Наталья Ручей – Как влюбиться в дракона (страница 12)

Он перевел задумчивый взгляд на брата и что-то сказал ему на непонятном для меня языке. Харди отрывисто ответил. Аодх снова что-то сказал ему. И снова состоялся обмен репликами.

– Если ты пересказываешь все, что прочел в моих мыслях, – вклинилась я, – пожалуйста, не забудь упомянуть, что его я считаю гораздо привлекательнее тебя.

Видимо, Аодх не преминул это упомянуть, потому что на моей талии сжались мужские ладони, а потом меня развернули в объятьях, приподняли лицо, всмотрелись в глаза, и такое счастье отразилось в васильковом взгляде, что стало даже немного стыдно мыслей о скором уходе. Он так радуется, а я…

– Если ты думаешь, что он тебя упустит, – вклинился Аодх, – пожалуйста, расспроси кого-нибудь о драконах.

– То есть? – я вывернулась из объятий посуровевшего Харди.

– Пойдем, – Аодх кивнул на выступ скалы, – познакомлю тебя кое с кем, кто тоже когда-то думал, что сумеет вернуться домой.

– Судя по приглашению в гости, возвращение не удалось?

– Не понадобилось.

– Почему?

– Я сумел убедить Доди сделать правильный выбор.

– Доди?

– Это моя жена.

– А если бы…

– Неа.

– А все же…

– Дракон не может заставить остаться рядом с собой.

– Прекрасно!

– Но ничего не мешает ему склонить девушку к верному выбору.

– Отлично, значит, выбор все-таки есть.

– Драконы очень изобретательны, им сложно отказать, они очаровывают, сражают своей неотразимостью, они становятся воздухом для своих избранниц, – перечислял Аодх, пока мы шли к скальному выступу. – Так какой может быть правильный выбор?

Он еще много чего говорил во славу драконов, но я почти все забыла, когда часть скалы вдруг отъехала в сторону. Невероятное зрелище! Тут же вспомнилась сказка про Али-Бабу, и я невольно оглянулась, проверяя, а не выскочат ли сейчас откуда-то сорок разбойников?

Пещера, настоящая пещера!

Аодх шагнул внутрь, а Харди, видя, что я замешкалась, взял меня за руку, и мы ступили на синий ковер, который вдруг затопорщился комом и запищал так, словно под ковром раздавили кота.

– А-а-а-а-а! Ой! – послышались верещания снизу, причем на русском языке. – А да что же это творится? А среди бела дня! Острым каблуком! А даже не познакомившись! А кто здесь?! Прямо в мои большие глаза! Я ничего не вижу!

Нет, подумала я с толикой грусти, сумасшедший вовсе не Харди. И не Аодх.

– Ну, здравствуй, – присев, я провела рукой по визжавшему коврику. – Здравствуй, безумие!

Глава № 6. О коврах и каблуках

– Иванна, – Харди присел рядом со мной, обнял, и начал говорить что-то ласковое, успокаивающее, и это только подтвердило мои подозрения. Именно таким тоном говорят с буйно помешанными.

Вполне возможно, что не было никакого перемещения между мирами. А просто я успела вызвать для себя скорую, увидев зеленую галлюцинацию, и меня определили по назначению. Это все от переутомления, Славик прав: я загрузила себя работой, схватилась за крупный заказ, хотя понимала, что наше агентство слишком маленькое и незначительное, чтобы бороться с мэром, если ему в итоге не понравится организация свадьбы.

А, может, и свадьба уже была? Может, я перестала чувствовать время, покоясь в галлюцинации?

Жаль, а я-то думала, что у меня почти получилось взять под контроль страх высоты и почти получилось встретить мужчину, при взгляде на которого подгибаются ноги в коленках. Уже давно решила, что все это бред, что так не бывает, а сейчас я брежу… Да, наверное, брежу… И что самое грустное (я посмотрела на Харди) – мне это состояние нравится.

– Занятно, – послышался голос Аодха, – а где истерика?

– Одного истеричного ковра тебе мало?

– А что? А как это? – ковер под моей ладонью дернулся и на меня взглянули огромные глаза свекольного цвета.

