Наталья Романова – Крылья Алавы (страница 27)

— Ита Велла. На выход.

Все… мне конец. Это было первой мыслью, накрывшей меня от его голоса.

Я семенила по коридору, еле поспевая за развевающимся дымным плащом.

В кабинете все еще пахло Мией. И Тисс видно это тоже заметил, поморщившись. Заняв место за столом, идей кивнул мне на кресло для посетителей.

Я рассмотрела темные круги под глазами и выпирающие скулы. Так выглядели те, кто посещал этот кабинет для беседы с идеем. Но злорадствовать сейчас не хотелось.

— В общем так, Велла… Могу тебе сообщить, что выходки твои достали всех, кого смогли. А заступаться за тебя теперь некому. Мне больше веры нет. А за взгляд сквозь пальцы на синюю атаку, организованную тобой, благодари не меня, а императора.

— Его величеству так необходима алава?

— Откуда знаешь? — вскинулся идей. — Прочитала? Вот выпороть тебя следовало давно за самоуправство и любопытство твое. — Помолчав, вдруг добавил. — А вот и выпорю.

И в следующую минуту, сверкнув яростью, идей кинулся на меня.

Ит Праттен меня тренировал не зря. Это стало ясно в следующую минуту. Потому что я, сама от себя не ожидая подобной прыти, рванула наутек.

Дверь перед моим носом шаркнула замком, но я сделала шаг в сторону, а потом с криком японского якудзы проломила стену слева рядом с дверью. Дыра образовалась не так уж чтобы большая, но я ломанулась в нее, руша стенку окончательно. Вылетев коридор остановилась, не зная что делать дальше.

Из дыры никто не появлялся. Потом послышалось.

— Все, залетай обратно. Я пошутил.

Так это была шутка?! Однако.

Осторожно заглянув в дыру, я убедилась, что идей сидит за столом и тихо трясется. Робко втиснулась назад.

Тисс сидел, склонившись над столом, а когда поднял голову, я поняла, что он… банально ржет! Ржет надо мной!

Чтобы идей смеялся… такое я наблюдала впервые.

— Неужели так смешно? — с обидой в голосе проворчала я.

Тисс перестал трястись, но улыбка так и застряла в уголках губ. Ему шло.

— Не обращай внимания, нервы, — вернув грусть голосу, прокомментировал он. — И… не говори ни кому. Смех у круоса — признак невменяемости.

Я кивнула. Не говорить, так не говорить. Для меня малость, он за меня вон как пострадал.

— За меня ругали? — решила спросить, чтобы хоть как-то стабилизировать обстановку.

Тисс усмехнулся с такой обреченностью, что можно было подумать, ему смертная казнь из-за меня грозила.

Тут он на меня так многозначительно глянул, что я поняла — грозила, и только чудом удалось избежать.

Просить прощения или говорить спасибо я не собиралась все равно. Не он на полигоне сражался с гиродами. И не он оказался невольным попаданцем в этом воняющем войной мире.

— Ладно, Велла, иди, — тяжко вздохнув, идей махнул мне на дверь. Ну или на дыру.

— Спросить можно? — решила воспользоваться ситуацией я.

— Ну спроси.

— К чему была такая жестокость?

— Ты про испытания? — понял он. — Как тебе объяснить? Не все в Совете лояльны по отношению к императору. Можно сказать, что это была диверсия. Кто инициатор? Разберемся. А что касается общего посыла… Я вообще удивлен, что это тебя все еще смущает. Впрочем, понятно. Ты ведь с Земли. Тебя не стирали. Ты помнишь и сравниваешь. Меня частично стерли в четырнадцать. Большинство круосов подвергались этой процедуре неоднократно. Поэтому мы мало что помним из прошлого опыта. Как дети, которым приходится постигать мир заново.

— Детьми легче управлять.

— Возможно… Но эти правила складывались не спроста. История Шиосара полна трагических событий. Было время, когда круосы выживали. Война с Красными звездами практически уничтожила наш мир. Голод и хаос царили многие десятилетия, пока к власти не пришли люди, которые смогли навести порядок. А уж какой ценой они это сделали, вообще отдельный разговор. Было время, когда нам приходилось ограничивать себя буквально во всем, чтобы восстановить империю. В том числе в чувствах. Может поэтому круосы циничны и жестоки? Если ты спросишь самую красивую круоску о том, что такое любовь, она тебе рассмеется в лицо и скажет, что о такой болезни она разговаривать считает ниже своего достоинства. Мы другие, Велла.

Я помолчала, размышляя.

— Да нет. Не другие. Вы просто ограничили себя во всем и не желаете взглянуть на мир под другим углом. Нет красных звезд, жизнь наладилась. А вы продолжаете воевать. За что?

— Ну, у каждого свои причины.

— Хорошо. За что воюете конкретно вы?

— Я не воюю.

— Ну да. Только штампуете солдат для армии.

— Это мои обязанности.

— Вот и я про то…

— Что ты имеешь в виду?

