Наталья Ручей – По праву Дракона (страница 8)

Пришел проверить, выполнила ли я его поручение, сбежала ли из академии? Ну вот, видимо, сейчас придет пора ему узнать, что это невозможно.

Но нет, кажется, он зашел по делу. Только сейчас я увидела две книги у него в руках.

– Возвращаю, – сказал он, положив книги на стойку.

Быстрый взгляд – и он оценил обстановку. Я только сейчас вспомнила, что корзина с цветами и конфетами так и осталась на стойке. Наверное, следовало ее куда-то убрать, но теперь уже точно было поздно. Еще одно резкое движение, и дракон вырвал листок из моих рук.

О демоны, это же бланк!

Его взгляд стремительно потемнел. От безразличия не осталось и следа. Не было сомнений в том, какой вывод он сделал: цветы, конфеты и пустой бланк о том, что кто-то готов взять меня в собственность.

Я хотела объясниться, сказать, что все это не более чем недоразумение, но не успела. Глаза дракона полыхали яростью.

Резкое движение руки – и корзина с конфетами полетела на пол. Я испуганно ойкнула.

С легкостью, словно я была пушинкой, дракон вытащил меня из-за стойки и прижал к стене. Разумеется, в его распоряжении оказалась не я сама, а многочисленные подушки, которыми я была обложена не хуже иного дивана. Но это не спасло.

Он сжал меня так крепко, что силу его рук я почувствовала даже сквозь эти подушки. На весь остальной маскарад надежды было мало… Дракон точно знал, как я выгляжу на самом деле.

Синий взгляд полоснул, будто вспарывая мою временную оболочку и оставляя меня перед ним, как и ночью – беззащитной и почти обнаженной. Он видел мой страх. И, к сожалению, не только его. А и трепет, который меня охватил, стоило ему поддеть пальцем пой подбородок.

Заставлял смотреть на него.

Видеть только его.

Слышать и чувствовать только его.

Все остальные краски, звуки – все растворилось, исчезло. Остался лишь он. Я. И тяжелые подушки, которые хотелось сбросить с себя, чтобы стать еще ближе.

Легкая, понимающая усмешка.

Губы дракона опалили горячим дыханием мое ухо.

– Контракт, значит… – это был даже не шепот, а скорее шипение, в котором отчетливо слышалось недовольство.

Одной рукой он уперся в стену над моей головой, а второй вновь коснулся моего подбородка. И я не знаю, какая из его рук больше напоминала капкан.

Я видела, что он напряжен, и в то же время его касания не были резкими или жесткими. Наоборот, они искушали нежностью. А ласка – это путы сильнее оков.

Я не могла пошевелиться. Не могла попросить его отойти. Хотя еще понимала, что это необходимо. Так нужно. Так будет правильно.

Дракон ломал все мои правила своими прикосновениями.

От подбородка его рука потянулась к моим вискам, заставив мои ресницы сомкнуться. И в темноте, которая окружила меня, я лишь отчетливей ощущала его.

Его запах. Осторожные движения его пальцев – вниз, по щеке, к моему приоткрытому от тяжелого дыхания рту.

Подушечка его пальца прошлась по моей нижней губе, чуть надавив на нее.

– Их не спрячешь… – новый шепот дракона пробился ко мне через туманное марево. – Как бы ты ни хотела, не спрячешь. Тем более теперь. От меня.

Его слова пугали. И завораживали, тут же отбрасывая все страхи. Пожалуй, самым страшным для меня в этот момент было бы, прекрати он ко мне прикасаться.

Слышать его шепот. Чувствовать его силу и нежность. Вдыхать его дыхание. Ощущать его запах…

Вот и все, чего мне хотелось. Вот и все, что казалось жизненно необходимым.

И грубая стена, к которой он меня прижимал, не имела значения. Отчасти, конечно, спасибо подушкам. Но думаю, дело в том, что когда с тобой рядом скала, стена кажется хрупкой.

Я не смогла бы его оттолкнуть. Не смогла бы заставить отодвинуться от себя и на миллиметр. Даже если бы и хотела. Сильный. Подавляющий. Мощный.

– И это тоже не спрятать, милая саннита, – в голосе дракона довольство, а его рука на моем более чем выдающемся бюсте.

