Наталья Романова – Негасимое пламя (страница 203)
– Двадцать седьмое июня, – пробормотал Яр себе под нос.
– Прошу прощения?
– Нет, ничего. Забудьте.
Об этом знает кто-то ещё. Кто? Прежние знакомцы Кирилла Авилова? Новые, пришлые, ненароком напавшие на след? Что ещё им известно?.. Как было бы просто, если бы он мог притащить любознательного читателя в камеру для допросов! Но тогда придётся объяснять, чем примечательны невинные научные заметки, и заодно выдавать собственную осведомлённость. Нет. Случайное ли это стечение обстоятельств, звено ли в цепи событий, разбираться придётся самому. В одиночку.
Что ж, не впервой.
Время подбиралось к полудню. Всё ещё погружённый в раздумья, Яр пешком поднялся на несколько лестничных пролётов и толкнул дверь, ведущую в коридор третьего этажа. Разломы разломами, а с визами для иностранной делегации и впрямь надо пошевеливаться. Канцелярия и так целую неделю жевала запрос, делая вид, что в поте лица выискивает документы по предыдущим поездкам уважаемых учёных. Канцелярия никого не любит, но контролёров почему-то не любит особенно. Впрочем, понятно, почему; пять лет – слишком малый срок, чтобы отмыться от былой репутации.
В лишённом окон длинном коридоре было сумрачно и прохладно. На душе – тоже. Не то чтобы работа до сих пор текла гладко и безмятежно, но история с «Гипотезой» Свешникова будила тревожные предчувствия. Может быть, преждевременно истекает отпущенный сообществу срок увядающего спокойствия. Может быть, уже упущена точка невозврата. Может быть, стоит самому поторопить готовую сорваться лавину, чтобы она пошла нужным путём и принесла меньше разрушений…
Яр рассеянно постучал в дверь начальницы канцелярии. Делегаты. Сейчас надо беспокоиться о делегатах, а корпеть над звёздными картами и искать пути к действию он будет ночью, в одиночестве, изредка нарушаемом разве что заботливым Прохором. Из кабинета раздался властный голос Анохиной; Яр перевёл дух, выгоняя из разума лишние мысли, и потянул на себя украшенную золочёной табличкой дверь.
Сквозь оконные стёкла в лицо ему хлынул ослепительный солнечный свет.