остановились метрах в пяти, и никакая сила не заставила бы меня приблизиться еще. Хотя нога птицы была цепью пристегнута к тумбе – это малость утешало. Еще несколько человек тоже стояли и ждали – чего?..

– Замечательный рух! – шепнула мне Нилла. – За такого монет триста не жалко. Муж незадолго до смерти тоже купил себе, потом пришлось продать. Ты ведь еще не летала на рухе?

Я ошалело покосилась на Ниллу, она засмеялась. Как-то нервно засмеялась.

– Ну конечно. Ничего, может, и полетаешь еще. А почтари все хорошие, там плохоньких не держат.

Ага, так это просто почта прилетела. Нилла ждет письмо.

Дин подошел откуда-то сзади, схватил повод, потянул к себе голову птицы, погладил ее шею – монстр перестал недовольно клекотать, но продолжал хлопать крыльями. Я даже задрожала – это пернатое, должно быть, пришибет и не заметит. Но, похоже, беспокоилась только я.

– Представляю, как Дину хочется полетать, наверное, – прокомментировала Нилла, – он летает хорошо. Теперь ему птиц не дают, только если под большим присмотром. А хорошим наездникам всегда летать хочется. Тебя он покатал бы, наверное, – она подмигнула.