Наталья Самсонова – Траарнская Академия Магии (страница 9)
У Иржин на виске заполошно билась синяя жилка. Больше всего на свете леди дер Томна желала шарахнуть по двум уродам со всей силы. У нее даже пальцы сами собой сложились в сильнейшее атакующее проклятье. Но она не была уверена, что после такого финта ее допустят к учебе.
«Встать на колени? Их двое, они легко докажут, что я действительно это сделала. Но, может, у них хватит совести промолчать?» — мелькнуло у нее в голове. Но как только Иржин представила, как она медленно опускается перед ними на колени, как униженно просит подсказать, что же ей делать дальше…
— Никогда, — жестко выдохнула леди дер Томна. — Я — дер Томна, я леди, а не трущобное отребье.
— И что же ты будешь делать? — с насмешкой спросила Авертин.
— Я попаду к воротам Академии, — уверенно произнесла Иржин, — и поступлю. А после я буду мстить. Я найду ваши слабые места, и вы проклянете сегодняшний вечер.
Повернувшись спиной к остановке, Иржин решительно шагнула в темноту. Она должна была проверить, пустит ли ее эта странная магия к Академии. Пешком идти больше трех часов, но она сможет добежать. Этот свой талант леди никогда не выставляла на всеобщее обозрение, мастер Версар занимался с ней отдельно. И сейчас пришла пора использовать козыри. Хоть наставник и просил скрывать талант до последнего.
— Остановись, ненормальная, — крикнул Гилмор, — ты не успеешь пешком. Мы погорячились, признаю.
— Просто возьми свои слова назад, и мы все расскажем, — добавила Авертин.
На что Иржин, не оборачиваясь, послала их туда же, куда папенька однажды направил одного из своих поставщиков. Мама смогла зажать уши только Валену, а Иржин всегда отличалась хорошей памятью.
— И она называет себя леди, — это было последнее, что леди дер Томна услышала.
Больше она не слышала ничего, кроме потрескивания сгустившейся вокруг магии. Синие и желтые крошечные молнии выстилали для нее путь. Путь, по которому не может пройти никто, кроме нее.
Глава 4
Ректор Десуор с обреченной усталостью посмотрел на исступленно ругающихся преподавателей и тяжело вздохнул. По счастью, жизни студентки дер Томна уже ничего не угрожало — штатная целительница вовремя оказала ей помощь. Подумать только, девушка вложила всю свою силу, в том числе и жизненную, чтобы добраться до Академии. Неужели вопросы оказались настолько сложными?
— Кто-нибудь допросил ее проводников? — спросил ректор, но увлеченные ссорой преподаватели проигнорировали его вопрос.
В ту же секунду все присутствующие потеряли возможность говорить и двигаться. Затем неведомая сила рассадила всех по местам, а температура в кабинете упала до ноля градусов.
— Я спросил, — мягко улыбнулся ректор Десуор, — кто-нибудь опросил проводников? Кто должен был встретить соискательницу Иржин? Альтин?
Полукровка откашлялся и хрипло произнес:
— Я отправил старост пятого курса Авертин и Гилмора. Они хорошо зарекомендовали себя.
— Приведите их сюда, — все так же мягко приказал ректор. — Мои дорогие коллеги, я не знаю, что заставляет вас терять разум и собачиться подобно базарным торгашам. Но в моем кабинете никто не смеет повышать голос.
Встав, Десуор подошел к шкафу, вытащил оттуда тяжелую квадратную бутыль и стакан с толстыми стенками. Плеснув себе немного виски, он поставил бутыль на место и вернулся за свой стол.
— Детское поведение и попытки свести старые счеты в моем присутствии будут нещадно караться, — продолжил он, — я не потерплю подобного неуважения к себе. Вы лицо нашей Академии, вы краса и гордость Траарна. Какой пример вы подаете студентам?
Закинув ноги на стол, Десуор пригубил виски и усмехнулся:
— Разве вам сейчас приятно? Сидите, скованные по рукам и ногам, безголосые, беспомощные. Сидите и смотрите на меня, опутавшего вас заклятьями. Приятно? Вряд ли. Запомните это ощущение. Если я еще раз увижу подобную свару — последствия будут куда хуже. Обещаю.
Он щелкнул пальцами, и преподаватели обрели свободу. Заговорить никто не осмелился, а потому скрип открывшейся двери был особенно противен.
— Студенты Авертин и Гилмор доставлены, — провозгласил Альтин и добавил: — Взял на себя смелость пригласить магистра Эриера.
— Мне нравится эта тишина, — прошелестел менталист. — Многозначительное молчание и целый ворох обид. Вы изволили гневаться, милорд ректор?
— Немного, — усмехнулся Десуор. — Итак, старосты пятого курса, что вы можете сказать о студентке дер Томна?
Но ректору уже не были нужны показания студентов. Он видел их затравленные взгляды и виноватые лица. Что бы ни произошло между ними и первокурсницей, старосты явно осознают свою вину.
