Наталья Ростова – Хищная кровь (страница 18)
«Пусть боги подарят мне ребенка! Тогда он никогда, никогда не покинет нас!»
Она выдохнула и прижалась всем телом к его горячей, мускулистой груди, целуя затянувшиеся шрамы. Альрик обнял ее и молча погладил по волосам. Ханна привыкла к его немногословности после любовных утех, но сегодня его молчание напоминало глухую, непроницаемую стену. Она ловила себя на мысли, что ей самой страшно его нарушить, несмотря на то, что очень хотелось нежности.
Несколько дней назад Далия в отчаянии выкрикивала ей в лицо жестокие слова, ранящие сильнее меча. Она утверждала, что Альрик признался ей в любви, что они любят друг друга, но Ханна убедила себя, что глупая девчонка сама потеряла голову от ее будущего мужа и приписала Альрику собственные чувства. На самом деле рыжеволосая прыгунья для него очередное увлечение, не больше. Оригинальный трофей, раз уж она обошла его в скорости. Альрик не любит проигрывать, и нет ничего удивительного в том, что он хочет присвоить эту шуструю девицу. Пусть потешится, она ему быстро надоест.
Ханна потянулась и крепче прижалась к горячему мужскому телу. Он глубоко вздохнул, поглаживая ее спину кончиками пальцев, и тихо сказал:
— Ханна, посмотри на меня.
Она затаилась, уткнувшись носом в его грудь.
— Ханна…
Она поднялась на локте, из-под ресниц взглянув на его серьезное, напряженное лицо. Как будто между ними только что не было интимной близости, они не занимались любовью, не ласкали, не целовали друг друга. Синие глаза сверкнули решимостью, и Ханна внутренне съежилась.
— Я не был честен с тобой, дорогая Ханна. Я больше так не могу, не хочу! Я должен сказать тебе…
— Нет, пожалуйста, не надо! — она прижала пальцы к его губам. — Не нужно слов, Альрик, я все понимаю.
— Понимаешь? — нахмурился он.
— Она сама сказала мне, что призналась тебе в любви там, на балконе. Рассказала, что вы целовались! Девчонка влюбилась в тебя по уши и думает, что ради нее ты готов на все! Если ты заинтересовался ею — присвой, я ничего не скажу, но она слишком юна и неопытна! Не уверена, что тебе стоит связываться с такой!
Ее горячий шепот утонул в пульсирующей боли в сердце, когда она увидела, как оживился Альрик, узнав, что Далия говорила о нем. В его глазах мелькнула долгожданная нежность, только она предназначалась другой. За болью отозвалась ревность, и Ханна продолжила, сжав зубы.
— Она одержима тобой и может натворить глупостей! Ты — будущий король, перед нами вся Варгавия! Не хочу читать тебе нотаций, но некоторые связи приносят больше проблем, чем удовольствий…
— Ханна…
— Не надо, Альрик! Я всегда закрывала глаза на твои увлечения. Поступлю так и сейчас! Но знай, онавлюблена и слепо верит в твое ответное чувство, такие женщины…
— Ханна, послушай. — Он приподнялся и взял ее за плечо. — Ты абсолютно права. Она юна и неопытна, но проблема в том, что не она, а я клялся ей в любви. И готов снова повторить эти слова. Я целовал ее на балконе и сейчас с ума схожу, от одной только мысли, что она забудет об этом.
Ханна побледнела, замерла и затаила дыхание.
— Ты сказала, что она любит меня, и я хочу прямо сейчас бросить Скалистые Земли и бежать к ней!
— Альрик, не смей…
— Ты мой друг, Ханна, мой соратник, ты должна была стать моей женой! Лучше королевы невозможно представить, но я хочу к ней!
— Должна была? — повторила она и, сглотнув слюну, облизала вмиг пересохшие губы.
— Прости, если сможешь, но я откажусь от тебя и от престола. Я пойму, если ты возненавидишь меня и выбросишь из своей жизни. — Альрик устало опустился на спину.
— Не говори так, умоляю. — Она вышла из оцепенения и бросилась к нему на грудь, целуя шрамы. — Ты станешь королем, у нас родятся дети! Твой отец благословил нас, и Свея мечтает передать престол тебе, как старшему сыну! Нельзя идти против воли родителей! Против законов Варгавии! Против своего народа! Забудь ее, Альрик! Ты сильный, ты — король! А она просто деревенская девчонка!
Она обхватила ладонями его лицо и осыпала лоб, брови, глаза и губы мелкими торопливыми поцелуями.
— Ханна, перестань…
— Иди ко мне, Альрик, наша любовь глубока и надежна! Она на века! А это, это просто…
— Мой выбор, — он отстранил ее и еще раз заглянул в голубые, растерянные глаза. — Я готов быть твоим другом. Ты всегда будешь дорога мне, но делить ложе с тобой я больше не стану. Я люблю другую женщину и хочу обладать только ею.
Ханна села на кровати и закрыла лицо руками. Ее стала бить крупная дрожь. Ужасно хотелось плакать, и она изо всех сил сжала зубы, чтобы погасить душевную боль. Альрик молчал. Наконец, Ханна, долго и протяжно выдохнув, убрала руки от лица и, не глядя на Альрика, прошептала одеревеневшими губами:
— Свея не простит вас.
