Наталья Резанова – МЛЕЧНЫЙ ПУТЬ №4, 2015(15) (страница 38)
Дядюшка и Рандольф наклонились над столом и осмотрели монеты.
– Клянусь жизнью! – воскликнул Рандольф. – Это и правда воск!.. А до пропажи они были чистыми?
– Конечно, чистыми, – ответил старик. – Воск от пальцев тех тварей. Разве моя матушка не рассказывала об этом?
Дядюшка откинулся на спинку стула, а Белтс наклонился вперед и с опаской задал вопрос:
– Так что ты думаешь, Абнер? Вернется все золото или нет?
Дядюшка ответил не сразу. Он помолчал, глядя сквозь открытую дверь на залитый солнцем луг и далекие горы. И наконец заговорил как человек, который решил задачу и получил ответ.
– Нет, все монеты не вернутся, – произнес он.
– А сколько? – прошептал Белтс.
– Столько, сколько остается после уплаты долга, – ответил Абнер.
– Ты знаешь, где золото?
– Да.
– Оно у тварей? – продолжал шептать Белтс. – Это же не люди?
– Да, – ответил дядюшка, – это не люди.
Он встал и принялся шагать по комнатушке, но не в поисках ключа к таинственному происшествию. Он ходил, как человек, который решает про себя какой-то сложный вопрос. А Белтс следил за ним с напряженным лицом.
Между тем Рандольф сидел на стуле, сложив руки и опустив голову. Именно так убежденный скептик, ошеломленный непреложными фактами, мог бы сидеть в доме, где живут привидения. Очевидно, он был поражен до глубины души. Все происшествие – и кража, и возвращение монет – выглядело совершенно невероятным, а пояснения дядюшки Абнера казались ему лишенными смысла. Твари, у которых сейчас находились монеты Белтса, могли проникать в дом через замочную скважину! Белтс мог бы попасть прямиком в пекло, если бы зарубил грабителя! Часть монет похититель забрал, а остальные вернул! Монеты побывали у того, кто не является человеком! Все случившееся просто не укладывалось у него в голове. Обычные воры не обладают такими сверхъестественными способностями. Подобное мог совершить только живущий в доме призрак. И потом, живой человек никогда бы не вернул часть украденного!
Как я уже сказал, мой дядюшка шагал по комнатушке. Теперь он остановился и с высоты своего роста взглянул на жалкого скупого старика.
– Белтс, – произнес он, – это загадочный мир. Он закрыт для других и окутан тайной. Послушай меня! Нашим предкам предписывалось жертвовать Всевышнему часть приплода своего скота. Почему? Потому что Всевышнему требовались ягнята или телки? Конечно, нет! Ему принадлежит вся Земля, включая все, что на ней появляется. Причина в другом, Белтс. Я не понимаю, что это значит, но знаю, что человек не должен забирать всю прибыль до последней крошки только себе. Наши предки так не поступали, а ты поступаешь.
Он помолчал и набрал побольше воздуха в свои могучие легкие.
– Ты приобрел сокрушительный опыт… Что ты теперь будешь делать?
– А что я должен делать, Абнер? – прошептал старик. – Принести жертву по примеру наших предков?
– Принести жертву ты обязан, Белтс, – ответил дядюшка. – Но не так, как наши предки. Все, что приносит тебе твоя земля, ты должен делить на три части. И одну часть оставлять себе.
– А остальные две части кому?
– Кого бы ты сам выбрал, Белтс?
Старик вытер пальцами рот.
– Если уж кому-то отдавать, – проговорил он, – то, наверно, в первую очередь своим домочадцам.
– Тогда, – заявил Абнер, – с этого дня оставляй треть прибыли себе, а остальные две трети отдавай сыну и дочери.
– А как насчет золота, Абнер? Оно вернется?
– Третья часть вернулась? Будь доволен и этим.
– А те твари, которые завладели моим золотом? Они не станут мне вредить?
– Белтс, – пояснил дядюшка, – те твари, у которых сейчас спрятано твое золото, будут работать на тебя так прилежно и безотказно, как никакой раб не сумеет… Так что? Ты обещаешь так поступать?
Испуганный старик пообещал, и мы вышли из дома на солнце.
Около сарайчика у ручья стояла высокая стройная девушка, она накладывала на блюдо желтое масло и что-то пела, как черный дрозд. Дядюшка направился прямо к ней. Мы не слышали, что он ей говорил. Но пение прекратилось, когда он начал, и зазвучало еще веселей, когда он кончил. Громкая счастливая мелодия, казалось, заполнила весь луг.
Мы ждали дядюшку у пасеки, и когда он подошел, Рандольф сразу же обратился к нему.
– Абнер, – сказал он, – ты знаешь ответ на эту проклятую шараду?
