Наталья Романова – Негасимое пламя (страница 158)

– Я-я-я не могу… Регламенты требуют… Вы сами понимаете, руководство следит…

– Хорош мямлить! Я знаю, чем ты тут занят целыми днями. Надо объяснять, что с тобой сделают, если я шепну кой-кому словечко?

– Не-не-нет… Я постараюсь…

– Не постараешься, а сделаешь. И не вздумай опять прятать от меня свои бумажонки. Иначе в следующий раз не с сопляком будешь дело иметь, а со мной, усёк?

– Ды-а-а… Можно… Можно хотя бы… к понедельнику?

– Нет, нельзя. У меня через пару часов дельце одно, а потом позвоню и проверю, как у тебя процесс идёт. И если вдруг плохо…

Ответ слился в сплошной жалобный скулёж. Зарецкий встрепенулся, словно очнувшись, торопливо вытолкал Мишку в коридор и бесшумно прикрыл за собой дверь отдела. Вид у него был разгневанный.

– Вот ведь дрянь, – на грани слышимости прошептал он, нервно сжимая кулаки.

– Может, это не Денис, – пробормотал Мишка, пытаясь найти услышанному хоть какое-то разумное объяснение. – Просто… голос похож…

Ярик наградил его возмущённым взглядом.

– Тебе бы всех выгораживать. Давай двигай отсюда, пока не заметили.

– А ты?..

– И я уйду.

То и дело оглядываясь на коллегу, Мишка потрусил к лифтам. Зарецкий дождался, пока кабина, раскрыв двери, бросит на кафельный пол полотнище жёлтого света, и исчез. Старов до боли закусил губу. Табло отсчитывало скользящие мимо этажи, а он чувствовал себя так, словно вновь болтался над пропастью. Надо сообщить начальству. Только вот что сообщать? Что Денис угрожал Валерию Васильевичу? А вдруг он просто в присущей ему манере решал какие-то рабочие дела? Ярик мгновенно нашёл всему объяснение, но он давно точит зуб на Липатова. Хватит ему ума не вмешиваться? А Мишке на что хватит ума?

Умка-недоумка…

Створки лифта раскрылись на первом этаже, выпуская Старова на волю. Можно вернуться в отдел в компании охраны, можно позвонить Щукину или даже Верховскому. Можно оставить всё как есть.

Он ведь знает слишком мало. Может, здесь так принято. Может, так и надо.

Нехотя, словно к ногам пристегнули по чугунному ядру, Мишка поплёлся к выходу.

L. Пламя и тернии

Громко щёлкнул замок, крышка резко отскочила, и драгоценное содержимое шкатулки в беспорядке рассыпалось по ковру. Яр выругался сквозь зубы, горстью забросил колдовской хлам обратно в складки тёмного бархата и из сбившихся в сплошной ком цепочек выпутал одну, с оправленным в металл бледным кристаллом кварца. Эта штука, пусть и недотягивает до полноценного научного оборудования, могла бы кое на что пролить свет – например, почуять чужие следы во взломанном сейфе. Яр и думать забыл про оставленное Лидией Николаевной нелегальное барахло, пока не напомнило старое проклятие в разваливающемся доме. Пытаться что-то найти на документах уже бесполезно, но впредь амулет лучше держать при себе. Особенно сегодня.

– Хозяину поужинать бы, – укоризненно проворчал от дверей зануда Прохор.

– Убери в холодильник, потом поем, – распорядился Яр, наспех наводя на тайник защитные чары. Бросил взгляд на часы. Он не знал, когда станет слишком поздно.

– О-хо-хонюшки, душенька беспокойная, – запричитал домовой. – Да разве же можно так? Старый хозяин, бывало, дочерей-то бранил, когда от еды нос воротили…

– Помолчи!

Перчатка, всё ещё помнившая прикосновение Липатова, лежала на столе, рядом с раскрытым ноутбуком. До сих пор поисковая магия уверенно указывала куда-то в район Управы; должно быть, у офицера нашлись там ещё дела, кроме как кошмарить беднягу Громова. Яр лихорадочно скомкал в пальцах перчатку. Через пару часов она станет бесполезной, но этого времени, судя по словам самого Липатова, должно хватить…

Западнее. Определённо, искомый сместился западнее. Вдоль по злополучному шоссе.

Но сейчас нет ни времени, ни желания гнать машину чёрт-те куда. Теперь, спасибо Щукину, можно попросту воспользоваться магией. Яр нетерпеливо дождался, пока расстояние между ним и Липатовым перестанет стремительно увеличиваться, и не без труда сверил с картой результаты работы поисковой магии. Серые квадраты промзоны далеко за чертой города. Нелегальные колдовские цеха, логово контрабандистов, маленький питомник для нежити?.. Если Липатов попадётся в каком-нибудь таком местечке, ему несдобровать. Яр сунул в карман перчатку, выбрал на карте точку где-то посреди примыкающей к шоссе лесополосы и шагнул сквозь чары.

