Наталья Романова – Негасимое пламя (страница 72)

Бывший практикант Серёжа, а ныне старший научный сотрудник Сергей Романович Наумов, памятуя о нелюбви прежней начальницы к проявлениям безалаберности, нажал на кнопку звонка ровно в назначенное время. Должно быть, перед этим полчаса пасся в подъезде из страха опоздать. Ему, к счастью, хватило ума явиться без цветов, зато с коробочкой неплохих конфет, уместной и ни к чему не обязывающей. Лидия благосклонно улыбнулась, принимая подношение вместе с многословными приветствиями.

– Я надеюсь, вы успешно завершили своё образование? – строго спросила она, препоручая коробку заботам Прохора. – Что у вас с защитой кандидатской?

– А… – Наумов трогательно смутился и преувеличенно прилежно завозился с ботинками. – Вообще-то я как раз хотел… Если вы сможете… То есть, если вы согласитесь…

– Ваша судьба в науке зависит от нашего разговора, – весело подытожила Свешникова и приглашающе указала на раскрытую дверь гостиной. – Проходите, молодой человек, расскажете о своих мытарствах. Вы чего-то добились в исследованиях структуры фона?

– Чего-то добился, – бодро отрапортовал Сергей, устраиваясь в кресле. Не глядя ухватил с предложенного Прохором подноса чашку чая, залпом выпил и отставил на стол. – Полного опровержения гипотезы. Не прослеживается в фоне никакой индукции.

– Это хороший результат, – похвалила Лидия. Скрестив на груди руки, она встала у книжного шкафа – на случай, если вдруг понадобится доставать фолианты. – Можете выдвинуть тезис об инертности чар и защищаться в этом направлении. Игорь Константинович такое одобрит.

Наумов мгновенно сник – не то чтоб до глубокой печали, но задора у него поубавилось.

– А Игорь Константинович уволился, – с почтительной скорбью поведал он. – Вот пару месяцев как. Теперь Дубинский всем заведует.

Лидия позволила себе удивлённо изогнуть брови. Вот как. Специалиста по спусканию финансирования в чёрную дыру сменил ценитель спокойствия, переходящего в застой. Помнится, этот Дубинский не столько учёный, сколько администратор; когда-то в его ведении находился один из секретных управских институтов. Мешать Наумову защищаться новое руководство, конечно, не станет, но и помощи от него не дождёшься. Понятно, почему парень кинулся к бывшей начальнице.

– Не поделитесь ли подробностями? – осторожно попросила Лидия. Не то чтоб ей было не плевать на Чернова; скорее, любопытно, какая буря сковырнула его с удобного кресла.

– Да «Зеркало», – Сергей горько вздохнул. Похоже, впрямь близко к сердцу воспринял кончину черновской карьеры. – Ещё весной началось. Они как с цепи сорвались. И наука-то у нас развалена, и отстаём по всем статьям, и занимаемся леший знает чем… Обвинили нас, что мы деньги воруем, – в честных глазах парня сверкнул праведный гнев. – А нам и воровать-то нечего! Пробирки – и те сами покупаем…

Пожалуй, не стоит это комментировать. Мальчику ещё рано разочаровываться в мире. Пусть думает, что заморские артефактные часики ценой в автомобиль Игорь Константинович приобрёл на семейные накопления. Но с чего так осмелело «Зеркало»? Неужели у господина Потапова появился влиятельный покровитель? То есть ещё более влиятельный, чем Авилов, прежде крепко державший в кулаке всю Управу…

– Печальная история, – рассеянно проронила Лидия, глядя мимо гостя. – Но давайте ближе к теме. Вы хотите грамотно выстроить аргументацию к невозможности влияния чар друг на друга?

– Я хочу двигаться немного в другую сторону, – Наумов заметно оживился, разом позабыв про Чернова и его незавидную участь. Ещё в бытность практикантом научные изыскания значили для него на порядок больше, чем житейские дела. – Пока возился с индукцией, как-то незаметно залез в тематику носителей чар… Ну, знаете, в большей степени для колдовства, конечно, но и для магии это ограниченно применимо.

– Можете не продолжать. На этом поле кто только не оттоптался, – Лидия пренебрежительно поморщилась. – Молекулярные решётки, металлические решётки… Всё, что могли, здесь уже придумали, а чего не придумали – для того пока мозгов не хватает у человечества в целом.

– Нет-нет, я не про это, – поспешно заверил бывшую начальницу Наумов. Лидия вопросительно изогнула бровь. – Меня интересуют агрегатные состояния.

– Хотите попробовать зачаровать ртуть или расплавленную сталь? Эксперимент ради эксперимента?

Сергей натянуто рассмеялся.

– Нет, конечно, что вы! Я больше про разные легендарные субстанции… Знаете, живая и мёртвая вода…

– Как только у учёных кончаются идеи, они неизменно лезут в сказки за вдохновением, – фыркнула Лидия. – Что вы рассчитываете обнаружить, Сергей?

