Наталья Самсонова – Факультет судебной некромантии. Практика (страница 43)

- Кого?

- Неважно, - отмахнулась я от Карисы. - В общем, не стоит ничего затевать за спиной предположительного умного и подлого противника.

- Чего ты его сразу подлым-то? - поразился Вьюга.

- Да потому, - рыкнула я, - что вокруг нас будто петля затягивается. Не наш ли принц в интригах упражняется? Силы не дали боги, так, может, он мозгом силен.

- Мы в стане врага, - со смаком произнес Дар, - значит, станем осторожней.

- Главное, это не выпячивать, - кивнула Кариса.

- Идем? - поднялся Верен.

- Под вечер? - нахмурился Лий и тут же прибавил: - А хотя да. Мы же наивные и честные некроманты, которые бегут спасать своего венценосного друга.

- Так поскакали, - скомандовал Вьюга и открыл дверь.

«Скакать» нам пришлось долго. Сначала едва-едва разминулись с Роуэном. Хоть мне и кажется, что он нас почуял. Потом выскочили пред светлы очи милорда фон Райт, папеньки Тиламины. Он обжег нас таким добрым взглядом, что мне захотелось провериться на проклятья - мало ли что.

- Да что они все выперлись-то? - возмутился Лий. - Что за выгулка?

- Так маньяк на поводке, - хмыкнула я, - можно гулять и предаваться любовям. Вон, прислушайтесь, что за углом происходит.

Верен покраснел и прибавил шаг. Мы, посмеиваясь, догнали его и притормозили у входа в покои принца.

- А почему его никто не охраняет? - пришла мне в голову мысль.

- Магия, - пожала плечами Кариса, - наверно. Защитные плетения и прочее.

Толкнув дверь, мы вошли внутрь и расселись на маленьких креслицах. Обезличенно-официальная зона ожидания была мне уже знакома. Серо-голубые тона как бы намекали нам на то, что пришли мы незваными.

- Рысь? - Элим выглядел сонным. - У меня когда сигналка засветилась, я даже не поверил, что ко мне кто-то пришел. Пойдемте.

- А не тут? - я развела руками, намекая на то, что нам не по чину входить так далеко.

- Я тут не люблю, сразу как-то холоднее становится. Идем. Вина?

- Да тут, наверное, без самогонки не обойтись, ваше высочество, - хмыкнул Вьюга.

- У меня есть, - пожал плечами Элим. - Давно стоит, правда. Подарок из Степи. Настояли на том, чтобы вручить лично в руки.

- Отлично, - потер руки Лий, - с друзьями надо делиться. А орочий самогон - это очень весело!

Настоящего веселья не вышло. Элим практически не пил, да и мы только рюмки «целовали». Не возникало у нас ни малейшего желания действительно пошалить. Но его высочеству нравилось. На мгновение мне даже стало стыдно из-за всех наших подозрений. Но только на мгновение.

Да и на дверь нам указали довольно по-королевски, снабдив с барского плеча двумя бутылками крепленого вина.

- Если кому-то не дано дружить, - глубокомысленно произнес Вьюга, - то зачем пытаться?

- Затем, что отсюда нужно свалить живыми и ничем не заклейменными, - отозвалась я. - Не хочу я королевского вина.

- В буфет поставим, как Лия оправдают, так и повод выпить будет, - ответила Кариса.

Волчица вклинилась между мной и эльфом и обняла нас обоих за плечи. Крепко, будто мы можем куда-то убежать.

- Иногда так хочется сдохнуть, - вздохнула я.

- Или чтобы сдох кто-нибудь другой, - в тон отозвался Лий и уложил руку на талию Карисы.

Закрывая дверь в нашу гостиную, Вьюга широко зевнул и предложил:

- Давайте спать, завтра будут новые проблемы.

Зевок Дара оказался заразительным. Но увы, спать мне не пришлось. Зайдя в нашу с Лием совместную комнату, я едва успела поймать падающего лицом вниз эльфа.