— Она сильная, — первым начал Гилмор. — У нее хороший контроль над силой, очевидно, обучалась на коммерческих курсах.
— Да, соглашусь с Гилмором, — глухо произнесла Авертин.
— Почему же соискательница не пошла по цепочке вопросов? — спросил Десуор.
— Мы не успели сказать, — развела руками Авертин и тут же добавила: — Высокомерная дрянь не захотела встать на колени.
Через секунду оборотница испуганно всхлипнула и зажала рот. Но, увы, вместо нее заговорил Гилмор:
— Мы решили проучить девицу. Вырядилась так, будто на прием пришла. Но вообще мы заранее сговорились.
В абсолютной тишине были слышны тихие всхлипы Авертин и сухой, безэмоциональный голос Гилмора.
— Вы не перестарались, магистр Эриер? — с интересом спросил ректор. — Столь мощное воздействие на разум студентов… Не пострадает ли их мозг?
— Ни в коем случае, — ответил колдун. — А мальчику и вовсе на пользу. Он изначально не желал во всем этом участвовать, но, влюбленный в свою напарницу, не смог противиться ее желанию.
— Откуда такая ненависть к почти исчезнувшему роду? — спросил Десуор.
— Мы просто хотели пошутить, — с отчаянием произнесла Авертин. — А потом как-то все стало слишком серьезно. Но она зло, зло в чистом виде! Она нам угрожала!
— Первокурсница пятикурсникам? — уточнил ректор. — Вас напугало ее обещание?
Ответом ректору была тишина. Эриер развел руками и негромко бросил:
— Длительное воздействие на разум не осужденного разумного существа карается лишением свободы на срок от шести лет. Но, как мне кажется, мы услышали достаточно.
— Старосты что-то хотят сказать в свое оправдание? — холодно спросил ректор.
Тишина.
— Студентка дер Томна вовремя добралась до ворот Академии, вот только она прибыла уже в бессознательном состоянии. Она едва не лишилась жизни, — спокойно говорил Десуор. — И не говорите мне, что ей было достаточно встать на колени. Не пойму. Магистр Дилан, вы глава факультета боевой магии. Авертин ваша студентка, потому и решать вам. Магистр Труви, вас это тоже касается, судьбу Гилмора решите вы.
Глава факультета Иллюзий тяжело вздохнул и укоризненно произнес:
— Гилмор, как же так? Вы определенно не можете больше занимать такой ответственный пост. Но это не наказание, это следствие того, что вы слишком незрелы для того, чтобы быть старостой.
— Согласен, — басовито прогудел магистр Дилан, — не везет моему факультету со старостами. А ведь у пятого курса всегда были старосты от иллюзионистов и от боевых.
— Значит, пришло время что-то менять, — кивнул магистр Труви. — Вот мое решение: я выбрал лучшего из лучших, и он оказался недостоин. Значит, право выбрать старосту для пятого курса переходит от факультета Иллюзий к факультету Травоведения.
— А мы передаем это право факультету Общей магии, — согласился магистр Дилан. — Также студентка Авертин теряет пятьдесят личных баллов. Учитывая, что максимальное количество баллов, которое может заработать студент, равняется пяти сотням, — не так много я и отнял.
— А учитывая, что максимум не собрал ни один студент, — тонко усмехнулся магистр Труви, — это очень жестоко. Вы, Гилмор, можете выбрать — разделить наказание с Авертин и тоже отдать пятьдесят баллов или…
— Или? — хрипло спросил полукровка.
— Или ничего, — широко улыбнулся Труви. — Вот мое для вас наказание: вы можете сами решить, разделить ли участь вашей возлюбленной или остаться безнаказанным. Но хочу вам напомнить, если у вас будет недостаточно баллов, то вы не сможете посещать дополнительные занятия. Итак, юноша, что для вас важнее, любовь или образование?
В кабинете воцарилась звенящая тишина. Авертин не отводила глаз от своего напарника, а он, зажмурившись, что-то беззвучно шептал.
Десуор взглянул на магистра Эриера и жестом спросил мнение менталиста.
— В его разуме буря, — покачал головой колдун. — Труви жесток.
Заполошный стук, и дверь открывается:
— Девушка пришла в себя! Вы велели доложить.
Целительница Лорна замерла в дверях. Ректор посмотрел на все так же молчащего студента, потом перевел взгляд на Эриера и коротко бросил:
— Проконтролируйте безобразие. Идемте, Лорна. Навестим нашу упорную первокурсницу.
Последнее, что она запомнила, — ошеломленные лица встречающих. Кажется, ей удалось что-то сказать, что-то вопросительно-приветственное. Потом к лицу бросилась брусчатка, а в голове взорвался шар ослепительной боли.
— Она очнулась, — пронзительно вскрикнул кто-то невидимый.
Последовавший за этим топот едва не отправил Иржин обратно во тьму обморока.
«Хорошо, что я понимаю и знаю, кто я. Остается только осторожно открыть глаза и понять, где я. Хотелось бы, чтобы это было что-нибудь академическое. Хотя бы чуланчик», — подумала Иржин.