Наталья Самсонова – Траарнская Академия Магии (страница 3)

У Иржин от ужаса засосало под ложечкой. Здесь всего один свидетель и тот делает вид, что его здесь нет. Если Валдерис увезет ее и обесчестит… В этом случае от брака не спасет ничто и никто. Закон суров — насильник обязан покрыть позор девицы и жениться на ней. Как будет жить девица — никому не интересно, главное, что позор прикрыт.

— Покинуть королевский бал в компании мужчины сомнительного статуса? Моя репутация будет уничтожена. — Она попыталась отойти от Валдериса, но тот сжал пальцами ее локоть.

— Сомнительного статуса? — переспросил Гидеон Валдерис и растянул губы в змеиной ухмылке. — А ваш статус, значит, сомнений не вызывает.

Он подтянул ее ближе к себе и коснулся носом ее волос. Перепуганная Иржин была готова поклясться, что слышала его шепот: «Сладкая, чистая».

— Милорд, что же вы делаете? — Иржин нервно улыбнулась. — Вы ведь мне не жених.

— Лишь из-за того, что ваш отец непозволительно долго изучает брачный контракт. — Он склонился так близко, что Иржин ощутила чужое дыхание на своих губах.

И нельзя сказать, что это ощущение ей понравилось. Вместо радостного предвкушения ее охватил ужас и беспокойство. Но, смирив зашедшееся сердце, Иржин отклонилась назад и выдохнула:

— Так ведь это не простая писулька. Контракт регламентирует жизнь замужней женщины.

— Жизнь замужней женщины регламентирует ее супруг. И я научу вас находить в подчинении особое удовольствие.

«Ты почти боевой маг, — напомнила себе Иржин, — нельзя нападать, но можно напугать». Она осторожно, почти нежно потянулась к своей магии. Ни в коем случае нельзя причинять Валдерису вред, но если он подумает, что ему грозит опасность, то отпустит ее. А она потом скажет, что просто хотела похвалиться контролем над силой.

Валдерис оттолкнул Иржин сразу же, как заметил голубоватое сияние. Правда, уже через мгновение он справился с первым страхом и цепко ухватил ее за локоть.

— Вам не стоит так шутить со мной, леди.

Леди дер Томна крепко стиснула кулаки и поклялась себе, что не допустит этого непотребного брака. «Любой ценой, — подумала она, — любой ценой я поступлю в Академию или стану частью крылатых гонцов». Еще у нее была маленькая мечта — открыть людям правду и вернуть своему роду былое величие. А если она станет леди Валдерис, на мечте можно будет поставить могильный камень.

— Это не шутка, милорд, — натянуто улыбнулась она, — я просто хотела показать вам, как хорош мой контроль над магией.

«Неужели никто больше домой не собирается?!» — взвыла про себя Иржин. Ситуация ухудшалась с каждой секундой. Еще немного, и Валдерис просто втолкнет ее в свой ленвинд. Вон, прислужник уже спускает его.

Истинной музыкой для слуха стала знакомая поступь — к ним приближался лорд Тевон дер Томна. Защитник и спаситель своей безалаберной дочери.

— Иржин, доченька, я же сказал тебе лететь домой, — мягко произнес Тевон. — Здравствуй, Гидеон. Нехорошо так компрометировать девицу. Ладно Иржи у меня юная да безголовая, но ты-то должен понимать, чем ей такие беседы грозят. В темноте, с мужчиной. Ай-яй.

— Она станет моей женой, — процедил Валдерис.

— Вот как станет, тогда и будете в темноте зажиматься. А сейчас до свидания, Гидеон.

Гидеон Валдерис отпустил локоть Иржин. Правда, напоследок он так сжал пальцы, что девушка была уверена: останутся уродливые синяки.

— Почему я до сих пор не увидел ваш положительный ответ на мое предложение? — жестко спросил лорд Валдерис.

— Потому что образование у нас с тобой, Гидеон, разное. Тяжело мне даётся чтение таких мудреных документов, — с мягкой, смущенной улыбкой ответил лорд дер Томна.

Иржин с трудом удержала смех. Сейчас, рядом с отцом, она ничего не боялась. И видеть, как любимый папа водит за нос Гидеона, было очень смешно. Ведь она точно знала, что Тевон дер Томна был одним из первых, кто начал изучать юридику, самую молодую науку о законах и их толковании.

— Я подожду не больше недели, — бросил Гидеон, резко развернулся и ушел прочь.

— Напугалась? — Тевон приобнял дочь.

— Ужасно, — шепнула Иржин.

— Ну, сделала, что хотела?

— Нет, не удалось, — вздохнула она. — Давай домой. Я перед балом отправила документы еще раз.

Перед ними опустился удобный трёхместный ленвинд, и Тевон помог дочери залезть внутрь.

— Говорил я, нечего здесь делать, — ворчал отец по дороге домой. — Мать уже неделю молчит и плачет по вечерам. Эх, будь он проклят, этот благородный род. И с горба-то его никак не скинуть!

Иржин прижалась к отцу и шепнула:

— Зато и плюсы есть. Ты смог купить мне три годичных колдовских курса. Да, у нас нет влияния и политического веса. Но остались деньги.

— А толку-то? Курсы твои нигде в бумагах не фигурируют. Деньги на ветер, — сердито произнес Тевон.