Мой развеселый предок довольно радикально избавился от острых эльфячьих ушей - едва не убившийся Лий тоненько посвистывал, что означало крепчайший сон.

- Поговорим? - улыбнулся Кигнус. - Флер уже должен был с тебя слететь.

- Помоги его уложить, - пропыхтела я. - Жилистый, а тяжелый.

Кигнус легко подхватил эльфа на руки и уложил в постель. Я разула друга и укрыла его одеялом.

- Я сейчас не понял, кто твой возлюбленный. А, вижу, поводок? Эту гадость еще используют?

- Я так второй раз уже в это заклятье вляпалась, - вздохнула я и села на свою постель. Кигнус устроился напротив.

- Думаю, у тебя много вопросов.

Я провела ладонью по волосам, снимая иллюзию, и негромко произнесла:

- Для начала, расскажи вот об этом.

- Да я все сказал, - пожал плечами предок.

- Нет, не все. Почему меня сожгут, если узнают? Для чего ты сам провел этот ритуал, если он никаких свойств не несет?

- Я поспешил приравнять твой разум к своему, - покачал головой Кигнус. - Ну как же нет свойств - я жив только благодаря этим цветам! Смерти я никогда не боялся, что и привело меня к экспериментам - слишком часто я видел ту сторону, и вероятная гибель не страшила. Я поставил себе цель - стать Легендой, стать тем, о ком поют в тавернах, по кому вздыхают девушки. И этот эксперимент, игры с живокостью, - только начало. Об нем было известно немногим. Собственно, мой вероломный друг хотел повторить мой путь, старость и немощность добрались и до него.

- Так почему костер, - напомнила я, - это мне интересно больше всего. Я порядком засветилась со своей «красотой».

- Потому что живокость можно использовать для созданного мной ритуала обуздания магического дара и для воскрешения мертвых. Ты знаешь, что наше законодательство сулит воскрешателям?

- Костер, - едва шевеля губами, произнесла я. - Подожди, не путай меня. Но ведь твой ритуал, ритуал, который дал тебе запредельную регенерацию, - это тоже использование живокости. И оно не направлено на воскрешение мертвых.

- А теперь скажи мне, дитя неразумное, сколькие захотят себе «запредельную регенерацию»? Живокость цветет только в особых местах и исключительно по своему собственному, никоим образом от нас не зависящему циклу. Скольких ты сможешь облагодетельствовать и сколькие «пролетевшие» поверят тебе? Тому, что ты и правда не можешь им помочь? Как скоро ты окажешься в чьем-нибудь подвале?

Я опустила голову. С такой точки зрения я на проблему не смотрела.

- Значит, мне нужен текст твоего ритуала. Тот, который известен всем.

Нагнувшись, я вытащила из-под кровати видавшие виды тетрадь, третью часть «Большой Рысиной Энциклопедии», и протянула предку:

- Пиши и рисуй. Я потом художественно доработаю и потеряю листик.

Пока Кигнус корпел, старательно выписывая руны, я рассматривала спящего Лия. В кои-то веки друг спал спокойно. Это на него так присутствие легендарного подействовало?

- Это наведенный сон, там, во сне, сбылась его самая-самая мечта.

- Я вслух сказала?

- Нет, я иногда слышу твои мысли, - усмехнулся Кигнус. - Я слишком долго был в тебе.

- Фу, как отвратительно прозвучало. Ты сказал - «флер» выветрился. Что это значило?

- Я затуманивал твое сознание. - Легендарный протянул мне тетрадь и добавил: - Для живой души и разума соседство с мертвой или потерянной душой оборачивается сумасшествием. Я предпочел защитить тебя. Это плохо?

- А сказать?

- А если бы не вышло?

Мне стало немного обидно, но и обвинять я не могла. Он спасал свою жизнь и рвался из царства мертвых любой ценой. Что ему какая-то девица.

- Когда ты будешь давать присягу? - почти безразлично спросила я.

- Я бы не позволил тебе пострадать, Рысь, - уверенно произнес он. - Я знал, что делаю.

- Я поняла, - кивнула я. - Так когда?