Наталья Ручей – Любовь в облаках (страница 50)

Родители пытались их сдерживать, но чертиков… ой… дракончиков… не так просто поймать.

Когда началась церемония, и появилась пара — он в черном, она в разноцветном и в ожерелье, дракончики побежали поближе к ним, а я с удовольствием отвернулась к закатному солнцу, растворяющему свои красные щупальца в облаках. Не рассматривать же мне Алин, в самом деле! Да и на Хэлла лишний раз смотреть не хотелось.

Хорошо-то как…

После дневного ливня и некоторых событий, дышалось особенно с удовольствием. Рядом Аодх и папа. Совсем скоро я встречусь с мамой. Я жива. Я счастлива. Несмотря ни на что. Вопреки некоторым и…

— Ради меня? — усмехнулся Аодх, перестав делать вид, что следит за ходом церемонии.

И я тоже не стала делать вид, что не поняла его и вообще не стала скрываться.

— Да, — ответила честно, перевела взгляд на нахмурившегося демона, который пугал всех своей сущностью, как бы случайно помахивая ядовитыми плетьми. — А еще ради мамы и папы.

Демон приструнил свои плети, притворился душкой и улыбнулся. Ну, то есть, я-то поняла, что это он улыбнулся, а вот Кероп, крутившийся неподалеку от нас, побледнел и на всякий случай ретировался поближе к помолвленным. Слава императору, уже помолвленным… Фух, вроде бы церемония длилась всего полчаса, а тоска неимоверная. Собрались, причем невеста в силу определенных причин просидела всю церемонию на руках жениха (стопы ее восстановятся, но не сразу, а кости, которые я успела сломать, срослись), лэрд высказал нечто высокопарное, все помахали крыльями, мол, счастье-то какое, а радость вообще без конца и предела; обмен поцелуями, причем не поймешь чье лицо бледнее — Алин или Хэлла — и вуаля, можно разлетаться. Вечеринки, к которой так усердно готовилась невеста, не было, жених сразу утащил ее в свою пещеру на новоселье. И вообще зря она за драгоценностями в такую даль летала, алиби не оправдалось, а ожерелье никто не замечал. Хотя глаза у всех драконов и были нереально огромными, но от обилия новостей, да и только. Как оказалось, драконы — те еще сплетники, и минут через пятнадцать-двадцать после покушения на меня Алин, об этом уже знали все. Но покушение — пустяк, эта новость для многих и новостью не стала, а вот что дочь лэрда теперь бескрылая…

По-моему, клан Золотых драконов здесь невзлюбили еще больше, но двум представителям золотого клана на это было откровенно плевать, а третьему дракону, клана неопределенного, немного грустно, но тоже плевать. Видимо, чувствуя это и не желая попасть под наши плевки, к нам почти никто не рисковал приближаться, и дракончиков сразу по пещерам разогнали, несмотря на их громкие протесты.

Да уж, та еще церемония…

— Ну, что, — спросил Аодх, когда я зевнула, — теперь не жалеешь, что у нас не было помолвки?

Я отрицательно покачала головой, а папа поразился:

— Чего?

Но я-то думала: он поразился, что у меня вообще мелькали мысли о помолвке, когда обряд такая нудятина, но папа был сражен абсолютно другим.

— Не понял, — одна плеть помахала перед лицом Аодха и отогнала Керопа, который как раз хотел обменяться впечатлениями после церемонии. — Ты что же, соединился с моей дочерью… — драконий непереводимый, — а жемчуга зажал?!!?!?

И дальше следовал драконий непереводимый вслух и, видимо, демонический непередаваемый мысленно, потому что Аодх в цвете, конечно, не изменился, но в растерянности пребывал большой. А мне почему-то стало стыдно, что я вот так, даже без жемчуга… хотя, в общем-то, я уже дракон и у нас другие обычаи, но…

— Твоя мать не поймет! — отрезал отец пуповину моих оправданий.

Он отошел, покрутился, размахивая плетьми и едва не задев Блэма и Харди, подошедших к Керопу, что-то сказал им не лучезарное на драконьем, от чего они скривились, но ничего не ответили и не ушли, а наоборот, сделали пару шагов к нам.

— Без жемчуга!!! — бушевал отец, сверля Аодха взглядом. — Без жемчуга!!! Ну, хотя бы белого жемчуга!!! У меня подскочило давление! Я не вынесу этой новости, а уж твоя мать, Доди… твоя мать…

— Папа, — я взяла Аодха за руку, а то он совсем расстроился, — не уверена, что мама воспримет это так близко, как ты. Я, правда, не думала, что и ты так расстроишься…

— Да что я? — отец сменил демоническую сущность на человеческую, и зная, как ему это не нравится, я поняла, что его состоянию больше подошло бы определение не «расстроился», а «в шоке». — Я еще себя сдерживаю, Доди, а вот твоя мама… Как я скажу ей это? Как?!

— А если никак? — предложила я.

— Не выйдет, она ведь меня чувствует, — он вздохнул. — Эх… что за день? Моя дочь соединилась с драконом-демоном-колдуном, и все это один и тот же, а не трое… хм, трое… тьфу не хватало… так вот… жемчуг… что делать с жемчугом?

