Наталья Сапункова – Единственный дракон. Книги 1 и 2 (страница 5)

«Ещё увидимся!» – и, развернув Бака, понёсся прочь и вниз.

Его больше не преследовали, и чем дальше он улетал, тем больше сердце колотилось в груди. Пришел запоздалый страх.

Уже спустившись, Ардай решился посмотреть вверх, туда, где остались дракон и наездница, но никого не увидел. Так она была одна, или нет? С кем она разговаривала? И тогда в голову пришло совершенно очевидное предположение: со своим драконом. В самом деле, а вдруг она разговаривала с драконом? Вот это да…

Он закрепил цепь на ноге Бака и долго гладил птицу, перебирал жесткие перья на ее шее, и непонятно, кого больше при этом успокаивал, ее или себя. В сущности, уже очень давно Ардай не испытывал такого страха. И в то же время было во всем этом нечто, что делало пережитое таким желанным. Они с Баком совершили такое, чего Ардай никак не мог ожидать. Они превзошли себя! И они видели дракона, так близко.

Дракона, о Провидение! Это ведь был не сон? Они его видели и слышали. И даже разговаривали с… Нет, конечно, разговаривал он с девчонкой-наездницей. Но дразнил и задирал Ардая определенно парень, его ровесник или даже младше. И это был – дракон?..

Следовало бы, конечно, идти в дом, пока его не хватились. А может, и хватились уже. Ардай наполнил поилку Бака чистой водой, для чего пришлось спуститься с башни, а потом подняться обратно с тяжелыми ведрами. Рух переволновался и наверняка захочет пить. Если бы не этот полёт, Бак уже давно спал бы. Завтра утром он может отказаться от еды, и вообще капризничать, но это не страшно. Отец ничего не заметит, потому что уедет рано.

Ардай хотел посидеть немного с отцом и дядей Киром, но сначала решил заскочить незаметно к себе в комнату. Не удалось: мать встретила его на пороге. Она держала на руках Эмрана, маленького брата, укачивала его, и в глазах ее была тревога.

– Где ты был?

– Я… прошелся до рыночной площади, – быстро нашелся Ардай. – Там до сих пор полно народу, циркачи выступают. Так весело, – добавил он извиняющимся тоном. – Ты чего, мам? Я не предупредил, прости, но чего ты заволновалась?

– Ничего, – она покачала головой. – Драконы летают каждую ночь. Сегодня рано утром я видела одного прямо над нами.

– Ну и что?

Мать лишь неловко улыбнулась.

– Ничего.

Малыш заворочался и тихонько заплакал во сне, и она ушла, качая его и напевая. Ардай свернул к залу, откуда доносились голоса, и остановился.

– Скоро Ардаю ехать в столицу, в гвардию, Гай, – говорил дядя Кир. – Ему придется воевать. Разве ты сам не понимаешь, Гай? Разве до вас никаких слухов не доходит? На севере неспокойно. Сардарское княжество, по слухам, заключило союз с колдунами.

– На севере всегда неспокойно, дядя. Там всегда война. Гвардию в пекло не бросают. И вообще, слухи приходят и уходят, и слишком редко сбываются. Когда все хорошо, людям становится скучно, и они начинают придумывать, о чем бы побеспокоиться.

– На войне бывает всякое. Жени его поскорее. Пусть, уходя, он оставит дома сына, а ещё лучше двух. Рожать сыновей – это единственное, Гай, что получается у твоей жены не слишком хорошо. На твоего брата Ильмара надежды никакой. Твой младший сын такой слабенький, что я бы тоже не возлагал на него надежд. А вот Ардай удался. Жени его, Гай. Это твой долг перед семьей.

– Да он же совсем мальчишка, – отец расхохотался.

– Да? – хмыкнул дядя. – А мне сослепу показалось, что уже и не то чтобы совсем. Эх, старость не радость.

– Он подрос, конечно, ещё бы ума прибавилось соразмерно росту.

– Ну, это как водится. Иногда я себя обзываю старым дурнем, и знал бы ты, как искренне я это говорю. Думаешь, у него не хватит ума продолжить род? Что-то я сильно в этом сомневаюсь.

– Ему нравится вторая девчонка Сариты. И угораздило же его. Сарита меня всегда не жаловала, ещё после… ну, ты знаешь. А с тех пор, как колдуны забрали её старшую дочь, она вовсе обозлилась.

– Нравится, не нравится, – проворчал Кир. – Мало ли девчонок?

