Наталья Румянцева – Кот Мурлок (страница 2)

–Мурлок на меня весь вечер влюбленными глазами смотрит. – Услышал я, как она хвастается хозяину в комнате.

–Любит он тебя. – Сделал абсолютно нелогичный вывод двуногий.

– Ну можно и так интерпретировать. – Подумал я и, дождавшись, когда из их комнаты раздастся храп, включил ноутбук, ввел пароль и приготовился писать.

«Жил был кот, и он любил поесть. А ещё он любил гулять и спать….» – Настрочил я и задумался. А что писать то? Посидел с зависшей лапой пару минут, вздохнул.

Ладно, устал сегодня. Завтра с утра продолжу. Главное, начало положено.

День, следующий после дня Икс. Пятница.

Все, что вчера написал пришлось удалить. Как -то слишком заурядно. Пока мыслей нет, что писать, да и отвлекают. Вроде пятница, а Малой с хозяйкой дома остались.

Для книги должны сложится три важных жизненных обстоятельства.

1. Вдохновение

2. Богатый жизненный опыт

3. И тишинаааааа.

Если с первыми двумя пунктами у меня всё в порядке, то с третьим проблема.

– Мама!

–А?

–Мама!

– Что?

–Мама!

–Что Миша?

–Ничего. Просто я люблю тебя.

–И тебя люблю.

Такс Малой маму любит. А она его. А я люблю поесть и тишину. Пойду поем хотя бы. Тишины похоже сегодня не будет. Пока шел проворно ускользнул из рук Малого. Добрался до миски окольными путями. Она пуста. Я привлекать внимание лишний раз не хочу. Но голод не тетка, пришлось сказать свое «Мяу» несколько раз.

Пришла хозяйка, равнодушно заглянула в миску.

–Мурлок! Я же кормила тебя! Утром!

Смешная. Она вообще на часы смотрела. Утро было два часа назад. Сейчас же 9:00. Почти обед.

Еды не дождался. Хлебнул водички, пошел на свое любимое кресло для принятия решений. лег и уснул.

Снились мне сосиски. Настоящие, из мяса. Бабуленька, у которой я служил мышеловом такие делала. В одной из моих девяти кошачьи жизней, которая протекала в деревне. Поел во сне. Во сне мысли сами собой в строчки сложились.

Стихотворение о сосиске

Сосиска – прекрасная это еда!

О, как ты свежа, как ты жиром полна!

И кетчуп из раны на брюхе твоём

Течёт будто кровь,

Ты вся уже в нём.

И вилка втыкается

В кожу тебе.

И ты уж горишь вся,

Ты словно во сне.

И ножик большой кусок отрезает,

И вот ты во рту,

Тебя зубы встречают.

Сосисочный сок

Течёт по губам,

Сосиска закончилась.

И сладостный миг был очень мал.

Проснулся от дикого крика. Так кричали индейцы, когда возвращались с охоты. Неужели кабана поймали – обрадованно подумал я сквозь сон. И потом до меня дошло, что я давно уже живу мирной жизнью домашнего семейного кота и кабанов тут у нас не водится. А кричит Малой.

– Осторожно!!! – Вдруг заорала хозяйка. – Там кот леж…

Поздно. Малой уселся на меня. Что поделаешь? Весит он немного, я крепкий, но все равно неприятно. Главное не успеть стихотворение про сосиску забыть. Тьфу ты. Записать говорю надо стихотворение. Но это, когда дома никого не будет.

В итоге записать стихотворение и сесть за свой роман удалось только ночью, когда все уснули. Да и то хозяйка бродила периодически. Я едва-едва успевал захлопнуть крышку ноутбука и притвориться спящим.

Решил написать приключенческий повесть роман про Дикий Запад. Получилось вот такое начало:

 Я стоял у дверей салуна «Жареная куропатка» и читал объявление о том, что разыскивается кот по кличке Гадкий. Поди поймай этого пройдоху. Невесело усмехнулся я про себя и собрался было зайти внутрь, как внезапно кончиком хвоста ощутил дыхание свистящей пули. А в следующий миг она угодила прямо в мой новенький кед. Теперь он дыряв. Грустно.

Добавив во взгляд металла, я обернулся и наткнулся на гадкий взгляд Гадкого.

-Ты продырявил мой кед! – Сказал я, жестко припечатывая каждое слово шевелением своих усов.

Гадкий судорожно пытался перезарядить свой кольт. Не медля не секунды более, кончиком хвоста я выхватил пистолеты, ловко обернул его вокруг своей оси и направил дуло пистолета прямо в лоб наглому рыжему коту, который осмелился стрелять мне в спину.

– Не терплю невеж. – Сказал я и нажал на спусковой крючок.

– Пожалуйста месье! Не убивайте его, – раздалась отчаянная мольба откуда-то боку. Я чуть повернул голову, да это же Цыпа. Что она делает здесь? И неужели влюблена в этого рыжего? А как же тот наш совместный обед, когда я поделился с ней своей котлетой, украденной из-под носа у соседки тети Веры, завоеванной в неравном с бандой диких койотов. Как же совместная охота на мышей дачника Петра Петровича.. Как же наши рандеву под луной?

Я немного расчувствовался и всплакнул, продолжая при этом печатать на клавиатуре. Все, что касается Цыпы – это слишком личное. Пока я неопытный писатель и забываю, что в книге я не дачный кот, а честный ковбой на Диком Западе. Я шмыгнул носом и в расстроенных чувствах захлопнул крышку ноутбука лапой. Допишу завтра.

Пошел поел. Еда в миске была. Все же иногда хозяйка меня кормит.

Наступила Суббота

На утро наступила суббота. А это значит, что впереди два дня выходных. Прощай роман. У нас, когда Малой дома под вечер все доползают до кровати, в том числе и я. Каждый новый понедельник я встречаю с облегчением, с дёргающимся глазом и помятым левым ухом.

Позавтракал. Малой смотрел мультики, забравшись на стол.

–Миша, слезь со стола! – Нервно сказала хозяйка в пятидесятый раз. Я- то знаю, чего она нервничает. Переживает, что упадет. Но если мультик выключить, орать начнет малой, а если его на руки взять и спустить на пол, начнет не только орать, но и драться. Надо, чтобы сам слез.

– Считаю до десяти. Кто не слезет, получает санкции. Раз, два, три…

–Не хочу сансии – Взмутился Малой и слез со стола.

Что за санкции такие, которые он боится получить? Ремня, что ли она ему так пообещала?

Я не понял, махнул хвостом и пошел на улицу. Гадкий перегородил мне дорогу, впрочем, это он в романе он у меня гадкий, а тут его Рыжиком зовут. Тьфу. И что она только в нем нашла.

Пошипели друг на друга немного. И тут из под забора вышла Она. Цыпа. Беленькая и пушистая. Нежно мяукнула, глядя на Гадкого Рыжего и полностью, игнорируя меня и махнув хвостом исчезла под воротами. Рыжий победно взглянул на меня и отправился следом.