— Никто не хочет воевать. Но все вынуждены это делать, потому что кто-то когда-то написал соответствующее правило.

— Правила незыблемы. Если их переписывать…

— То жизнь станет чуточку лучше. Не правда ли? Ведь для того, чтобы что-то изменилось чуть-чуть, нужно капельку постараться. Ка-пель-ку. Всего лишь.

Тисс задумался. Что-то в словах этой иномирянки было. Он и сам нередко сетовал на то, что свод Незыблемых правил надо бы переписать. Но чтобы чуть-чуть… Тисс усмехнулся. А почему бы и нет? Ведь именно так и действуют служители культа Рыгена… Нет уж, только не так!

— Ладно, Велла, я тебя понял. Ты тоже должна понять. Политика не настольная игра. Тут действуют иные обстоятельства.

— Как хотите. Шиосар не мой мир.

— Ты все еще надеешься вернуться?

— Я вернусь!

Кажется Тисс мне поверил. Он как-то странно передернулся, выразив таким образом досаду. Возможно на то, что я, будучи ограничена физически, имею гораздо большую свободу думать, делать выводы и принимать решения, нежели сам Советник императора.

Когда она ушла, Тисс долго сидел за столом, мрачно размышляя о том, какие еще последствия ожидают его после сегодняшнего ее заявления. Я вернусь! С чего это вдруг? Порталы открывать не умеет, и расположение не знает. Бредит? Может тронулась умом? Как знать. Все-таки где-то мелькало в старых текстах, что алава была немного не в себе.

Обозревая проломанную в стене дыру, он рассмеялся, вспоминая, как Велла яростно колошматила преграду и как ловко юркнула в спасительную, довольно маленькую дырку. И как только сумела пролезть, проныра. Неужели он ее так сильно напугал?

Опомнившись, Тисс закашлялся и даже вышел проверить, не стал ли кто невольным свидетелем его эмоциональной слабости. Надо попить лечебный настой — решил он. Не хватало еще забыться в присутственном месте. Тогда уж точно отправят в одну из клиник. Воспоминания о прошлом заставили его передернуться. Медицинская служба всегда предпочитала черный цвет. Еще с тех времен, когда самым стойким приходилось хоронить по сотне, а иногда и по тысяче, умерших в день.

Три предыдущих дня вымотали его до предела. Нервы гудели точно перетянутые струны.

Но он все равно был рад, что они поговорили так откровенно. Рядом с Веллой чувствовалось дуновение чего-то такого, о чем он когда-то мечтал, и о чем однажды себе мечтать запретил. Она представляла собой чистейший глоток воздуха, который пускай и не полностью, но все-же стер воспоминания о страданиях и боли.

Странно, но после разговора с Веллой он почувствовал, что больше не один. Что рядом появилось что-то такое, из чего можно черпать дополнительную силу. В древних легендах говорилось, что мужчина и женщина созданы, чтобы дополнять друг друга. Обычно над такими легендами посмеивались. Но теперь Тисс кажется понял суть послания предков.

Может послать к фиитам карьеру, взять башню, а Веллу ученицей… Вирая он уговорит, мальчик ему многим обязан и, не смотря на властный характер, честь и достоинство в нем имеется. Если не выйдет, можно сбежать на южные острова…

Нет, нельзя. Слишком мал мальчишка, чтобы оставить его на съедение дворцовым псам, которые только и ждут, когда малолетний император останется без защиты.

Вирай Первый ему словно сын. Его отец, причины смерти которого не посмел расследовать прежний главный дознаватель, успел подписать указ о назначении Тисса на должность главы личной охраны с особыми полномочиями. А сын, в девятилетнем возрасте возведенный на трон, интуитивно сделал самую правильную вещь — подписал закон о создании отряда элитных спецов, приказав возглавить его личному охраннику, спасшему его величество от первого и пока последнего покушения. С тех пор идей единолично контролировал безопасность юного императора, а также неустанно заботился о качестве охраны, курируя Школу элитных спецов, выпускающей пополнение.

Ему было нелегко всегда. Мало постоянного надзора Медицинского контроля, так еще приходилось постоянно отпинываться от алчных рук знати, постоянно пытавшейся использовать отряд элитных спецов в карательных операциях. И Вирая Первого не всегда можно было отговорить от опрометчивых распоряжений. Парень рос и достиг возраста, когда амбиций тьма и море по колено.

И эта его блажь с алавой… Нет, Вирай еще ребенок и конечно же ему хочется поиграть. Охранница-алава с особым статусом. Трудно себе представить, что ждет Веллу на службе у капризного малолетнего императора, у которого любимая игра виглач.

Хочет ли он Велле такой судьбы теперь, когда все стало так сложно. Тисс чувствовал, что в его отношении к ученице что-то кардинально изменилось. И теперь все планы, казавшиеся стройными и логичными раньше, ни на что не годились.

Единственно верным виделось одно. Веллу как можно скорее следует отправить к Ридосу Авту. Это даст время для составления новых планов.