Наталья Ронжина – Ведьма Инесс (страница 10)
Глава 7
Гомер
16 ноября 1922 года Петроград
Пароход «Пруссия» собирался совершить рейс Петроград – Штеттин. Это был один из «философских пароходов». На борту была русская интеллигенция.*
*В 1922 году было принято решение выслать из страны в Европу наиболее маститых интеллектуалов, выступающих против Советской власти. На борт поднимались ведущие инженеры, юристы, преподаватели, мыслители, экономисты и творческая интеллигенция.
Разрешалось взять с собой лишь две пары кальсон, две пары носков, пиджак, брюки, пальто, шляпу и две пары обуви на человека. Все деньги и остальное имущество, а также книги и архивы высылаемых подвергались конфискации.
На пристани не звучала музыка. Скромно одетые пассажиры спешно проходили на борт корабля. Там они подвергались тщательному досмотру и быстро расходились по каютам. Отплыл «Пруссия» также тихо.
Оставив в каюте в миг постаревших родителей, парень лет пятнадцати и девушка шестнадцати, зябко кутаясь в зимние пальто, вышли на палубу. Держась за перила озябшими пальцами, девушка с заплаканными глазами произнесла:
– Как думаешь, Николя, мы когда-нибудь вернёмся назад?
Брат пристально посмотрел на неё и твердо ответил:
– Вернёмся! Мы с тобой будем жить долго. Выждем, когда наша страна из раненого поверженного феникса превратится заново в красивого орла и восстановит былое величие.
– И ты веришь в это? – с надеждой спросила сестра.
– Да! И мы с тобой обязательно вернём что было нашим и ещё приумножим!
– Но как? Мы едем в никуда, как бы у папеньки не случился сердечный приступ со всеми этими переживаниями.
– Прекрати уже называть его папенькой! – эмоционально воскликнул парень. – Они не наши родители!
– Мне кажется к ним ты несправедлив. Они нас вырастили, заботились о нас.
– Софи, знала бы, что у так называемого твоего папеньки в мыслях… – с усмешкой ответил парень.
– Как? Ты опять залазаешь в головы?! – испуганно воскликнула девушка, прикрыв ладошкой рот, – но ты же знаешь, Николя, что это меняет тебя, твою личность, скоро ты перестанешь быть собой!
Девушка с тревогой посмотрела на брата и все больше её стала охватывать тревога. Её брат сильно изменился, словно стал совершенно чужим. Софи увидела насупленные брови, из-под которых выделялись яркие глаза Николя. Некогда голубые, они сейчас приобрели более тёмный оттенок. В его взгляде появилась жёсткость, беспощадность и что-то ещё, что она так и не смогла разобрать.
«Глаза оттенка грозового неба, – подумалось Софи, – как же я это пропустила? Не заметила.»
Его вихрастые чуть удлинённые тёмные волосы под холодным ноябрьским ветром, взлохматились и ей захотелось пригладить их. Она даже занесла руку в привычном жесте, но парень остановил её.
– Оставь, Софи! Лучше послушай, мне нужно серьёзно с тобой поговорить!
– Здесь? – окинув взором палубу и матроса, прохаживающего около них и как бы невзначай периодически посматривавшего на девушку.
Софи выглядела такой беззащитной и милой в своём сером пальто с белой опушкой и небольшой в тон шляпкой, кокетливо сидящей на светлых кудрявых волосах. Она ещё не осознавала свою привлекательность, и только в прошлом году превратившись из нескладного подростка в красивую барышню.
Что именно сделал Николя в тот момент, Софи так и не заметила, но тот матрос как-то нервно дёрнул шеей и резко развернувшись от парочки, пошёл в сторону рубки.
– Так вот, – продолжил брат, – я хочу предложить тебе по приезду в Польшу сесть со мной на поезд и отправиться в Париж.
– А как же родители? Папенька уже договорился с профессором Ивановым, что он нас встретит в Штеттине и временно разместит у себя. Что мы будем делать в Париже одни?
Николя поморщился, повернулся к сестре и, взяв её озябшие ладони в свои, посмотрев в глаза, продолжил:
– Послушай. Я еду в Париж, там меня ждёт Франк. Он такой же маг, как и я. Мне нужно учиться, Софи, пойми. А Франк согласился стать моим наставником.
– Понимаю, Николя, но как же мы оставим родителей? —обеспокоенно спросила Софи.
– Я сделаю так, что они о нас даже не вспомнят. Будут жить прекрасно и без нас.
«Когда он успел так резко повзрослеть?» – осматривая щуплую фигуру брата, подумала Софи.
– Пойми, я всё равно уеду! Если ты переживаешь по поводу денег, то мне удалось сохранить все драгоценности. Мы их продадим и будем чувствовать себя вполне комфортно.
– Но как? Нас же досматривали? – удивлённо воскликнула Софи, резко переходя на шёпот.
Николя насмешливо посмотрел на сестру и подождал пока до неё дойдёт. У Софи расширились глаза в догадке:
– Ты обработал тех матросов гипнозом? Но это же опасно. Они могли поднять тревогу…
Николя лишь презрительно фыркнул.