Дальняя дистанция выпила из него порядочно сил. Колючий холод тронул кожу сквозь тонкую ткань футболки и тут же, побеждённый, отступил. Глаза медленно привыкали к темноте. Где-то вдали, полускрытая заснеженными сосновыми кронами, тянулась цепь бледных огней – фонари вдоль трассы, связанные проводами в единую путеводную нить. Яр замер на миг, ошеломлённый этим нехитрым зрелищем. Таким он когда-то впервые увидел этот странный мир: ночная тишь, безлюдье и уводящая в неизвестность дорога, освещённая фальшивыми звёздами. Тогда рядом была Лидия Николаевна. Узнай она, чем теперь занят её ученик, что бы сказала?..

Яр до боли сжал в кулаке перчатку. Наставница неизменно наказывала поступать правильно, а чтобы понять, кто тут прав, надо довести дело до конца. Прыжок – к бесконечному бетонному забору. Прыжок – в пустынный закоулок между лишёнными окон приземистыми зданиями. Поисковая магия указывала на одно из этих близнецовых строений. Из-под крыши на небольшую парковку и на запертый вход пялились камеры. Внутри наверняка тоже есть, но внутри уже будет не так важно.

Безрассудство.

Было бы безрассудством, окажись на его месте кто-нибудь другой.

Ещё один прыжок. Тепловатый пыльный воздух ворвался в лёгкие. После ночной темноты царивший здесь сумрак показался едва ли слепящим полднем. Металлический купол накрывал гулкий простор, разделённый надвое широким проходом; справа и слева высились исполинские, до потолка, стеллажи, кое-где занятые беспорядочно расставленными коробками. Если это склад, то его арендатор переживает сейчас не лучшие времена.

– Рано ты, – недовольный голос Липатова громко раздался в обведённой металлом пустоте. Яр запоздало сообразил, что своим появлением потревожил какие-то сигнальные чары. – Ну, не стой столбом, иди сюда! Будешь пользу приносить.

Офицер сидел, ссутулившись, на перевёрнутом деревянном ящике, спиной к Яру, отделённый от входа пятью рядами стеллажей. Мерцающий голубым светом экран ноутбука занимал всё его внимание. Липатов кого-то ждёт; но это не страшно, много времени не нужно… Нарочито размеренными шагами, чтобы не разбудить чужую бдительность, Яр приблизился на расстояние боевого заклятия. Кроме ноутбука, на накрытой газетами груде ящиков перед контролёром стоял пластиковый контейнер с мелкими металлическими опилками; рядом лежали канцелярский нож, моток скотча и несколько клочков клейкой ленты с густо налипшей зачарованной пылью. Кое-где на тонкой плёнке виднелись дыры, будто бы проеденные кислотой.

– Я уговорил нашего умника поделиться образцами, – сообщил Липатов. Он разогнул спину и с видимым удовольствием потянулся, щёлкая суставами. – И, ты знаешь, тут правда…

Он обернулся и умолк на полуслове. Парализующие чары сковали ему кисти рук. Пристально оглядев утратившие гибкость пальцы, Липатов медленно и слегка неловко поднялся на ноги. На его лице проступила раздражённая брезгливость. Он не боялся.

– Настырный ты, Стажёр, – презрительно выплюнул офицер, поводя плечами, словно для разминки перед дракой. – Чего тебе вечно неймётся? Сиди тихо – целее будешь…

– Приберегите советы, – отрезал Яр. – Что это за место и что вы тут делаете? Отвечайте правдиво!

– А ты мне не уполномоченный, чтоб я тебе отвечал, – Липатов небрежным пинком отшвырнул ящик к стеллажам. – Давай так: ты снимаешь с меня эту дрянь, а я тебя отпускаю живым, невредимым и в здравом рассудке, ага?

Яр на это не купился. Начало рывка он заметил загодя, в напряжённых голенях, в широко расставленных стопах; контролёр ринулся на него плечом вперёд, натолкнулся на силовую волну, выплюнул сквозь зубы крепкое словцо. Остро сверкнул отсветом разрушенной магии неказистый металлический браслет. Яр прянул в сторону, пропуская мимо тяжёлый кулак Липатова, и ухватил противника за ворот рубашки – на несколько кратких мгновений, пока не пришлось вновь отступать. Бить было… брезгливо. Контролёр это чуял. Дрался он методично, без азарта, словно жадничал тратить силы. Движения его, казавшиеся сперва хаотичными, на деле были безупречно рассчитаны – так, что едва хватало проворства уклоняться от самых опасных ударов. Отточил мастерство на нелегалах...

В спину врезались жёсткие рёбра стеллажа. Опытный костолом загнал-таки Яра в угол. Пара пропущенных ударов, и Липатов останется победителем. Нельзя доставлять ему такое удовольствие, пусть и не хочется марать руки – до оторопи, до тошноты… Кипучий огонь обжёг кожу изнутри, одарил злой тянущей болью и одновременно – приливом сил. Яр перехватил кулак, едва не врезавшийся ему в скулу, и отшвырнул тяжёлого контролёра, будто мешок соломы. Гулко задрожала принявшая удар металлическая стена. Липатов кулём рухнул на грязный пол и на несколько мгновений ошеломлённо замер. Заклятие болезненно опалило пальцы, как бывало давным-давно, в детстве, когда Яр ещё не умел толком управляться с собственной силой. Магия послушно свивалась в сложный, тщательно выверенный узор. Чары должны не дать контролёру излишней свободы, но не навредить скованным неподвижностью мышцам, не перекрыть доступ кислорода в кровь, не лишить разум способности к ясной мысли…