– Осень он проведёт дома, пусть возится с птенцом, – сказал отец, – потом до весны пусть едет в школу в Аш. Весной его рух станет на крыло, и начнутся хлопоты с выездкой. Летом… Ну, что ж. Посмотрим. Не скажу, что я в восторге от этой идеи. Всё должно идти своим чередом. Можно было бы отправить его в Аш ещё на одну зиму…

– Женить первенца – это всегда так. Ты, Гай, сам ещё хорошо помнишь, как был таким же молодым, сам перебирал девчонок. В мыслях недалеко от сына ушел. Не хочется тебе дедом становиться.

– Скажешь тоже, дядя Кир.

– Я знаю, знаю.

Ардай решил, что слышал довольно. Он вошёл.

– А, парень, где пропадал? – добродушно заулыбался дядя.

– Ходил на площадь.

– Что на площади?

– Весело…

Отец налил ему в стакан легкого пенистого пива, подвинул, усмехнулся:

– Ноги не стёр, пока ходил?

– Нет, – Ардай, не поднимая глаз, отпил из стакана.

– Ну, ладно, я спать пойду, – дядя поднялся, – мне, старику, отдохнуть надо перед завтрашней дорогой.

– Идем, я провожу, – отец тоже встал, – посиди пока тут, я сейчас, – мимоходом обронил он Ардаю.

И правда, он быстро вернулся, сел напротив.

– Так ноги, говорю, не стёр, пока ходил?

– Я же сказал, что нет.

– Тогда дам тебе совет. Когда поднимаешь руха с башни, не бросай цепь под ноги, убирай её, как положено. Рух может сбросить цепь, она будет висеть раскрытым кольцом вниз, и каждый догадается, что птицы на башне нет.

– Ты видел, – Ардай опустил голову, ругая себя последними словами.

Он слышал, как звякнула цепь под ногой Бака, но решил, что тот просто отбросил её в сторону.

– Я даже поднялся на башню и поднял цепь, чтобы не увидела твоя мать и не переживала, где тебя носит на ночь глядя на Баке.

– Извини. Я не думал задерживаться. Но я вернулся живой и здоровый, видишь. И ничего в этом особенного нет, полетал, и все.

– Вижу, да, – отец подлил пива в свой стакан. – Штаны сухие? – он улыбнулся, морщинки разбежались от уголков глаз.

– Что?!

– Это хорошо. А то я свои чуть не намочил, когда за мной погнался молодой дракончик. Чуть не намочил, говорю. Обошлось. Мой рух после этого два месяца не поднимался, но тоже обошлось. И я так и не признался тогда своему отцу, в чем было дело. Такое, конечно, редко бывает, просто мне не повезло. А летать на закате здорово, да.

– Да, – согласился Ардай, – было здорово. Только драконы, наверное, нападают не так уж редко. Я тоже видел одного…

Он поначалу решил молчать об этом, но после признания отца – зачем?

– Да?.. – Гай Эстерел задумчиво рассматривал янтарный напиток в своем стакане. – Потом мне рассказали, что драконы ничего плохого не имеют в виду. Они просто развлекаются. Это всегда молодые дракончики. Колдуны стараются таких вещей не допускать, но драконята всё равно умудряются бедокурить. Не мне тебе объяснять.

– А почему ты раньше не предупредил меня?

– Вот, предупредил. Прости, что поздно. Этого ведь как бы нет. Об этом не говорят. А кто-то скажет – чепуха и выдумки.

– Драконы могут разговаривать, как люди?

– Как люди – не думаю. А почему ты спросил?

– Я слышал их разговор, – признался Ардай. – Там был дракон, и на нем сидела девчонка. И я говорил с ней. Или с ними. Говорил мыслями. Но не так, как если бы просто о чем-то думал, а по-другому…

– Вот как… – отец нахмурился, его густые брови почти сошлись на переносице. – Вот как. Это ничего. Забудь.

Ардаю пока не хотелось ничего забывать. Скорее наоборот.

– А кто рассказал тебе про драконов, отец?

– Я был знаком с женщиной из рода колдунов, – Гай пристально посмотрел в лицо сына, как будто размышляя, стоит ли продолжать. – По правде говоря… Интересно, тебе ещё никто не рассказал об этом? Сарита, например. Она, похоже, считает, что вся деревня проклята с тех пор, как в моем доме жила она. Видишь ли, это глупость. Ты согласен, надеюсь?

– Горная колдунья жила здесь? С тобой? – поразился Ардай.

Отец кивнул, отведя глаза.

– Она была моей женой. Очень недолго. Она умерла. Валента… была очень красивой, доброй, замечательной, и ничего колдовского в ней я не заметил. Она была такой же, как любая другая женщина. Так вот, она немножко рассказывала мне про драконов.

Некоторое время Ардай молчал, потом сказал:

– Я знал, что до мамы у тебя была другая жена. Но не слышал о том, что…