– Ух ты! – восхитилась я. – А где рот?

– А тебе своего мало? Вон ты какая губастая.

– Спасибо за комплимент.

Ковер напрягся, глаза чуть приблизились к моей ладони, словно пытаясь лучше увидеть.

– А это что, комплимент?

– В моем мире многие платят большие деньги, чтобы увеличить губы.

– А тьфу ты! – возмутился ковер и сверкнул глазами в Аодха. – Да не смотри так, не мог удержаться, вот и заговорил!

– Не мог?

– А не мог или не захотел, это почти одно и то же, – отмахнулись глаза и вернули внимание мне. – А ты ничего, симпатичная, тебе бы прическу получше.

– Ну, извини, что есть, на то и смотри.

– А да ладно, может, оно так и правильно? Демонов, конечно, не напугаешь, – опять взгляд на Аодха, – но что-нибудь менее страшное…

– Демонов?

– А то ты не знаешь, что за твоей спиной демон!

Я обернулась, посмотрела на улыбающегося Харди.

– Левее, – подсказали глаза.

Попыталась увидеть что-то за спиной Аодха – ну, мало ли, вдруг где-то там, в углу, спряталась черная кошка или летучая мышь (в пещере ведь живут летучие мыши?), но кроме Аодха никого не увидела.

– А как тебе? – поторопил ковер с выводами. – Ты только если падать надумаешь, каблуками вверх постарайся.

– А если я останусь сидеть?

– А так скучно, – заканючил ковер. – Демона могла бы и испугаться, тем более что он не просто демон, а знатный колдун.

– Ты не слишком разговорился? – поинтересовался Аодх.

– Очень сильный колдун, – прошептал ковер и закрыл глаза.

Но если ковер мог позволить себе спрятаться, то мне оставалось или падать, как ожидалось, или лишить двух мужчин зрелища и сразу переварить информацию. Итак, Аодх – демон. Опустим тот факт, что в демонов я не верю, потому что мои взгляды на мир стоит пересмотреть: я раньше и в драконов не верила, и подумать не могла, что ковры могут выбалтывать тайны своих хозяев. Несмотря на демоническую составляющую и способности к колдовству, у Аодха доброе сердце. Это явно. Потому что я даже представлять не берусь, что бы Лиля сделала с ковром, если бы тот, к примеру, однажды вздумал озвучить гостям ее вес. Или поставил бы кому-то в претензию, что расходились здесь всякие, а только вчера стирали пыль от мужских ботинок.

– О моем характере представление ошибочное, – улыбнулся Аодх, не скрывая, что прогулялся в моих мыслях. – А вот твои размышления там, на плато, как должны выглядеть демоны, впечатлили. У тебя очень хорошая интуиция, хотя ты к ней и не прислушиваешься.

– А чутье у нее на нечисть, – закончив игру в прятки, встрял дух. – И у нечисти на нее. Вон, даже мне захотелось вылезти, посмотреть, да и за язык будто дернул кто. А у меня ведь выдержка, столько лет практики, и вообще я не люблю говорить. Эх, полезут теперь со всех щелей твари, конец тишине и покою.

– О чем ты?

Харди поднялся, потянул меня за собой, и обнял так сильно, словно боялся, что я убегу. И лицо у него было такое взволнованное, что я невольно насторожилась.

– Что он имел в виду?

Харди посмотрел на меня, открыл рот, но прежде чем успел хоть что-то сказать, вмешался Аодх.

– Вы же говорили с духом на русском, так что мой брат ни слова не понял, – пауза, переглядки с Харди и глазами в ковре. – Мне самому не терпится разобраться, что имелось в виду, но по тому, как он смотрит, – я оглянулась, вместо красных глаз мне уже подмигнули сиреневые, – в пять минут не уложишься. Поэтому мы сделаем так: ты и Харди пойдете в гостиную, там вас уже давно ждет Доди, а я поговорю с духом.

– С духом?

– Повторяю, вы с Харди идете в гостиную, не заставляя мою жену ждать. А если Харди по интонации меня сейчас не понял, я повторю ему на древнедраконьем, хотя он и знает, как сильно я не люблю повторяться.