– Способ наводить устойчивые чары на жидкие и газообразные носители, – уверенно заявил Наумов. – Это уж точно не эксперимент ради эксперимента! Представьте, что бы значило для медицины такое открытие?

– Вас опровергнет первый же оппонент, читавший хоть что-нибудь о связи физических и магических свойств материалов, – жёстко прервала его Лидия. – В жидкой и газообразной среде чары долго не живут. Любые. Вам как колдуну должно быть известно, что даже в зельях чары наводятся на твёрдые компоненты, а не на готовую суспензию.

– И всё же, – Сергей упрямо сдвинул брови. – Никто ведь не экспериментировал с фазовыми переходами. Я не видел публикаций о свойствах, например, размороженного льда, подвергнутого колдовскому воздействию… Может быть, живая вода – это всего лишь лёд, на который наложены витальные чары?

Лидия слегка напряглась. О магии, связанной с жизнью и нежизнью, она старалась не распространяться вне круга знакомых волхвов.

– Вам не даёт покоя именно эта легенда? – осторожно уточнила Свешникова.

– Да, если честно, – Наумов обжёг её взглядом, пылающим исследовательским рвением. – Хочется позаимствовать у нежити секрет регенерации и долгожительства.

– Это невозможно в полной мере, – тщательно подбирая слова, ответила Лидия. – Мы всё же живые.

– Понятно, что по триста лет мы жить не будем, – Сергей красноречиво покосился на возившегося с блюдцами Прохора, – но ведь у магов с холодным спектром тоже всё быстрее заживает. Вот бы ещё научить их применять это осознанно и не только к себе…

Лидия склонила голову к плечу. Как бы отвадить этого энтузиаста от скользких тем?

– Возьму на себя труд вам напомнить, что маги используют для чар свою собственную силу. Ваше начинание упрётся в невозможность заставить организм потратить больше, чем он может себе позволить.

Наумов недовольно вздохнул.

– Раньше маги были сильнее.

Раньше волхвов было больше, только парню незачем об этом знать. Лидия хранила молчание, не желая сдвигать разговор в опасную сторону. Будущий кандидат наук сосредоточенно морщил высокий лоб; должно быть, искал в дальних закоулках мозга какой-нибудь пристойный вопрос. С упрямца станется после этого разговора взяться за эксперименты с удвоенным рвением… Заставить, что ли, забыть, что он вовсе переступал порог квартиры бывшей начальницы?

– Я слышал, – медленно проговорил он, настороженно поглядывая на Лидию из-под насупленных бровей, – что ваш отец занимался этой темой. Витальной магией. Если у вас остались черновики, не могли бы вы…

– Не могла бы, – отрезала Свешникова и, заметив, как перепугалось юное дарование, сбавила тон: – Черновики хранятся в государственных архивах под грифами, я сама не имею к ним доступа. С просьбой такого рода вам лучше обратиться к… к симпатизирующим вам членам Магсовета, – деликатно завершила она. Не стоит давать лишних подсказок.

– А вам он ничего не рассказывал? – отчаянно спросил Сергей, цепляясь за это предположение, как утопающий за соломинку. – Вы же… были его ученицей…

– Нет, молодой человек, он ничего подобного мне не рассказывал, – Лидия утомлённо вздохнула. Такой ложью, как слоем жирной грязи, густо измазана вся её жизнь. Мерзкая субстанция дурно пахнет, но отлично маскирует то, что не следовало держать на виду. – Как вы понимаете, засекреченные исследования – неподходящая тема для сказки на ночь.

– Да, разумеется, – понурно согласился Наумов. – А что-нибудь по теме почитать посоветуете?

– Теорию магии, базовый учебник, – фыркнула Свешникова. – И физику за седьмой класс. Не тратьте силы на пустые мечтания, молодой человек. Займитесь свойствами магфона, фундаментальными теоремами или математическими моделями, пользы будет больше.

– Я… я приму к сведению, – пробормотал Сергей, сконфуженно теребя пуговицу на рубашке. – Но… можно я буду к вам обращаться? Если вдруг… понадобится.

– Разумеется, Серёжа, – Лидия покровительственно улыбнулась будущему светилу теоретической магии, заставив его немного воспрянуть духом. – Я буду делать всё от меня зависящее, чтобы хоть немного рассеять висящую над нами мглу незнания.

Наумов рассыпался в путаных благодарностях. Сохраняя на лице приветливую мину, Лидия почти без труда отгоняла едва ощутимые угрызения совести. Парень полон энтузиазма, парень надеется отодвинуть отечественную науку от края пропасти, может быть, он даже жаждет принести пользу людям.

Он понятия не имеет, насколько беззастенчиво лжёт ему мадам Свешникова.

XXII. Страж неподкупный

– На-ка, – Влас подбросил на ладони короткий нож с широким лезвием и рукоятью вперёд протянул Дранку. – Вон, вишь, на стволе шишка? Ну, кидай, раз увидал.