– Ты сам дал этот ответ, Рандольф, – ответил дядюшка. – «Рой строителей поющих возводит дружно своды золотые». – И он указал на пчел. – Когда я заметил, что крышка с одного из ульев снята, то сразу подумал, что золото Белтса лежит там. А когда увидел воск на монетах, то убедился в этом.
– Но ведь ты говорил о тварях! – воскликнул Рандольф. – О нечеловеческих существах, которые могут проникать в дом даже через замочную скважину… О тварях…
– Я говорил о пчелах, – ответил дядюшка.
– Но ты же сказал, что Белтс попадет в ад, если ударит грабителя топором!
– Так ведь он убил бы собственную дочь, – пояснил Абнер. – Что может быть страшнее этого? Это она забрала золото и спрятала его под крышкой в улье. Но она поступила с отцом по совести. Часть денег она послала брату, часть взяла себе, а треть монет вернула старику Белтсу.
– Тогда, – крепко выругавшись, заявил Рандольф, – нет никаких ведьм с домашними призраками?
– А это, – ответил дядюшка, – можно назвать просто фигурой речи. Зато есть хрупкая девушка и целая пасека с пчелами!
Сьюэлл П. РАЙТ
ИНФРАМЕДИАНЦЫ
Записка показалась мне совершенно бессмысленной. Впрочем, если уж на то пошло, все, что делал Вик, по-моему, выглядело бессмысленным. Для меня вообще оставалось загадкой, где в его безмозглой рыжеволосой голове помещались обширные научные познания.
Вот что было в записке:
«Дорогой Пит,
если ты получил это сообщение, значит, я попал в переделку и мне требуется помощь. Брось свои самолеты, старина, срочно приезжай и вламывайся в лабораторию. Там я оставил тебе еще одну записку. Когда ты ее прочтешь, разум подскажет тебе, что делать. Прихвати с собой револьвер и побольше патронов. Хоуп нет дома, она гостит у тетушки Клио, так что не сообщай ей ничего, не порти ей настроение.
Вик».
Я планировал на сегодняшнее утро показ перспективной модели, но даже не стал звонить Вику. Мы с ним с детства не разлей вода… И потом, он брат Хоуп.
Вик жил на берегу реки всего в десяти милях от города, так что даже на моем крохотном родстере я рассчитывал добраться туда минут за десять. Правда, меня немного задержало оживленное движение в деловом районе.
Скромный, уютный на вид дом Вика, построенный в основном из местного камня, безмятежно простирался с многочисленными пристройками в тени высоких кленов. Когда я остановил машину на дорожке у входа, мне навстречу поспешил Перрин, здешний мастер на все руки.
– Как я рад, что вы приехали, сэр! – взволнованно выкрикнул он. – А я как раз собирался звонить в полицию. Да-да! Тут такие дела, сэр, у меня просто голова кругом идет!
– В чем дело, Перрин? Где мистер Батлер?
– Вот то-то и оно, сэр! Про это и речь! Где мистер Батлер? Я…
– Погодите-ка, Перрин. Давайте покороче. Что случилось?
– Я толком и не знаю. Вчера после обеда мистер Батлер оставил мне письмо, которое я сегодня утром отправил вам срочной почтой. Вижу, вы его получили, сэр?
– Да, я потому и приехал. Давайте дальше.
– Ну, после этого он заперся у себя в рабочей комнате, а миссис Перрин, она, как вы знаете, домоправительница, наказал не отрывать его на обед. Мы этому не удивились. Как вам известно, мистер Батлер может работать в любое время дня и ночи. Но когда сегодня утром домой неожиданно вернулась мисс Хоуп…
– Что?
– Да, сэр, к ее тете неожиданно нагрянули другие гости, и мисс Хоуп решила уехать раньше времени. Когда я вернулся из города, где отправил вам письмо, она уже была здесь. Миссис Перрин сказала ей про хозяина, и мисс Хоуп заглянула к нему в комнату. Его там не было, и даже постель была нетронута. «Бедняга, наверно, заработался до полусмерти, – заметила мисс Хоуп, – и заснул на своей ужасной раскладушке в лаборатории. Ладно, не буду его будить». Но пару минут назад, как раз перед вашим приездом, сэр, она стала нервничать и постучалась к нему в дверь. В ответ ни звука. Тогда она заглянула в комнату хозяина, нашла ключ и зашла внутрь. И вот теперь и она не отвечает! Так что мы собрались звонить в полицию!
– Давайте-ка войдем туда!
В сопровождении Перрина я поспешил через тихий прохладный холл к широкой двери, которая вела в просторное помещение в задней части дома, где располагалась лаборатория Вика.
– Вик! Хоуп!
Выкрикивая их имена, я стал молотить в дверь. Никто не откликнулся.
– Второй ключ есть, Перрин? – рявкнул я.