– Хорошо. – согласилась Софи, – я поеду с тобой, но при одном условии, что часть драгоценностей мы оставим родителям.
– Это наши фамильные с тобой драгоценности, переданные нам тёткой, а эти люди не имеют к ним никакого отношения.
Девушка продолжала смотреть на него с укоризной.
– Ну хорошо, – сдался Николя и примирительно поднял руки вверх, – всё сделаю как ты хочешь и прослежу, чтобы они добрались до дома Иванова в целости и сохранности, а после мы с тобой уедем.
– И внуши им, пожалуйста, чтобы они за нас не волновались.
– Договорились! – ответил ей брат и с облегчением повернулся опять к морю, задумчиво смотря на водную гладь.
Софи и не заметила огромную чёрную птицу, сидящую на верхней перекладине мачты и внимательно смотрящую немигающим взглядом на своего хозяина.
***
Ведьма и некромант с неподвижным мейн-куном в багажнике подъехали к хорошо обустроенному коттеджу, стоящему на тихой улочке, заселённой такими же аккуратными домиками. Данный посёлок стоял на месте бывшего СНТ «Полянка», находящегося на окраине посёлка.
Инесс даже заулыбалась, вспомнив, что когда-то раньше тут была и делала кое-какую работу. Тогда здесь были ещё деревянные домики, принадлежащие колхозу «Ударница». Она тогда с группой советской молодёжи, была направлена сюда на сбор клубники, что не помешало ей провести пару обрядов.
Ведьма стояла и тихо млела, предаваясь приятным воспоминаниям. Улыбалась пока Влад звонил в калитку и когда говорил в домофон, но вот когда открылась дверь и вышла хозяйка, то улыбка сползла с лица Инесс.
Перед ней стояла девушка с серьезным черным приворотом. Вокруг неё крутилась тёмная воронка, высасывающая силы и лишающая воли. Инесс с Владом переглянулись. Оба сразу поняли, что имеют дело с запущенным случаем. Девушка была окутала прочными корнями, буквально вросшими в её вплоть. Ей оставалось не больше пары лет, если ничего не предпринимать.
Инесс заклинания такого рода видела растениями, прораставшими в людей своими корнями, вгрызавшимися в них и не отпускавшими свою жертву до последнего вздоха, а затем рассеивающимися в эфире. Если только это не родовое проклятье, такое обычно перебрасывало свои ростки на родственников. Тут же было единичное, причём постоянно обновляемое.
– Вы случайно кошку не теряли? – спросил Влад хозяйку.
Девушка, которая представилась гостям как «Мила Владимировна», сначала покачала головой и начала рассеянно осматривать сад, отвернувшись от посетителей. Как будто ей с трудом удавалось что-то вспомнить. Она не сразу ответила, когда в последний раз видела питомца, что, впрочем, было неудивительно с такой-то порчей.
Инесс воспользовавшись небольшой паузой, дотронулась незаметно до руки девушки и провалилась в видение. Данное место было проекцией воспоминания человека в Теневом мире. Комната, залитая лунным светом из приоткрытой бордовой шторы, небрежно разбросанные вещи в спальне.
Мужчина со спины строго отчитывал девушку, нависнув над ней. Бедняжка вся сжалась от страха, всё глубже увязая в пучине отчаянья и боли.
«Кто тут у нас за занавеской?» – подумала Инесс, заметив движение сбоку.
Приглядевшись, ведьма увидела привлекательного беса в белом костюме с наглой самодовольной улыбкой. Он перестал скрываться и находиться в тени, а затем сделал шаг вперёд.
«Сексуальные всё-таки эти бесы» – подумала Инесс, с удовольствием рассматривая атлетическую фигуру и смазливые черты лица.
– Всегда хотела спросить, как у вас облик подбирается? Вы, что открываете журнал и в первую попавшуюся модель указываете пальцем? Вуаля, облик принят?
– Ведьма! – Чуть шипяще проговорил бес, от чего у Инесс пошли мурашки по телу, и она тут же подумала, что надо бы вечером позвонить кому-нибудь из поклонников и организовать встречу в отеле.
От беса шли импульсы негатива мужчине, кто, ещё больше распаляясь, кричал на свою возлюбленную. Это всё отчётливо было видно Инесс. Вся энергия аккумулировалась вокруг девушки, всё больше окутывая её, не давая выбраться и светлым ручейком жизненная энергия перетекала к бесу, оставляя после себя выжженные прорехи в ауре.
– Всё не так просто ведьма! – ответил бес, принимая более вальяжную позу. – Но я могу принять любой облик. Какие тебе нравятся больше? Повыше, покоренастее, с короткой стрижкой, с удлинёнными волосами? Может у тебя есть какие-то особые предпочтения, мешающие спать по ночам, а ведьма? Ты только скажи!
Так продолжая свою лекцию вкрадчивым голосом, искуситель сделал шаг вперёд.
«Прямо вот сейчас разбежалась и всё тебе рассказала!» – подумала Инесс, усилием воли отогнав картинки откровенного содержания, сразу мелькнувшие перед глазами.