— Думаю, лучше иметь знания и навыки, чем бумажку об их наличии, — фыркнула Иржин. — Всех претендующих на место в Крылатой Службе подвергают такой проверке, что проходит хорошо если половина.

— Ты не оставила эту мысль? — Тевон тяжело вздохнул. — Что ж я за отец, если не могу тебя отстоять.

— Самый лучший отец, — уверенно ответила Иржин. — Ты ведь мог принять его сторону, не мою.

— Какие глупости! Дочь у меня одна. Продавать родную кровь за деньги — последнее дело. Вот мы и прибыли. Ну ты посмотри, наша мама сидит в саду. Сказал ведь, что все будет хорошо. Нет, переживает.

Сверху был виден вынесенный в сад стол, покрытый светлой скатертью, и три стула, на одном из которых сидела леди Дарина дер Томна. Над ней висел светлячок, а в руках леди сжимала книгу. Но и отец, и дочь знали: вряд ли леди прочитала хоть строчку. С тех пор, как Валдерис начал добиваться Иржин, леди Дарина потеряла покой.

— Все переживают, — буркнула Иржин, — знать бы ещё, с чего он в меня вцепился!

— Ты красавица, сильная колдунья, — задумчиво отозвался Тевон.

— Я хороша, — спокойно сказала Иржин. — Но не настолько.

Лорд дер Томна ловко направил лендвинд к ангару.

— Когда ты была маленькой, на твои шесть лет мы давали прием. — Лорд дер Томна опустил ленвинд на площадку и помог дочери спуститься. — Помнишь?

— Это было ужасно, — кивнула Ирж и прикрыла рот ладонью, — уай, я уже зевок не могу удержать. Спа-а-ать. К маме, а потом спать. Не будите меня днем. Только если на похороны Валдериса.

Тевон усмехнулся в густые усы, помог дочери спуститься на землю и продолжил:

— Валдерисы тогда были не столь влиятельны и посещали все, даже самые сомнительные, рауты. Так они оказались у нас. Это был последний прием, который мы давали. Гидеону тогда было семнадцать. Его отец пошутил, что для парня подрастает невеста. Помнишь, что ты на это сказала?

Иржин удивлённо посмотрела на отца:

— Смеёшься? Я о самом приеме помню только то, что платье было неудобным, жарким и длинный подол путался в ногах. Отвращение к платьям у меня оттуда.

Они вышли к саду, и вокруг тут же засияли крошечные огоньки. Это заклятье придумала леди Дарина, когда Иржин была совсем ребенком. С тех пор эти маленькие искорки стали частью их повседневной жизни.

— Мы тогда все посмеялись, — невесело усмехнулся Тевон. — С истинно детской непосредственностью ты прошлась по внешности Гидеона и заявила, что умрешь старой девой, лишь бы не становиться его женой. Это слышали много людей — и парня подкалывали до конца вечера.

Иржин поперхнулась смешком. Да, порой у нее язык срабатывал быстрее мозга. Но ей же было всего шесть лет, неужели он мог затаить злобу?

— И что, спустя четырнадцать лет он решил жениться из-за детского лепета избалованной малявки? — усомнилась Ирж.

Лорд дер Томна рассмеялся, приобнял дочь и шутливо ее поддел:

— А какая ещё у него может быть причина? Твой дивный нрав? Сама ведь говоришь, что хороша, но не слишком. Идём, мама ждет.

К их приходу Дарина уже разлила по чашкам ароматный чай. Иржин принюхалась и кивнула сама себе — успокоительный сбор и несколько травок для глубокого, безмятежного сна. Мама всегда знает, что нужно ее дочери и супругу. Никто ничего не говорил — домочадцы давно привыкли, что расстроенная мама не говорит. Остаётся только ждать, пока леди Дарина справится со своими чувствами.

Глава 2

Проснулась Иржин разбитой. Всю ночь ей снился оскорбленный эльф-альфонзо. Подсознание дополнило реальность, и во сне спаситель скорбно качал головой, укоризненно вздыхал и, понурившись, уходил. Можно сказать, что Иржин проснулась от ощущения жгучего стыда. Ведь он, в конце концов, не дал ей упасть. А она, преисполненная благодарности, нахамила ему в лучших базарных традициях. Кошмар.

Перевернувшись на другой бок, Иржин приказала себе не думать об этом. Тот мужчина наверняка ее не вспоминает.

"Он, скорее всего, ещё не проснулся и лежит в постели с какой-нибудь беспечной леди, — сердито подумала Ирж и вздохнула, — а я тут совестью мучаюсь. Несправедливо".

Но уснуть все равно не вышло. Проснувшаяся совесть неутомимо грызла Иржин, поэтому она решила встать и заняться чем-нибудь полезным. Прием в Академию продлится ещё две недели. Следует быть готовой ко всему. Никто не знает, каким испытаниям подвергают поступающих. А ведь за эту информацию платят полновесным золотом.

Нет, для тех, кто поступает на коммерческие курсы, планка снижена: докажи, что умеешь читать и писать, — и все, ты студент.

А вот те, кто претендует на диплом… Никто из них даже не представляет, что придётся сделать ради поступления. Их умение читать и писать подтверждает свиток о начальном образовании…