Отец сел на выступ скалы, свесил ноги и устремил взгляд вдаль, а у меня едва не разовралось сердце от его скорби и моей беспечности. Да, я теперь дракон, но моя мама — корри, и воспитывала она меня согласно своим обычаям…

— Ты можешь мне объяснить, что для вас означает жемчуг? — Аодх заставил посмотреть ему в глаза. Переживает, и тоже из-за меня… — Доди, пожалуйста…

Его приятели подошли еще ближе, папа никак на них не отреагировал, и они совсем осмелели. Когда я тихо начала рассказывать Аодху о жемчуге, у меня складывалось ощущение, что я шепчу это в уши его друзьям.

— Понимаешь, — пришлось даже отмахнуться, как от насекомых, — для нас жемчуг значит довольно много. Белый жемчуг, к примеру, означает связь. Если его дарит мужчина женщине, это помолвка и намек на связь… ну… сам понимаешь какую. Если его дарит отец дочери, это духовная связь. В любом случае жемчуг передает часть души дарителя, незаметную для него, и все же… Понимаешь?

— Неа, — ответил Кероп, хотя спрашивала я точно не его. — Путаная ерундень какая-то! Между вами и так установилась очень прочная связь. Я вообще не знаю, что может связать сильнее. По законам драконов вы уже муж и жена. Какая помолвка? Зачем? Как по мне, это афера, придуманная продавцами жемчуга.

— Если мужчина дарит женщине черный жемчуг, только тогда она замужем, понимаешь? — продолжила я, игнорируя Керопа и глядя в черные глаза, которые очень внимательно наблюдали за мной.

— Странно все это… — опять начал Кероп, но Аодх его оборвал.

— Понимаю, — сказал он, и его большой палец ласково прошелся по моей ладони. — Я с удовольствием подарю тебе и белый жемчуг, и черный, Доди. И… какой еще бывает? Хочешь розовый? Я подарю тебе розовый. Обещаю, Доди. Мы все сделаем и по вашим правилам тоже.

— Спасибо, — я вздохнула, радуясь, что маленькая проблема так скоро решилась.

— А я вот не вижу, за что здесь благодарить! — папа поднялся, оставив красоты пейзажей, подошел к нам. — И ее мать тоже не найдет повода рассыпаться в благодарностях, уж будь уверен. Более того, расстроится. А я не позволю расстраивать свою саинтэ! Доди не может прилететь на встречу с матерью без жемчуга, а ты когда еще найдешь его?

— Искать? — пожал плечами Аодх. — И не собирался. Я его наколдую.

— Урра! — я повисла на шее Аодха, но меня тут же бесцеремонно дернули обратно.

— Ты уже наколдовал, — ядовито напомнил папа. — Красные майки.

— Но теперь я могу колдовать в полную силу.

— Пока ты меня в полную силу расстраиваешь! — возмутился папа. — Так, что же делать? Что же делать? Да ладно, так и быть, папа умный, папа нашел выход.

— И какой же? — насторожился Аодх.

— В общем, так, — отец сложил на груди руки, смерил дракона снисходительным взглядом и махнул обреченно рукой. — Чисто по-родственному… как для тебя…

— Понимаю, — кивнул авантюриновый, предлагая продолжить.

— Есть у меня… как знал, с собой захватил… есть у меня белое ожерелье и набор из черного жемчуга… серьги там и колье… Но ты ведь понимаешь, что проштрафился и сам виноват, что я в печали, а мать Доди будет безутешна, если ее дочь прилетит без жемчуга?

— Конечно.

— Ну, тогда обмен моего жемчуга на большой драконий сундук с драгоценностями вполне равноценный, правда?

Кероп крякнул, и, видимо, неосторожно прикусил себе язык, Блэм и Харди даже не пытались поймать свои челюсти, а я с трудом заставила онемевшие языки шевелиться:

— Два ожерелья и серьги из жемчуга на большой сундук с драгоценностями?!

— Он ведь говорил, что вполне обеспечен, — удивился папа моему возмущению.

— Пусть так, но я считаю…

— Доди, хоть ты не расстраивай папу, потому что я всяко считаю лучше тебя. Итак, дракон, нести ожерелья или так на глаза теще появишься? Со всеми вытекающими. Напоминаю: я расстроюсь, а когда я расстраиваюсь, пленных не беру, моя саинтэ изначально будет видеть в тебе только соблазнителя-извращенца, и ты можешь даже не надеяться, что я унесу ее из вашей пещеры раньше, чем она отомстит тебе за мои нервы.

— Я согласен на сделку, — сказал Аодх.

Я застонала, поражаясь такой беспечности, папа улыбнулся так, что шарахнулся не только Кероп, а и братья Аодха, а сам авантюриновый как только папа взлетел в небо, спеша за драгоценностями, закружил меня, преисполненный счастья.

— Ты сумасшедший, — я обняла дракона за шею. — Ты понимаешь, что папа надул тебя?

— Конечно, — еще больше расцвел Аодх, и тут уж я совсем потерялась, что и думать…

Может, сильно переволновался за меня сегодня? Наверное, надо быть добрее к нему, эти мои перепады настроения… буду терпеливей… ну… попробую…