Сжал пальцы.

Смешно. Там столько всего, что я не должна почувствовать, даже если иголкой проткнуть…

Не должна.

Но чувствовала.

И пальцы дракона тоже. Они слегка сместились и погладили наиболее чувствительные точки, запуская по моему телу маленькие искорки желания.

Сорвать с себя подушки захотелось гораздо сильнее. И вот бы он начал с тех, что на бюсте!

В потоке этих мыслей промелькнуло – «Саннита… Он ведь даже моего имени не знает, наверное, а я такое ему позволяю…»

Но тут дракон сделал шаг вперед, уничтожив и без того мизерные сантиметры, которые нас разделяли, и остатки здравого смысла покинули меня, испарившись вместе со сладостным выдохом.

Мои пальцы потянулись вверх и скользнули в черные, жестковатые пряди дракона. Приятно. Смотреть на них, трогать, чуть тянуть на себя, заставляя лицо дракона стать ближе.

И его губы…

Его губы теперь тоже ближе ко мне. Мягкие? Жесткие? Пока я точно знала – горячие, обжигающие меня вкусным дыханием. А вот каков вкус у них?

Но меня не пугает. Не отталкивает. Потому что этот шепот практически в губы.

И еще более жарко.

Подушки на мне скоро воспламенятся – их точно надо скидывать побыстрее!

Но когда меня так крепко сжимают, раздеваться не очень удобно. А вот кого-нибудь раздевать…

Я расстегнула одну пуговичку на драконьей рубашке. Он и так с ними не очень-то заморачивался, не застегивал все под горло, так что теперь мне открылось очень даже прилично.

Какой-то амулет на толстой цепочке. Кожа загорелая, бархатная. Ладонью я чувствовала, как бьется сердце дракона.

Подняв вверх голову, наткнулась на взгляд потемневших глаз.

Длинный выдох дракона.

А потом он отстранился.

И я будто рухнула с головой в прорубь, когда вернулась реальность. И уж она-то меня не жалела, преподносила все в красках. Таких угрюмых и мрачных, что чёрный среди них бы просто сверкал.

– Через несколько минут начнутся занятия, а я не привык опаздывать, – жестко сказал дракон. От огненной страсти, которой только что пылали его глаза, не осталось ровным счетом ничего. Холод и лед. – Однако нынче же ночью…

Что случится нынешней ночью, он так и не сказал, но это вовсе не было трудной загадкой, ответ слишком уж очевиден.

Дракон вышел, хлопнув дверью так, что затряслись полки. Я окинула взглядом библиотеку и тут же принялась наводить в ней порядок.

Не могу сказать, что для меня чистота в помещении важнее любых переживаний. В любой другой комнате замка я бы спокойно пережила и разлетевшиеся бумаги, и рассыпанные по полу конфеты и лепестки. Но не в библиотеке. Здесь любой намек на беспорядок вызывал у меня что-то вроде кожного зуда. Ничего ужасного, но переносить его долго было невозможно. Так что я принялась за уборку.

Слезы сами собой текли по щекам, и я не особенно беспокоилась о том, что грим будет испорчен. Какая теперь разница? Никакой.

Когда я заканчивала уборку, послышался уже знакомый мне шелест страниц, который сливался в тихий шепот.

Неужели я так увлеклась наведением порядка, что даже не заметила, как закончился рабочий день? Первое время я не прислушивалась к тому, о чем говорят книги. Слишком уж была погружена в свои горестные размышления и отвлеклась от них только тогда, когда они начали ожесточенно спорить. Кое-кто даже на повышенных тонах.

– Я считаю, мы должны ей сказать…

– Вот еще, много чести. – О, этот голос я сразу узнала. Та самая тощая вредина, которая особенно усердствовала, критикуя мою внешность. – Пусть дракон тащит ее в свое логово. Чем она лучше других?

– Лучше, – подал голос один из серьезных толстых томов. – Она, между прочим, о нас заботится.

– Это ее работа, – не унималась стервозная фифа.

Вот переставлю ее в самый дальний угол, будет знать! У нас, между прочим, разные весовые категории. Даже не имея в виду мои подушки. Силы явно не равны. Ей бы сидеть да помалкивать…