— Я поговорю с ней и, если потребуется, увезу Далию. Королева нас не найдет.
Хана закрыла рот рукой и стала тихо раскачиваться из стороны в сторону, дрожа всем телом.
— Что же делать мне?
— Я не знаю, Ханна. Не могу больше врать и притворяться. Ты красивая женщина, отличный боец, ты найдешь свое счастье с другим.
— Но я люблю тебя, тебя, мой король!
Она в отчаянии потянулась к нему, но он перехватил ее руки.
— Тогда ты поймешь меня и простишь, если сможешь.
То, как он оборвал ее объятия, не позволил коснуться себя, стало последней каплей, прорвавшей плотину слез. Ханна судорожно вздохнула и разрыдалась. Он сел рядом и обнял ее за плечи, а она тряслась всем телом, не в силах прервать потоки соленой боли, заливающей лицо и подбородок.
— Прости меня, Ханна, если можешь, прости, — прошептал Альрик, крепко обнял ее, поцеловал в волосы, взял одежду и вышел из комнаты.
Ханна осталась одна на огромной кровати, стремительно теряющей тепло его тела. Она долго плакала навзрыд, содрогаясь от судорог, и незаметно уснула, несчастная, одинокая и опустошенная.
Альрик зашел в казарму и отыскал глазами Эринга. Рыжебородый великан не спал, перебирая оружие на своей кровати в дальнем углу.
— Эринг, ты уже отправил ворона Сольвейг? Я видел вас на празднике и знаю, что у тебя есть птица.
Эринг слегка приподнял темную бровь и настороженно протянул.
— Не-ет, написал и только собирался…
— Передай послание и от меня. Вот, возьми, это для Далии.
— Ваше Высочество, я не…
— Возьми послание, Эринг! — Альрик повысил голос.
Эринг взял сложенный вшестеро листок и положил за пояс рубахи. Альрик сел на кровать рядом с ним, устало потер лицо и предложил.
— Выпьем вина?
— Можно, — ухмыльнулся Эринг. — Мне тоже не спится.
часть 12
В феврале наконец-то выпал снег. Пухлое белое покрывало укутало землю. Степь покрылась сугробами, из-под которых выглядывали одиноко стоящие каменные вершины. Полноценно быстро ходить или бегать было невозможно, но перемещаться на лыжах стало настоящим удовольствием.
После занятий на ледяных турниках и перекуса в малой столовой Далия торопилась в степь на снежные просторы в сопровождении Ульва. Ханна уехала в Скалистые Земли практически сразу после случая в степи. Отряд Альрика находился там уже почти месяц, и Далия не имела ни малейшего представления, вернутся ли они к прыжку. Свея получала всю необходимую информацию с помощью почтовых воронов, но, разумеется, Далия не входила в круг тех, с кем ею делились.
После признания Ханне у Далии стало легче на душе. Появилась ясность. Как бы ни поступил Альрик, чем бы ни закончился этот едва начавшийся роман, она уже испытала огромное счастье и благодарна за него судьбе. Прыжок расставит все на свои места, а будущий король достаточно взрослый, чтобы нести ответственность за свои действия и решения. Она не будет его торопить, убеждать или упрекать. Никакой закон не помешает ей любить того, кого выбрало ее сердце. Даже если Альрик будет принадлежать другой.
Далии нравились прогулки в степи вместе с Ульвом. Они заходили далеко в лес, бегали на лыжах наперегонки, скатывались с крутых склонов, лепили снежные шары. От белого сверкающего великолепия становилось светлее и чище на сердце. Воздух был не таким колючим. Он освежал и нежно пощипывал, не сковывая холодом. И съезжать с вершин холмов было настоящим удовольствием.
Далия никогда раньше не спускалась на лыжах с горы. Всего неделя тренировок — и она освоила крутые виражи и прыжки. Ей хотелось взбираться все выше, пробовать свои силы на сложных спусках. На одном из таких маршрутов, маневрируя среди камней, она не удержалась и кубарем покатилась вниз.
— Далия! Цела? — Ульв помог ей выбраться из сугроба, ощупывая руки и ноги. — Пора заканчивать с такими развлечениями. Если ты что-нибудь сломаешь — миссия провалена! Снег сойдет скоро, нужно быть полностью готовой к прыжку!
— Вроде цела, но ушиблась, — она поморщилась и потрогала правый бок.
Лыжи слетели с ног. Одна из них торчала из снега неподалеку, а вторая оказалась прямо под ней. Далия встала, опираясь на руку Ульва, повертела головой, пошевелила плечами. Все в порядке. Присев на корточки, стала откапывать одну из лыж. Пальцы онемели и покраснели, Далия зашипела и стала сжимать руки в кулаки, стараясь их размять.
— Постой, — Ульв взял ее руки в свои ладони и согрел пальцы дыханием. Они одновременно встали на ноги, но он все еще держал ее руки в своих.
— Спасибо, Ульв, но лыжи все равно нужно достать, — растерянно пробормотала она. Глядя ей в глаза, Ульв медленно поцеловал кончики ее пальцев и крепко сжал ладони. Далия растерялась окончательно. Принцу не были свойственны такие спонтанные проявления чувств. И жест был далеко не дружеский…